Вместе сильнее. Компиляция (СИ)
— Нет, это ты захотел позлить меня! Прекрасно знаешь, что я тебя терпеть не могу, и решил еще больше помотать мне нервы. Хотя я терпеть не могу, когда результат моей работы выходит ужасным.
— Да я в бешенстве от того, что какая-то жалкая моделька строит из себя хер знает кого!
— Я тоже возмущена, что мне не могли найти нормального партнера для съемки.
— Я пришел к тебе с миром и пытался нормально с тобой разговаривать, — грубо напоминает Терренс. — Но ты, мразь, продолжила строить из себя гордую принцессу и ходить с задранным носом.
— Кто бы говорил, с задранным носом! — ехидно усмехается Ракель. — Привык, что все пляшут перед тобой на задних лапках, и думаешь, что так будет всегда.
— Предупреждаю, Кэмерон, если ты сейчас не исправишься и нормально не отработаешь эту фотосессию, тебе придется сильно пожалеть об этом. Я буду очень зол и такое сделаю, что ты никогда не забудешь. Слышишь, никогда!
— Не надо обвинять в этом меня. Вообще-то, это ты все запорол! Потому что никогда не слышал о таком понятии, как профессионализм.
— Я прекрасно делал свое дело!
— Да что ты говоришь!
— Какой же ты профессионал, если не могла засунуть свою гордость куда подальше и нормально отработать фотосессию?
— А какой из тебя профессионал, раз ты воспринимаешь эту работу как очередную возможность облапать меня?
— Я делал то, что от меня требовалось.
— А, то есть, тебе сказали лапать меня за задницу и сиськи? Сказали облизывать меня своим грязным языком? Который побывал в каких только можно ртах!
— Я не лапал тебя за задницу и сиськи! И не облизывал! Я всего лишь приобнимал тебя за талию!
— А еще ты лез целоваться !
— Всего лишь пару раз за ушком!
— Еще немного – и ты бы в трусы ко мне залез!
— Я бы предпочел их снять. Чтобы легче было добраться до твоих эрогенных зон.
— И это просто фотосессия. Что было бы, если бы мы были вынуждены сниматься в кино? Сниматься в какой-нибудь постельной сцене! Ты бы захотел потрахаться по-настоящему?
— Не упустил бы возможность укротить тебя и показать все, на что я способен, — хитро улыбается Терренс.
— Чтобы я еще раз когда-либо в жизни работала с тобой… Ни за что на свете! Хоть пусть мне миллиард долларов предложат! Все равно не соглашусь!
— Ну знаешь, я и сам жалею, что согласился работать с тобой и не потребовал найти для меня другую партнершу.
— Да, ту, что была бы рада, что ее лапает какой-то самовлюбленный извращенец.
— Ты, блять, радоваться должна, что на тебя обратил внимание такой мужчина, как я. Что сам Терренс МакКлайф переступает через себя и бегает за тобой как собачка.
— А тебя никто не заставляет бегать! Вниманием девок ты не обделен. Так что тебе нет смысла выпрыгивать из штанов, чтобы соблазнить меня.
— Любая бы умерла за счастье даже просто постоять со мной. А ты чего-то тут выпендриваешься.
— Хватит строить из себя короля, МакКлайф, — сухо требует Ракель. — Кто ты такой, чтобы так себя вести? Чтобы кто-то радовался общению с тобой!
— Я – актер !
— Да тебя никто и знать не знает!
— Если ты не знаешь меня, это не значит, что другие не знают.
— А вот ты обязан быть счастлив даже просто стоять с такой известной личностью, как я, Ракель Кэмерон. — Ракель гордо приподнимает голову. — Я – звезда! Звезда, которую все обожают. У меня миллионы поклонников по всему миру. Девочки берут с меня пример, а парни мечтают завоевать мое сердце.
— Ничего, скоро твоя звездочка потухнет, — уверенно заявляет Терренс.
— Нет, МакКлайф, она не потухнет. Я много лет работала, чтобы мое имя стало известным, и теперь меня знают во всем мире.
— Не удивлюсь, если ты что-нибудь скрываешь. Что запросто могло бы заставить всех возненавидеть тебя. Раз уж у тебя такое омерзительное поведение.
— А про твои истерики я услышала еще от твоего менеджера.
— Однажды наступит день, когда твоя карьера будет разрушена к чертовой матери, — уверенно заявляет Терренс. — Когда тебе будет стыдно посмотреть в глаза своим близким и всем своим поклонникам. Которые будут страшно разочарованы в тебе.
— Не надо мне угрожать. Ты ничего мне не сделаешь.
— Если доведешь меня – я на многое могу пойти. Одно мое слово – и тебе, звездочка, придется искать себе другую работу.
— Никто не станет слушать какого-то жалкого актеришку, который так и не заработал себе громкое имя.
— А это мы еще посмотрим, — ехидно усмехается Терренс. — Однажды ты очень сильно удивишься, если тебя перестанут приглашать на съемки и показы. Но увы, ты уже ничего не сможешь сделать.
— Надеешься заставить меня встать перед тобой на колени с помощью шантажа и запугивания?
— На колени ты встанешь и без этого. Когда однажды все-таки согласишься стать моей и как следуешь удовлетворить меня.
— Опять ты за свое! — раздраженно рычит Ракель.
— Будь уверена, детка, я не успокоюсь, пока ты не станешь моей. Пока ты не подаришь мне лучший секс в жизни.
— Если тебе так хочется с кем-то потрахаться, обратись к кому-то другому. А я не собираюсь исполнять твои извращенные желания. Даже если ты засунешь мне в лифчик миллион долларов.
— Кстати, а правда говорят, что ты – девственница? — Терренс с хитрой улыбкой вплотную приближается к Ракель и уставляет свой взгляд в ее глаза. — А? Правда ли, что это шикарное тело еще не принадлежало ни одному мужику?
— Сейчас же отойди от меня! — сухо требует Ракель.
— Надо же… Неужели у меня есть прекрасный шанс задать планку, которую никому не удастся перепрыгнуть?
— Я сказала, отвали!
Только Ракель пытается оттолкнуть Терренса от себя, приложив руки к его крепкой груди, как вдруг он очень крепко берет ее за запястья и прижимает их к стене, рядом с которой они стоят.
— М-м-м, твое поведение все больше возбуждает меня, — расправив плечи, более низким голосом признается Терренс. — Все больше заставляет желать заняться тобой. Чувствую, как в штанах становится тесно…
— Отпусти меня! — сухо требует Ракель и резко дергает руками, чтобы освободить их. — Отпусти, я сказала!
— Тем более, что на тебе надето такое сексуальное платье… Красное… Которое обнажает все твои достоинства…
Терренс оставляет короткий поцелуй на изгибе шеи Ракель и нежно проводит губами по коже на ней, пока та с прикрытыми глазами с трудом сдерживает стон и неосознанно выпячивает грудь.
— Я сейчас закричу! — угрожает Ракель.
— Да пожалуйста! — широко улыбается Терренс, проводит губами по ключицам Ракель и также оставляет на них парочку коротких поцелуев. — Кричи сколько влезет.
— Я серьезно , МакКлайф.
— Ну и что ты скажешь?
— Что ты пытаешься изнасиловать меня!
— Разве я тебя насилую?
— Ты пристаешь ко мне против моей воли!
— Против воли?
— Это неприемлемо ! Парень не имеет право лапать девчонку против ее желания!
— Но тебе же это нравится !
— Это ты так думаешь! Я не давала разрешения лапать меня где только можно!
— Ошибаешься, крошка. Давала!
— Немедленно отпусти меня! Отпусти, пока я не заставила тебя пожалеть!
— А может, тебе это нравится ? — Терренс оставляет еще несколько поцелуев на передней части шеи Ракель, все-таки добившись от нее тихого, чувственного стона, который она до последнего пыталась сдержать. — Может, ты только и думаешь о том, чтобы я продолжал.
— Разрази меня гром, если это так!
— Думаешь-думаешь, я знаю.
— Да меня тошнит от того, что ты делаешь! — с гордо поднятой головой заявляет Ракель. — Тошнит от твоей наглой рожи, которую кто-то обязательно должен хорошенько разукрасить!
— Слушай, а я только что представил тебя лежащую в кровати… Полностью обнаженную … И связанную… Крепко связанную…
Терренс губами медленно проводит по уху Ракель и нежно целует место за ним, пока девушка просто прикрывает глаза с чувством учащенного сердцебиения, эхо которого настойчиво бьет по вискам.