История вампира (СИ)
— Какая ярость, сколько огня! — выплевывал слова Роман. — Я действительно не ошибся в тебе. Ты такое же чудовище, каким считаешь меня. Стоило только слегка подтолкнуть тебя в нужном направлении.
Я словно раздвоилась. Одна моя половина получала какое-то садистское удовольствие от осознания собственной силы и могущества. Другая же часть меня пребывала в шоке от знакомства с этой стороной моей личности.
— Ну, давай же, добей меня, ведь за этим вы пришли, — безумно улыбаясь разбитыми губами, прохрипел Рома.
А я в ужасе отшатнулась от него, уползая в сторону. Бросив взгляд на друзей и, отметив, что со своими противниками они уже благополучно справились и теперь настороженно следили за моими действиями.
— Ася, ты не сумасшедшая! Ты сможешь себя контролировать! — быстро проговорил Артем, видимо увидев нечто зловещее на моем лице. — Не дай ему сломать тебя!
Слова наставника и друга, будто пощечиной отрезвили меня. Я поднялась, ощущая бурлящую во мне силу, и шагнула к распростертому на полу Роме.
— НЕ СМЕЙ НАС СРАВНИВАТЬ! — нанесла я первый удар, собранный из гипнотических сил. — Я не играю человеческими жизнями в угоду своему эго. И я не убийца!
Сказав это, послала мощнейшую ментальную волну в сознание этого маньяка, приказывая его сознанию отключиться и блокируя все способности паранорма. Рома дернулся в судороге и вскоре затих. Помещение накрыла поистине мертвая тишина. Артём и Марина, не говоря ни слова, молча следили за моими действиями.
Пошатываясь и то и дело оскальзываясь, я добрела до лежащего в луже крови тела Иры. Присев на корточки, приложила руку к ее груди, надеясь услышать хотя бы слабое сердцебиение. Но сколько ни напрягала свои обостренные чувства, так и не ощутила ни малейших признаков жизни.
Осев на колени, я взвыла, позволяя истерике взять своё. Сознание отказывалось принимать ужасающую правду, но она была реальной. Моя наивная, вечно смеющаяся, любимая подруга была окончательно и бесповоротно мертва.
Эпилог
Последующие несколько недель прошли для меня словно в тумане. Похороны Иры, разбирательства в общине, суд над Ромой и оставшимися в живых вампирами — все это прошло для меня будто бы стороной.
Я не могла смириться со смертью подруги, принять ее и отпустить. Продолжала винить себя, с каждым днем погружаясь во все большую депрессию. Артем, отбросивший свою надуманную неприязнь к Марине, пытался на пару с феей вытянуть меня из этого состояния.
В очередной такой сеанс дружеской психотерапии, мы сидели в кафе, и Марина вкратце рассказывала нам итоги суда и расследования по Роме.
— Роман, урожденный купидон-аниморф, был инициирован неустановленным вампиром, но регистрироваться в нашей общине, как вы поняли, не стал, — гоняя трубочку в стакане с молочным коктейлем, проговорила девушка. — Он бы сразу лишился поддержки светлых, и покровительства своей семьи. Способности ему никто не настраивал, как правильно питаться — тоже никто не научил. И парень все узнавал на практике. Те пятеро, что сопровождали нашего маньяка, были первыми его попытками покормиться, когда он не смог остановить смешение энергопотоков.
— Я все равно не понимаю логики его действий, — произнес Артем, откидываясь на мягкую спинку кресла. — Судя по последующим жертвам, он научился кормиться без трансформации донора. Чего ж он сначала Асю превратил, а потом и вовсе за убийства взялся? Чего он добивался?
— Асю он хотел сделать своей бессмертной спутницей, — нервно покосившись на меня, ответила Марина. — По крайней мере, именно так он и сказал. Купидоны однолюбы. Точнее любить, физически, — на этих словах девушка залилась краской, — они могут кого угодно. Но духовное единение, мощнейшую привязку, они испытывают только раз в жизни. И иногда едут крышей по объекту этой связи. Как вы понимаете, Ася как раз и стала этой самой купидоновой истинной.
Она умолкла, явно ожидая моей реакции. Но ни одна эмоции не шевельнулась во мне. Мне было оглушающе все равно на сердечные метания этого ублюдка.
— Чем это грозит Асе? — встрепенулся Тёма.
— Ничем, — пожала плечами Марина. — Связь эта односторонняя и приносит мучения только Роману. Без взаимодействия со своей истинной он будет ощущать постоянную пустоту, а со временем и физическую боль. Учитывая пожизненный срок, он очень скоро познакомится с этим побочным эффектом.
— И поделом ему, — выдала я на автомате, даже не поменяв выражения лица.
И снова над столом повисла тишина. Лишь бульканье коктейля в стакане Марины периодически нарушали ее.
— Кстати, Артем, — фея никогда не могла долго молчать, — именно ты сломал весь план Ромы, перехватив Асю в парке. Он ее там ждал, но не успел тебе помешать. Вот и начал действовать через Иру. А убивал он потому, что…
— Потому что крышу ему снесло от собственной безнаказанности, — грубо перебила я фею, грохнув стаканом с безалкогольным мохито о стол. — Ребята, не могу я больше об этом. Не хочу слышать ни о светлых, ни о темных. Давайте просто посидим, как самые обычные люди и помянем Иру. Она была не самым добрым человеком, но она всегда была честна, старалась поступать по совести и несла всем позитив. Пусть там, где она сейчас есть, ей будет легко и спокойно.
Мы выпили, не чокаясь, а дальнейшая беседа проходила в темах, отстраненных от дел в общине. Вскоре Марину вызвали к старейшинам, а Артем вызвался меня проводить.
Гуляли в обнимку, и я впервые почувствовала, что Артем стал мне ближе, чем просто друг. Если бы не он, я бы не смогла прийти в себя и принять свою новую сущность. Но самое главное — именно благодаря ему, я не потеряла саму себя, оставшись в душе тем же человеком.
Ведь даже став темным существом, можно сохранить в себе свет…