Между этажами (ЛП)
Зеро отхлебнул кофе.
— А то, что приснилось в этот раз, ты бы не назвала кошмаром?
Я остановилась и задумалась. Джин Ён не выдержал, встал и нетерпеливо забрал свою чашку с подноса.
Наконец я неуверенно ответила:
— Пожалуй нет. Недостаточно страшный сон, что ли.
— Тебя убил Атилас. И это недостаточно страшно?
— Не знаю, может это потому что мозг всё время знал, что это сон. Было неприятно, местами отвратительно, но не настолько страшно, как в моём кошмаре. К тому же, я ходила, перемещалась в другую локацию — прям как в видеоигре.
— Но раньше ничего подобного не было?
Я пожала плечами:
— Может в детстве. В последнее время ничего такого. Мне снятся только знакомые люди.
— Понятно, — сказал Зеро. Он нахмурился, будто мой ответ ему не понравился. Но у меня появилось ощущение, что он чем-то встревожен.
И да, может я и не рассказывала ему всего. Совсем не хотелось вспоминать сны, которые мне снились в детстве: обычно в них ужасные вещи происходили с теми, кого я любила. А это куда хуже снов, в которых что-то ужасное происходило с моими психами, даже если я сама принимала непосредственное участие во сне с Атиласом.
Не знаю почему, но, когда лично участвуешь во сне, он становится не настолько страшным, как когда наблюдаешь за происходящим, и ничего сделать не можешь. Да, Атилас меня убил, но это всяко лучше, чем безвольно наблюдать за смертями любимых людей.
После обеда я пошла за покупками. И даже не подумала сказать об этом Зеро. Вспомнила о нём только на полпути, и так как была уверена, что он запретил идти одной только ради того, чтобы я не заглядывала к детективу, возвращаться домой не стала. В принципе, продуктов хватило бы ещё на несколько дней, но раз видеться с Туату запретили, а Зеро всё равно со мной нет, решила поискать своего друга оборотня Дэниела.
Ему нехило досталось. Вот что происходит с теми, кто оказывается рядом со мной.
Я как раз мрачно об этом размышляла, когда очень большая белоснежная рука схватила тележку, которую я собиралась вытянуть.
— Чёрт возьми! — я даже подпрыгнула.
Его лицо это никак не выражало, но я знала, он смеётся.
— Будь внимательнее, когда гуляешь в одиночку. Я бы мог ударить тебя по голове, а ты бы и не заметила.
Я гневно уставилась на него.
— Да? А как насчёт камер видеонаблюдения?
— С ними легко разобраться, — сказал Зеро и подвинул меня, — Будь внимательнее.
— И то правда, — я посеменила рядом, — Беспокоился? Поэтому за мной проследил?
— Я не следил за тобой, — ответил Зеро, и пошёл не к тому ряду, — Я вышел прямиком из Между.
Я схватила тележку и повела его к ряду с рисом:
— Ладно, как скажешь.
— Сколько времени это займёт?
— Что? Поход по магазину?
— Да.
— Не знаю, где-то полчаса. Эй, а потом хочу в библиотеку заскочить.
Я подняла голову. Холодно-голубые глаза Зеро внимательно изучали меня.
— Я с тобой, — сказал он, — Сколько времени это займёт?
— Ты же пошёл со мной только для того, чтобы я не попёрлась к детективу Туату, да? — предъявила я. Так и знала. А в библиотеку мне сейчас и не нужно.
Зеро глянул на меня, но промолчал. Он прокатил тележку мимо ряда с рисом.
— Ладно. Если нельзя к детективу Туату, давай сходим к Дэниелу? — спросила я. Фиг с ним, с рисом. А печенье лишним не будет.
— Зачем тебе людоволк?
— Хочу своими глазами увидеть, здоров ли он.
— Он поправляется.
— Да, вот и хочу глянуть, как он поправляется.
— В твоём организме до сих пор циркулирует слюна вампира, — сказал он. Голос его звучал искажённо: не то хрипловато, не то потрескивал, — В таком состоянии тебе не стоит приближаться к нему, пока он в волчьем обличии.
А, да. Наверное, делает так, чтобы никто не подслушал наши разговоры про всяких там вампиров.
Я нахмурилась:
— Что, думаешь он меня цапнуть попытается?
— Нет, — ответил Зеро, — вероятнее всего ты попытаешься укусить его.
— Чего? Но Джин Ён же не укусил!
Зеро коротко сказал:
— Джин Ён живёт достаточно долго. Он умеет управлять своими инстинктами.
— Да ну? Так вот почему он всё время такой надутый?
Зеро кашлянул и завернул к следующему ряду.
— Поздно. Я видела, ты улыбался.
— Я не улыбался.
— Ещё как улыбался. И кому, вообще, пришло в голову обратить такого, как Джин Ён?
— Это было моё решение, — ответил Зеро, и как ни в чём ни бывало прошёл мимо печенья.
Я схватила печенье и побежала следом.
— Что? Как? Ты же не вампир! Или вампир?
— Говори чуть тише, Пэт. Я не вампир. Джин Ён — результат вмешательства жителей За в дела людей.
— В смысле, попытки помочь людям?
— Это называется вмешательством. Никогда не ведёт ни к чему хорошему, и редко не приводит к катастрофам.
— Хорошо, ну я понимаю, почему ты не хочешь помогать людям, если в результате получаются вампиры, как Джин Ён, но ведь мне ты помог.
— Я не помогал. Мы заключили сделку. Равноценный обмен. Твои услуги в обмен на нашу защиту до наступления определённых обстоятельств.
— Да, но ты уже кучу раз меня спас, и ты меня тренируешь, так что…
— Равноценный обмен, — с нажимом повторил Зеро, — Не пытайся найти скрытых мотивов в сделках фейри. Люди, которые пытаются их найти, чаще всего умирают молодыми.
— Люди, связавшиеся с фейри в принципе умирают молодыми, — пробормотала я.
Как на зло Зеро услышал и ответил:
— Именно. Помощь фейри редко приносит пользу людям.
— Ну это многое объясняет, — сказала я.
Зеро выглядел так, будто точно знал, что пожалеет, но всё равно осторожно спросил:
— Что объясняет?
— Если пытаешься защитить людей, держась от них на расстоянии, мог бы так и сказать. Не понимаю, зачем ты всё время говоришь загадками.
— Мне всё равно, что происходит с людьми.
— Да? А вот у меня ощущение, что хоть ты и постоянно повторяешь, что тебе всё равно, на самом деле ты пытаешься их защищать, но другими способами.
Зеро на мгновение взглянул мне в глаза, и отвернулся.
— Нет. Пытался объяснить так, чтобы ты поняла. Судьба людей меня не интересует.
— Ладно, как скажешь, — я потянула тележку. Нам нужна мука. В конце концов, я же обещала Зеро блинчики, — А как это случилось? Джин Ён, в смысле
— Я нашёл его в горах Южной Кореи во время корейской войны. Весь его корпус уничтожили вампиры. Один из них остался, чтобы поиграть с Джин Ёном. Но вампир не ожидал такого сопротивления. Когда пришёл я, оба умирали в противоположных концах комнаты, и ни один не знал, что делать.
— Почему тогда ты говоришь, что это было твоё решение? Неужели он не обратился после смерти или типа того?
— Нет, — ответил Зеро, — Для обращения человека только укуса вампира недостаточно. Необходима также кровь вампира.
— Странно, — под нос пробубнила я, — Думала он типа вылупился. Погодь, так вы поэтому постоянно долдоните, чтобы я его не кусала?
— Да.
— Мог бы так и сказать. Мне и в голову не приходило.
Зеро глянул на меня:
— Ты не думала об этом?
— Нет. Я же не вампир. Откуда бы у меня появилось непреодолимое желание кого-нибудь тяпнуть?
— Обычно слюна вампира так влияет на людей. Если, находясь под её воздействием человек кусает вампира, цикл продолжается, в результате чего появляется новый вампир. Если же инфицированный укусит жителя За…
— Стой, то есть, мой укус бы тебя убил? Так же, как если бы тебя цапнул Джин Ён или Дэниел?
— Да.
Я втянула воздух.
— И всё равно ты оставил меня в доме? Даже после того, как я наполовину превратилась в людоволка, и чуть не укусила тебя?
— Я говорил не кусать меня.
— Да, помню, — сказала я. Тогда это казалось странным, а теперь тем более, — Но если это инстинкт…
— Ты не укусила меня.
— Не. Я же не эмоционально неустойчивый вампир.
— Атилас предлагал это изучить. Хотел сделать так, чтобы ты приняла внутрь больше высокоактивной слюны, и измерить степень твоей сопротивляемости к её побочному действию.