Жестокий Лорд (ЛП)

Я не знаю, почему это меня заводит. Должно быть, просто ко мне никогда раньше так не прикасались, в отчаянии думаю я. На самом деле мне всё это не нравится. Я просто неадекватно реагирую. Но к тому времени, как Брук заканчивает и протирает тёплой мочалкой мою гладкую, только что побритую кожу, я едва сдерживаюсь, чтобы не застонать. Она тщательно смывает все следы геля для бритья. Когда шершавая поверхность мочалки трётся о мой клитор, я сильно прикусываю нижнюю губу, хватаясь за бортики ванны и изо всех сил стараясь не выгнуться навстречу её руке.
  
— Срань господня, она возбуждена. — Смеётся Дин. — Ты только посмотри на это дерьмо. Она только что попыталась трахнуть эту мочалку.
При этих словах мои щёки вспыхивают, и как только Брук отходит, я сжимаю ноги, только чтобы увидеть, как Кейд свирепо смотрит на меня.
— Покажи нам свою бритую киску, — требует он. — Никто не говорил тебе сжимать ноги.
С пылающим от смущения лицом я послушно снова раздвигаю ноги, позволяя ему увидеть всю мою влажную розовую плоть.
— Она чертовски мокрая, — говорит Кейд. — Ты ведь знаешь правила, да, Афина?
— Да, — шепчу я.
— Ты не можешь прикасаться к себе. Даже чуть-чуть. Ты не можешь кончать без разрешения. Если ты кончишь во сне, ты должна признать это. Никаких оргазмов без разрешения. Скажи это вслух, чтобы мы знали, что ты понимаешь. — Теперь его голос звучит снисходительно, покровительственно.
— Никаких оргазмов без разрешения. — Я опускаю голову, чувствуя себя полностью побеждённой.
— Хорошо. — Кейд удовлетворённо улыбается. — А теперь иди спать.
Я не могу выйти из ванной достаточно быстро. В ящиках нет ничего из одежды, которую я обычно надеваю перед сном. И все же мне невыносима мысль о том, что я буду спать голой, совершенно беззащитной. Только не в этом доме. Итак, я натягиваю кружевные трусики-бикини, заставляя себя не обращать внимания на то, как приятно ощущать мягкое кружево на своей обнажённой коже и как мгновенно становится влажной складка между ног, а затем надеваю один из обтягивающих топиков и ныряю под прохладные простыни своей кровати.
Один день…, и меня уже раздели, заставили проглотили сперму, поставили тарелку на пол и побрили.
И что, блядь, принесёт мне завтрашний день?
  
14
 
АФИНА
На следующее утро после унизительного бритья я понимаю, что у меня есть выбор. Попытаться согласиться с тем, чего они хотят, или резко обострить ситуацию.
Вчера я надела что-то, что невольно понравилось Джексону, и я знаю, что сегодня мне, вероятно, следует попробовать понравиться кому-то другому. Но проблема, конечно, в том, что я этого не хочу. Дин – высокомерный засранец, а Кейд... ну, Кейд просто ужасен.
Не говоря уже о том, что он заставил меня стоять на коленях на полу, пока они ели.
— Делай, что должна, — говорю я себе, вставая и направляясь к шкафу. Разумнее всего было бы попытаться понравиться Кейду, но я не совсем уверена, какие именно девушки ему нравятся. Я помню, что в старших классах он часто бегал за чирлидершами, так что я роюсь в шкафу, пока не нахожу синюю мини-юбку в складку, которая напоминает мне о том, что могли бы носить чирлидерши, и сочетаю её с белым топом на бретельках, застёгивающимся спереди на пуговицы и оставляющим мой живот открытым, и надеваю белые кроссовки. Сегодня я распустила волосы и не стала утруждать себя макияжем, разве что нанесла немного туши и блеска для губ.
Я ненавижу всё в своей внешности, но, возможно, это того стоит, если Кейд перестанет казаться мне таким придурком. Я начинаю понимать, что, хотя у меня нет возможности избежать сексуального удовлетворения этих парней, возможно, я смогу заключить своего рода временное перемирие. Или, по крайней мере, не злить их понапрасну.
Если ношение нескольких дурацких нарядов облегчит задачу, то я знаю, что должна это сделать. Это не конец света. Это меня не убьёт.
Сейчас я должна думать об общей картине – как выжить с этими тремя парнями и со всем, что они запланировали для меня, пока я не найду выход. Как разорвать контракт. Как вытащить нас с мамой отсюда, не подвергая нас слишком большой опасности.
Мальчики уже завтракают, когда я спускаюсь вниз, и все трое останавливаются, окидывая меня взглядами почти... оценивающими.
— Я вижу, малышка научилась одеваться сама, — говорит Кейд с жестокой ухмылкой, его взгляд задерживается на моей груди, которая, кажется, выпирает из выреза топа. Топ на размер меньше, но, конечно, так оно и есть. И я не думаю, что это случайность.
— На мой вкус, немного распутно. — Дин хмурится. — Мне нравится что-нибудь более стильное. Но тебе, Кейд, это подойдёт. Завтра, Афина, ты наденешь что-нибудь, что я бы одобрил.
— Дурацкий теннисный наряд? — Выпаливаю я в ответ, прежде чем успеваю себя остановить. Отлично, Афина. Я вижу, что решение ладить с ними уже приносит свои плоды.
Лицо Дина мрачнеет.
— Я вижу, ты ещё не поняла, для чего нужен твой рот.
Я напрягаюсь. Он бы не стал. Не здесь, перед другими парнями, но, если я чему-то и научилась на данный момент, так это тому, что я не могу предсказать, как далеко они зайдут и что будут делать. Эти трое парней или, по крайней мере, Дин и Кейд, гораздо более порочны, чем я могла себе представить. И я знаю, что это только начало.
Дин демонстративно смотрит на свои часы, которые выглядят чертовски дорогими для студента колледжа. Он всегда одевается так, будто ему уже за двадцать, как будто у него шикарная офисная работа, на которую он ходит вместо уроков английского и западной культуры.
— Нам нужно уходить через несколько минут, — говорит он. — Тебе повезло, Афина, потому что даже в этом распутном наряде ты возбудила меня, и я должен попросить тебя залезть под стол и позаботиться об этом для меня.
— О, черт, чувак, я не хочу этого видеть. — Джексон закатывает глаза, но я вижу, как они слегка косятся на меня.
Что...это он пытается меня защитить?
— Ты не хочешь посмотреть, как наш маленький питомец сосёт член? — Кейд смеётся. — Я хочу это увидеть.
— Может быть, у меня, и наедине, — говорит Джексон, бросая салфетку на стол. — Но я не такой любитель всего этого публичного дерьма, как вы, ребята. Определенно, я не в восторге от того, что увижу ваши два придурковатых члена. — Он встаёт и бросает на меня взгляд. — Давай, Афина, тебя подвезти?
Я ещё не ела, но не собираюсь упускать возможность выйти из этой комнаты, не раздеваясь, не подбирая еду с пола и, что ещё хуже, не отсасывая у Дина на глазах у всех.
— Да, — быстро отвечаю я, прежде чем Кейд или Дин успевают возразить, и выбегаю из столовой вслед за Джексоном.
— Тебе нужно перестать им перечить, — решительно произносит он, когда мы подходим к мотоциклу. Он протягивает мне шлем, не глядя на меня. — Ты только усложняешь себе задачу.
— Я не знаю как, — признаюсь я, застёгивая шлем под подбородком. — Это не в моих правилах.
— Тебе нужно научиться. — Джексон перекидывает ногу через руль мотоцикла, увеличивая обороты так, что ему приходится перекрикивать звук двигателя, чтобы его было слышно. — Они не собираются облегчать тебе задачу.
— Почему бы тебе не помочь мне? — Я смотрю на него, стоящего рядом с мотоциклом, пока он ждёт, когда я сяду. — Если тебе не нравится, что они делают. Почему бы тебе не помочь мне выбраться из этого?
Джексон смеётся.
— Это при условии, что меня это так сильно волнует.
— А нет? — Я вздёргиваю подбородок, бросая на него вызывающий взгляд. — Ты уже дважды пытался мне помочь. Ты возишь меня. Не думаю, что тебе нравится то, что делают Кейд и Дин.
  
Джексон вздыхает и, наконец, поворачивается, чтобы посмотреть на меня.
— Афина, этот контракт нерушим. Даже если бы мне было не всё равно, я бы не смог тебя вытащить. И кто сказал, что мне это тоже не нравится? Вчера вечером мне понравилось смотреть, как тебе брили киску. Это было круто. Только потому, что мне не нравятся интеллектуальные игры Кейда и Дина, это не значит, что я не вижу во всей этой ситуации каких-то преимуществ. — Он мотает головой в сторону задней части мотоцикла. — Давай. Залезай, пока они не вышли и не затащили тебя обратно, или я решу отпустить тебя пешком. Сегодня на тебе подходящая обувь.