Заколдованная страна 2: на страже восточных рубежей (СИ)

— Расскажи подробней, — попросил я.
— Как прикажете, — с готовностью согласилась Инга.
И тут я очередной раз столкнулся с наглядным примером, что мыслю с аборигенами по-разному. Магесса восприняла мою просьбу слишком буквально и начала свой рассказ издалека. Она не просто уточнила детали появления условного сигнала с применением боевой магии, а мимоходом углубилась в причины, по которым отправилась с группой учеников Школы магии за город на практику и то, как сама однажды попала в школу шестилетним ребенком.
Сам того не желая, я окунулся в подробности личной жизни Инги и её удивительно близких и теплых, почти семейных отношений с главой Амброй. Как оказалось, Инга — не настоящее её имя. Его она получила уже в зрелом возрасте от главы гильдии, чудом пережив трагедию со взрывом вышедшего из-под контроля «Огненного шара».
Имя «Инга» очень известное и почитаемое, но мало кто посмел бы назвать им свою дочь, даже среди знати, ведь принадлежало оно одному из легендарных героев-магов из глубокой древности. Пожалуй, таким же известным и ещё более почитаемым было лишь имя богини Светланы, но Амбра всегда имела своё личное мнение насчет «божественности» Пяти богов и ставила их на одну ступень с другими легендарными героями. Было дерзостью дать одной из своих учениц столь громкое имя, но Амбра пошла на это, настояв, чтобы все в Школе звали её именно так. Это была награда, признание её смелости и заслуженного места среди элиты магов огня.
Дело в том, что школу Амбры в Планте после её многолетних стараний закончили уже более восьмидесяти учеников, но никто из них так и не рискнул овладеть магией третьего уровня. Нет, талантливые ученики, потенциально способные это сделать в школе были, но страх гибели в случае неудачи отпугивал их от опасных практик с «Огненным шаром». Над Амброй начали посмеиваться. Злые языки поговаривали, что всё дело в учителе. Это она не может передать знания в таком виде, чтобы ученики ими воспользовались не рискуя сгинуть.
Амбра прекрасно понимала опасения своих воспитанников и не настаивала на том, чтобы они обязательно осваивали магию третьего уровня, но в душе ей очень хотелось, чтобы и она могла гордиться выдающимися учениками, ведь без риска вершины мастерства не достигнуть. Она и сама через это прошла и смогла преодолеть страх. Риск гибели — та цена, которую каждый маг огня должен заплатить, если хочет, чтобы его признали истинным боевым магом. Только магам огня доступно заклинание третьего уровня. Это вызов, который примут лишь самые достойные.
Ингу до трагедии звали Бри. Обычное, очень распространенное в королевстве имя, которое носили многие женщины из окружающих Плант деревень. Да, Инга была обычной простолюдинкой, которых редко встретишь в гильдии магов, но девочке повезло, у неё вовремя обнаружили дар к магии и вместо работы в поле, выпаса коз и выделки шкур её ждала совсем другая судьба. Амбра не набрала в начальный класс достаточного количества учеников среди знати, поэтому на длинных зимних каникулах осуществила утомительную, двухмесячную поездку по югу и востоку провинции, посетила большинство отдаленных, мелких поселений, где и разыскивала тройку недостающих воспитанников. Так Бри, ставшая впоследствии Ингой и получила свой шанс стать настоящим магом.
Всё шло хорошо, но несчастный случай разделил жизнь ученицы школы магии на «до» и «после». До она была озорным и веселым подростком, который радовался новой, беззаботной жизни и своими стараниями хотел лишь оправдать ожидания учителя, из-за чего и взялся за изучение магии третьего уровня, а «после» чуть не лишившего Бри жизни взрыва, девушка стала угрюмой и молчаливой одиночкой. Она стеснялась своих уродливых ожогов, постоянно страдала от боли. Её молодое тело продолжало расти, а исполосовавшие его вдоль и поперек шрамы этому препятствовали. Кожа на груди и животе уродливо натянулась, спайки кожи с мышцами заставляли её кривиться и горбиться, как старуху. Чтобы просто дышать полной грудью, распрямиться во весь рост, ей требовалось преодолевать боль. «Огненный шар» покорился Инге, но вся её жизнь после трагедии стала одним сплошным мучением. Она выполнила желание наставницы, та могла гордиться своей смелой ученицей, примкнувшей к элите магов огня, но истинной радости и удовлетворения это достижение им обоим не доставило. Ощущая свою вину за произошедшее Амбра заботилась об Инге намного сильнее, чем об ученице, больше, как о родной дочери, которой у неё так и не появилось.
 
Вот такая картина предстала передо мной из рассказа молодой женщины, которую правильнее было называть девушкой. Она была в свои двадцать невинна и даже не осмеливалась до сих пор подумать о замужестве, прекрасно понимая, что неполноценна и принесет выбравшему её мужчине лишь разочарование. Душевным страданиям девушки до недавних пор не было конца, но потом она встретилась со мной. Мой целебный эликсир вернул Инге утраченное здоровье. Я уже не раз видел, какие чудеса творят целительные эликсиры, но внимательно выслушав рассказ Игни, нет, скорее исповедь, которую она, желая признаться в своих чувствах, невольно вплела в свой рассказ, понял, что она испытывает ко мне огромную симпатию. Её благодарность ко мне выходит далеко за рамки союзника, пережившего общие тяжелые времена. Инга видела во мне своего чудесного спасителя, которому хотела ответить взаимностью.
Я вдруг понял, откуда у магессы появился этот неожиданный статус «Истинная пара». Инга уже испытывала ко мне симпатию, когда мы вновь встретились в гильдии, а после она ещё и умножилась на благодарность за спасение после гибели от рук Гриндана и вызволение из тюрьмы её наставницы, являющейся для магессы более близким и дорогим человеком, чей родная мать. Вишенкой на торте оказался вопрос Инги. Закончив рассказ, она спросила:
— Господин Алекс, а когда вы освободите наши земли, вы останетесь здесь жить?
Это был хороший вопрос. Бессмысленный, если рассматривать Заколдованную страну, как обычную, проходную игру, которую забудут через пару лет, и очень серьезный, если принять её за альтернативную реальность, в которой у меня тоже может быть полноценное будущее. Я уже принял для себя, что этот мир реален, но как долго я смогу в нем оставаться, ведь всё зависело от доступа к ГЭГу и жизненного цикла самого проекта.
Несколько лет, максиму пять — это всё, на что я мог рассчитывать, а Инга спрашивала не просто так. Она хотела знать, возможно ли наше совместное будущее, хлопотная и полная приятных моментов семейная жизнь, дети или нам никогда не суждено стать парой. Я не торопился с ответом. Инга мне всё больше нравилась. Она открытая и смелая. Давать ей пустые надежды или соврать что-то, чтобы воспользоваться её расположением и получить быстрый доступ к телу, мне совсем не хотелось.
— Пока я не могу ответить на твой вопрос. Монстры здесь очень сильны и победить их будет непросто. Я могу погибнуть в любой день, в любой битве. До славного дня освобождения надо ещё дожить, — уклончиво ответил я.
— Я это хорошо понимаю, господин Алекс, но если бы вы уже оказались в том дне, как бы вы поступили? Сразу покинули этот мир и вернулись домой или остались здесь, чтобы пожинать славу героя и получить заслуженные дары.
— О каких таких дарах ты говоришь?
— Ну… любая незамужняя девица мечтает выйти за достойного мужчину, а кто может быть ещё более достойным супругом, чем славный герой, своим потом и кровью окропивший землю, когда освобождал наше гибнущее королевство. Вас многие знатные рода будут готовы принять в качестве жениха. Вы останетесь, чтобы возделывать эти земли, строить новые города, преумножать богатства своего рода или покинете нас?