Заколдованная страна 2: на страже восточных рубежей (СИ)

Крепкий и высокий борт повозки защитил мужчину от большинства ответных выстрелов, так что перестрелка для охотника завершилась всего парой неглубоких царапин. Если бы не необходимость защищать крепко спящего компаньона, Умберт вряд ли вообще ввязался во вторую схватку, предоставив действовать профессионалам, но его вновь оставили отбиваться своими силами, из-за чего мужчина был намерен потребовать в конце пути возвращение платы за охрану. Он больше сделал для защиты каравана, чем его охрана для него с Алексом.
Когда бой завершился и остатки уцелевших грабителей в панике бежали в лесную чащу, Умберт смог успокоить свои нервы сбором выпущенных стрел. Он собрал их все до единой, так как считал, какое количество выпустил. Пришлось задержаться на месте нападения ещё некоторое время, пока возничие распиливали тяжелый ствол на три части. Целиком ствол оказался настолько тяжелым, что сдвинуть его с места не удалось даже совместными усилиями пятнадцати человек. Даже центральную, округлую после удаления веток и сучьев часть ствола, удалось откатить с большим трудом.
Следующие три часа пути прошли спокойно, на широкой, открытой местности с хорошим обзором устроили короткий привал, чтобы ещё раз напоить и накормить лошадей, а при въезде в очередной островок леса случилось новое, коварное нападение бандитов, и оказалось оно самым многочисленным и опасным. Тактика прорыва не сработала, так как дорогу опять заблокировали поваленным деревом. Причем, в этот раз его повалили непосредственно перед движущимся на полном ходу караваном, из-за чего несколько возглавляющих цепочку всадников вылетели из седла, столкнувшись с преградой на полном ходу. Среди них оказался и командир стражи, что внесло некоторую сумятицу в действия его подчиненных, привыкших действовать по указке.
Когда повозки встали, возница последней опять сорвался с места, желая присоединиться к отряду товарищей впереди и в этот раз был сбит с ног тяжелым, оглушающим ударом дубинки выскочившего из-за деревьев бугая. Нескольких всадников по левую сторону от каравана сбили с лошадей длинными рогачами. Слаженная работа охранников без команд лидера расстроилась. Одного за другим их сбрасывали с лошадей. Надо отдать бандитам должное, они действовали очень грамотно, так как не давали скинутым на землю воинам подняться на ноги и продолжить сопротивление с мечом. Их тут же оглушали градом тяжелых ударов дубинок.
Умберт не вступил в бой с начала схватки, трезво оценив свои силы, решил, что никак не справится с десятком бандитов, изначально зашедших с тыла. Он прикрыл глаза и прислонился к мертвому грузу в неестественной позе. Благо, на фоне сваленных горой тел, прикинуться ещё одним трупом было несложно. Когда же не встретившие сопротивления в хвосте разбойники устремились в начало каравана, чтобы большим численным перевесом задавить прижатых к стволу охранников, охотник вновь «ожил», осторожно высунулся из кузова, оценил обстановку, и не подвергая себя лишней опасности, методично расстрелял в спину два десятка увлеченных боем противников, продолжая оставаться вне фокуса стрелков.
Если бы не он, долго готовившиеся к своей атаке огненные маги в первой повозке были бы сметены и раздавлены, их выбитые из седла товарищи и заказчик убиты, а караван разграблен. Умберт спас положение, одного за другим положил потерявших бдительность и вышедших поближе к целям стрелков, что и дало магам необходимые секунды отсрочки, саму возможность успешно контратаковать.
Прогремел сотрясший всю округу парный взрыв. Куски взорванной двумя огненным шарами плоти бандитов разметало по округе. Погибло на месте или было смертельно ранено около двадцати головорезов. Остальных же, особенно тех, кто оказался слишком близко к взрыву, потрясло и оглушило. Испуганные лошади в упряжке первой повозки заржали, встали на дыбы, после чего рванули вперед, калеча попавших под копыта людей и прижимая к преграде тех воинов из охраны, кто ещё оставался в седле. Потерявшие наездников лошади после взрыва кинулись врассыпную. Эти пугливые животные всегда плохо реагировали на разрушительную огненную магию. Кругом царила полная неразбериха.
 
Нападение бандитов провалилось, но почему-то они не отступали, даже когда остатки уцелевших воинов из охраны выбрались из затора и снова собрались в боевой кулак, никто из грабителей не побежал. Оглушенный гораздо слабее многих, Умберт воспользовался неразберихой и продолжил стрелять, быстро увеличив количество своих жертв с двадцати до сорока. Он мстил бандитам за годы жизни в страхе, за погибших от их рук земляков и родственников, за то, что так давно не видел своих сыновей, родившую уже трех внуков дочь. Он не увидел, как они делали первые шаги, как выросли из крепких карапузов в нескладных подростков.
Если бы не эти бессовестные нелюди, он бы навещал детей и внуков в городе и северной деревне каждое лето и зиму. Охотник вымещал на бандитах горечь вынужденного одиночества, а заодно и многолетнее бессилие перед Слепцами. Мужчина вновь чувствовал, что молод и полон сил, поэтому он тратил эти чудом появившиеся силы туда, куда мечтал их потратить, сделавшись с годами немощным и подслеповатым. Тугая тетива «Ворона» звенела, бесшумные стрелы-убийцы находили и укладывали на землю очередную цель, но мужчина и не думал останавливаться. Его гнев был огромен. Месть сладка.
— Сорок пятый, сорок шестой, сорок седьмой, — приговаривал Умберт, отправляя очередную стрелу в шею замешкавшегося на одном месте негодяя.
Целиться было легко, ведь после взрыва многие оглушенные бандиты двигались вяло или вовсе присели на землю. Кто-то лежал, притворялся мертвым или действительно лишился чувств. Охотник стрелял и по таким. Стрел, которые он потом вернет назад — не жалко. Самое странное было в том, что тающая на глазах банда не бежала с поля боя, среди бандитов не наблюдалось никакой паники. Они словно находились под эффектом заклинания «Бесстрашие».
Казалось, враг был разбит и выжившие путники могли праздновать победу, но в этот самый момент из леса показалась скрывавшаяся там до сих пор ходячая нежить. Несколько десятков полностью лишенных плоти скелетов, к обоим рукам которых веревками были привязаны короткие, шипастые дубины и полтора десятка ходячих мертвецов ещё не лишившихся плоти. Зомби упокоить, перебив позвоночник или раздробив черепушки, намного сложнее, чем легких и довольно хрупких скелетов.
— Отступаем! Все назад! Разворачивайте повозки! — запоздало отдал приказ наконец пришедший в себя командир стражи.
Появление нежити свидетельствовало о том, что бандиты попали в подчинение к некроманту. Он не пустил свою армию в ход, пока исход нападения не был известен, но когда боевые маги показали себя, стало очевидно, что без мертвой армии бандитам уже не справиться.
Пока воины с щитами удерживали нежить на расстоянии от испуганных лошадей, возничие в спешке разворачивали повозки. Воины с первого края по сигналу командира отбежали назад, помогая тяжелораненым также подняться на ноги и забраться в транспорт. Отступили они не из-за трусости, а для того, чтобы не попасть под ещё одну атаку магов.
Прогремел новый оглушающий парный залп огненных шаров, который смёл сразу несколько рядов скелетов и раскидал по земле неповоротливых мертвецов во плоти, но отброшенная назад ходячая нежить, несмотря на вывернутые набок конечности, тут же поднялась на ноги и продолжила наседать на уже изрядно уставших и вновь выстроившихся в заслон воинов.