Помни нас и победи для них (СИ)

— Не высовывайся! Идиот! Заметят!
Да, точно. Я смотрел аккуратно, но тепловизору, если они у ковенанта есть, хватило бы. Моя ошибка.
— Простите. Никогда не видел такого.
— Никто из нас не видел, парень, — вздохнул мужчина, — но лучше быть как можно более незаметным. Пошли, у нас есть немного еды из автомата.
Перекусив, стало и правда получше. Но идти всё равно нужно. Упавший корабль значит, что бой продолжается. И не поймёшь, в чью пользу. Так что снова сказал им:
— Я иду туда. Скажу о вас, когда доберусь, — и двинулся к выходу, игнорируя возражения.
Отмахнувшись от пытающихся задержать гражданских, пошел на выход. Прежде чем выйти, осмотреться, убедиться, что никого нет. Пусто, а теперь рывок к машине и спрятаться. Хорошо. Сзади раздался голос:
— Вернись, идиот!
Я обернулся на слегка выглядывающего из двери мужчину. Он высунулся довольно сильно и жестами требует вернуться. Хоть не кричит, но все равно слишком заметен. Какая глупость. Занял позицию за машиной и взмахнул рукой, чтобы он спрятался. Но мужчина продолжил махать. Так мы жестами переругивались около минуты, пока нас не прервали.
В дверь ударил белый луч, прожигая дыру и мужчина упал на пол, хрипя и держась за грудь. Дверь раскрылась, открывая вид на эту тушу с прожженой дырой в центре груди. На нем загорелась одежда вокруг раны, быстро теряя тот представительный облик. Ммммать!Я в полном шоке встретился с ним взглядом, пока мужчина медленно уронил голову и перестал двигаться.
Снайпер? Снайпер! Нужно предупредить их! Достаточно громко крикнул, чтобы точно услышали.
— Не высовывайтесь! Тут снайпер!
— Что?
Еще одна белая вспышка влетела в здание, а затем раздались очень громкие крики. Черт! Нас услышат за километр! Дерьмо-дерьмо-дерьмо! Вдалеке раздался гул и он приближается. Куда? Назад, вперед? Уходить нужно! Раздался еще один выстрел в окно и я решился, бросившись от одной машины к другой, в стороне от здания.
Белый луч ударил над головой, придавая сил и скорости. Второй прошел мимо, заставляя дернуться от волны жара. Почти добежал, еще немного! Третий подарил океан боли и я рухнул за машину, крича. Рука болит просто нереально. Она словно сломана и горит одновременно.
Посмотрев на нее, я увидел дымящийся и воняющий обрубок. У меня нет руки. Нет руки. У меня нет руки, но почему так болит, словно она есть? Я не сдержался и заорал! Как же сука больно! Терпи, Антон, они едут сюда. Молчи, если хочешь увидеть Ингу! Ты мужик, ты выдержишь! Да! Обрубок нашелся на земле в нескольких метрах от машины. Похоже я сюда просто закатился, а он, обгоревший, остался валяться на дорожном покрытии.
Раздался гул и я стараясь терпеть и не стонать слишком сильно, спрятался за машину. Они здесь. Теперь или заметят, или нет. У здания остановилась красно-фиолетовая клиновидная машина ковенанта. На турели сидит элит, еще два держатся слева и справа. Приблизившись, двое спрыгнули и забежали в здание, пока последний, на месте стрелка, как на «Вепре», направил орудие транспорта на вход.
Я кое-как уполз за другую часть машины и лёг, стараясь не стонать и быть максимально незаметным. Внутри раздалась стрельба, затем всё стихло. Ковенанты вернулись, что-то сказали своим рычащим голосом, погрузились в транспорт и уехали. А теперь вопрос: остался ли снайпер? Если он где-то там, гад заметит и тогда конец.
И почему болит оторванная рука? Жжется, сволочь! Её же уже нет, какого она вообще может болеть там, где её нет? Попытавшись аккуратно выглянуть, в меня не выстрелили. Гад решил, что я умер и свалил или не смотрит сюда? Надеюсь так, я все еще могу добраться до своих. С другой стороны машины раздался скрежещущий стрекот.
Или не могу. Наклонившись на уровень колёс, я увидел две ноги с трехпалыми когтями в металлической обуви. Фигура подошла моей оторванной к руке и подняла её. Что-то проскрежетала. Раздался хруст, от которого очень захотелось кричать, материться и испугаться. Он её жрёт! Эта штука пришла сюда, чтобы сожрать мою руку на десерт! Какого хрена???
 
Тем временем фигура повернулась к машине и что-то прострекотала. Блядь. Он же не идиот, понимает, что если есть рука, должно быть остальное. И похоже решил, что я вкусный. Но я то против! А еще с одной рукой и без оружия. Куда он пойдет, налево, направо? Я как смог прижался к багажнику, стараясь как можно более не выделяться. Просто не заметь меня. Не заметь! Раздался лязг, тварь запрыгнула на машину, продолжая что-то говорить на своем стрекочущем языке. Раздались гулкие удары от каждого шага существа.
Над головой прошелся длинный фиолетовый ствол его оружия. А если попробовать? Я не уверен, как из этого стрелять, тем более одной рукой, но что я теряю? Так что я схватился за ствол и дернул. Раздался возмущенный треск, а затем на меня свалилась примерно моего роста ящерица в броне. Кто больше офигел от результата сказать сложно. Ящер снял шлем, судя по следам на морде, чтобы поесть.
В одной лапе ствол оружия, который он так и не отпустил. Во второй моя конечность, которую тварь тоже так и не выпустила. Я отпустил ствол его оружия и сейчас рукой пытаюсь удержать эту тушу в клинче. И сделал единственное, до чего додумался: изо всех сил ударил существо головой в нос. Слышал, что у рептилий нос довольно чувствительный. Да и человеку можно сделать нехорошо, если правильно попасть.
Судя по тому, что тварь выронила оружие, отскочила и схватилась обоими лапами за нос, попал я правильно. Отлично, теперь у меня есть его снайперка! Которой я, словно дубинкой, приложил тварь по голове. Он пошатнулся от удара, но второй замах перехватил и прострекотал нечто явно злое и угрожающее. Почему-то на меня напало странное веселье.
— Даже не думай. Эта закуска будет отбиваться всеми силами, — и снова дернув на себя, ударил гада коленом, — нравится?
Не слишком удачно, гад в броне. Теперь болит еще и колено. Единственное, что спасает, гад не может в меня выстрелить, ему нечем. Пришелец, видимо прочитав мои мысли, толкнул свою винтовку мне, заставив упасть на задницу и снял с пояса штуку, напоминающую подкову. Направил в меня открытым концом и с подковы сорвалась зеленая вспышка, а затем стало нереально больно! Я закричал.
Немного придя в себя, я ощутил тяжесть на груди и уродца, смотрящего сверху вниз со все той же подковой в руке. Ну ты и урод, конечно. Его нога стоит на грудной пластине моей брони и коготь проникает в дыру, отчего становится еще больнее. И я уверен, что гад это знает. Я застонал, а уродец издал явно смеющийся стрекот. От этого боль не ушла, но появилась злость.
Сейчас я сотру эту поганую ухмылку с твоей морды, ящерица! Даже если это не ухмылка вообще! Под руку попалось что-то тяжелое и длинное. Не глядя я сделал всё, что мог, крутанулся в сторону, пытаясь ударить моего противника этой штукой. Раздался очень смачный стук, нравится. Сам результат удара я не видел, но обернувшись понял, что гад отступил на пару шагов и трясет мордой. Тебе больно, хорошо. Мне стало очень смешно.
— Нравится? Получи еще!
Ударил еще раз, заставляя ящера отшатнуться еще на шаг и уронить оружие. Бросив снайперку, я схватил «подкову» и направил её на гада. Рука довольно удобно легла на скобу. Увидев, что я делаю, ящер прыгнул. Я же, обхватив рукой скобу, нажал. А потом еще и еще. С конца оружия сорвались зеленые вспышки. Раздалось шипение, ящер заверещал, хватаясь за сваренную, судя по запаху, плоть. Затем упал, держась за грудь.
Направив оружие в морду, я сделал еще три выстрела. Враг, эта штука, этот людоед перестал шевелиться.
На всякий случай пнул его пару раз. Он сдох! Сдох!!! Я расхохотался, размахивая оружием. Я убил солдата ковенанта! Я! Я его убил!
Приступ веселья прервал гул. Кажется, пора драпать. Удерживая мой новый пистолет, я рванул в ближайшую подворотню. Всё дальше и дальше. Бежать было даже слишком легко. Наконец, в паре кварталов, рядом с группой погибших гражданских я выдохся. Сердце бешено стучит, ноги подкашиваются. Кажется, адреналин выветривается. Я уселся рядом с погибшими, пытаясь отдышаться и рассматривая оружие.