Ошибка... (СИ)
— Расскажи мне лучше за себя. Как сама поживаешь? Что нового? Со всем справляешься? — спросила Аннушка.
Я не знала, как преподнести ей последние новости, а рассказать ведь было что. Но как признаться ей в своей так быстро возникшей симпатии к малознакомому парню, как оповестить о том, что из-за этих чувств я потеряла друга и что теперь практически вся деревня осуждает меня и смотрит с укором. Нет. Так расстраивать близкого человека я не могу. Бабуля сейчас и так слабая, а такие вещи окончательно её огорчат.
— У меня… — замялась я. — Хорошо всё у меня. Дома порядок полный, с хозяйством нашим справляюсь. Ты не переживай. Лучше поправляйся быстрее, ты же знаешь, как не хватает мне тебя. — я взяла её холодную ладонь и приложила к своей щеке.
— Девочка моя, я так рада, что ты приехала ко мне. Знаю, мы теперь в долгу перед Вовкой. Но как же он нас выручает. Привозит тебя. Но ничего, я его отблагодарю. Ты потом его ко мне позови в палату.
Я напряглась после просьбы Аннушки.
— Бабуль, тут такое дело…меня не дядь Вова привёз сюда. — призналась я.
— Разве не он? Так ты что, поди на автобусе ехала? — удивилась она. — Кира, не надо было так суетиться. Это ж ты какой путь проделала? А потом как доберёшься?
— Не на автобусе я приехала, ба. Меня парень привёз, который у нас остановился. — пыталась объяснить я спокойно, но моё волнение выдавали руки, которые стали сжимать подол сарафана.
— Это он к нам в такую глушь на машине приехал? — снова удивлённо посмотрела она.
И тут я окончательно поняла, что надо всё же хоть как-то прояснить ситуацию.
— Нет. Он взял машину у дядь Вовы и привёз меня. Он сам договорился с соседом и изъявил желание. Вообще, бабуль, он очень хороший. Он старается мне помогать…заботится обо мне…и — я опустила глаза в пол. — и он…
— Он всё же нравится тебе, Кира. Я же говорила тебе, что против природы не попрёшь. Я надеюсь, что и ты ему нравишься, детка. Надеюсь, что у вас всё взаимно.
— Взаимно. Ещё как взаимно. Он мне это не только словами, но и поступками доказывает. — я всё же подняла голову и неуверенно посмотрела в родные глаза, боясь увидеть в них осуждение.
— Это хорошо, что если всё так, как ты говоришь. Но ты всё равно, в омут с головой не прыгай и в обиду себя не давай, договорились? — спросила меня с заботой моя Аннушка.
— Конечно. Даже не сомневайся. — улыбнулась я, и на душе стало немного легче от своих признаний.
— Ещё вот что, Кира. Ты обязательно должна учиться. Тебе надо поехать и поступить…
— Нет. — перебила я бабулю. — Пока тебя не выпишут, я никуда не уеду и ничего делать не буду. Даже не начинай.
— Послушай, Кира. Меня рано или поздно выпишут, а ты время своё упускаешь. Так нельзя. Поезжай в город.
— Нет. Без тебя не уеду. — сказала я, а в глазах стала собираться солёная влага.
— Девочка моя, милая. Я обещаю, что когда вернусь из больницы, то что-нибудь придумаю со своим переездом. Только ты учись, Кира. Не подводи меня. — она с последней силой сжала мою руку.
— Я не так всё планировала. — из моих глаз всё же упали предательские капли.
— Всё будет хорошо, милая. И ещё. — она очень серьёзно посмотрела на меня. — Я деньги откладывала, там в буфетнице нашей, в голубом сервизе лежат. Возьми их. Они тебе пригодятся.
— В сервизе? Для чего они мне пригодятся? К чему ты мне это говоришь? — какое-то неприятное предчувствие закралось в душу.
— Как для чего? Ты поступать же поедешь. Там в городе много трат будет. И одежду новую, и жильё. А если снова мест на бюджет не будет? Так что деньги заберёшь. Всё поняла?
Я ещё посидела какое-то время с бабушкой, попрощалась и под её убедительные просьбы ехать домой, всё же покинула палату, оставляя у себя на душе какой-то печальный осадок.
Я медленно шла по коридору, а затем остановилась напротив кабинета врача. Я постучалась не сразу. Стояла и неуверенно переминалась с ноги на ногу. Если честно, мне было страшно. Я помню, что в прошлый раз говорил врач, помню свои слёзы от разговора с ним. Но я должна зайти к нему, я должна узнать, как обстоят дела со здоровьем самого близкого мне человека. Я собралась с духом и постучала.
— Да, входите. — прозвучало по ту сторону кабинета, и я зашла.
— Добрый день. Я по поводу… — я не успела договорить.
— А, добрый день, Кира. Вы по поводу бабушки. Присаживайтесь. — он указал мне на тот же самый стул, что и в прошлый раз.
— Я хотела бы узнать о её состоянии. Она сама не признается мне, что её что-то беспокоит. И…Вы же не просто так продлили ей лечение? — задала я свой вопрос и с надеждой посмотрела на врача.
— Кира, я в прошлый раз Вам говорил, что ситуация весьма непростая… — сделал он паузу. — Но я пытаюсь сделать всё возможное. Из области привезли новые препараты, которые могут повернуть лечение в положительную динамику. И я очень надеюсь, что кризис всё же минует. Мы будем пробовать всё, чтобы восстановить её организм, уверяю Вас. — договорил он и накрыл мою ладонь своей.
Это был не романтический жест, нет. Это было…сочувствие. Чувство, от которого внутри всё взвыло диким зверем. Если сочувствуют, то значит есть повод нас жалеть. А я не хочу этого повода. Хочу, чтобы моя Аннушка поправилась и вернулась ко мне.
— Спасибо. Я…я надеюсь, что вы её вылечите и верю в лучшее. — вздохнула я и поднялась со стула. — Я пойду, до свидания.
— Всего доброго Вам, Кира. До свидания.
Я вышла из кабинета и на автомате побрела на улицу. Я ничего не слышала, не различала дороги. Все мои мысли занимала моя бабушка. Как же ей помочь, когда я так бессильна в этой ситуации? Где взять силы? У кого просить помощи?
— Кира, почему ты плачешь? Что произошло?
Я подняла голову и увидела встревоженное лицо Стаса. Оказывается, я уже стою на улице. Я ладонью провела по своей щеке. Действительно, плачу.
— Стас, Аннушка. Ей…ей не становится лучше. А если она, что будет, если она не поправится? — спросила в отчаянии я и сама прижалась к парню.
— Всё будет хорошо. Не плачь. Мы что-нибудь решим. — сказал он и сильно обнял меня.
И я больше не могла сдержать себя. Я разрыдалась. Все мои страхи и опасения нашли выход в истерике, которую я устроила на груди Стаса.
— Она же не может не поправиться, правда? Скажи, что с ней всё будет хорошо? Будет ведь, ответь? Я же не смогу без неё, понимаешь? — я с силой сжимала руками его футболку и хотела услышать спасительный ответ.
— Малышка, тебе надо сейчас успокоиться. Давай присядем, здесь рядом лавочка. — он гладил меня нежно по спине. — Пойдём, Кира.
Мы сидели до тех пор, пока моя истерика не отступила. Всё это время Стас обнимал меня, гладил успокаивающими движениями, целовал в висок и макушку. Мне стало немного легче. Он спрашивал меня про болезнь Аннушки, и я рассказала всё то, что знала и что объяснял мне врач. Затем мы некоторое время сидели молча.
— Поехали домой, городской. — нарушила я молчание своим севшим от слёз голосом.
— Конечно, солнце. Только я забегу в больницу на пару минут. Мне надо…надо в уборную.
— Хорошо… — ответила безэмоционально я.
После ухода Стаса я снова ушла в свои мысли. Не знаю даже, сколько времени я просидела в ожидании. В реальность меня вернул его голос, оповестивший о том, что мы можем отправиться домой. Ну и хорошо. Мне просто необходимы сейчас родные стены. Родной дом…
Глава 22. Стас
Да уж. Не так я себе представлял нашу поездку. Я искренне хотел порадовать девчонку, поднять ей настроение, ведь я видел, как Кира скучает по бабушке, а получилось…печально всё получилось.
После её истерики я чувствовал себя крайним. Ведь это я привёз её в больницу, и именно там она расстроилась. Я, конечно, знал, что туда не отдыхать приезжают, но не думал, что дела настолько хреновые, а прогнозы ещё хуже.
Мне тяжело давались её слёзы. После того как она успокоилась, я решил поговорить с врачом. Естественно я не стал оповещать Киру о своих планах. Я придумал повод зайти в больницу, а сам прямиком отправился в кардиологическое отделение.