Жестокий Лорд (ЛП)

Он, возможно, самый близкий человек, который у меня есть, как союзник в этом доме, что, честно говоря, чертовски пугает.
Тем не менее, его мотоцикл великолепен, даже лучше, и это о чем-то говорит, потому что, если бы обстоятельства были другими, и я действительно собиралась выбрать одного из этих придурков, я бы выбрала Джексона. Не только потому, что он мне близок по стилю – чёрные джинсы и байкерские ботинки, джинсовая куртка на пуговицах и кожаная мотоциклетная куртка, но и потому, что он похож на меня внешне. Его тёмные волосы, длинные на макушке и подстриженные по бокам, эти почти чёрные глаза, точёная челюсть с лёгкой щетиной – всё это как раз то, что я бы описала как тип мужчины, которого мне действительно хотелось бы трахнуть.
  
Жаль, что он участвует в этом дерьме. Я ни за что на свете не уступлю мужчине или, что ещё хуже, не захочу мужчину, который согласился бы стать частью того, чтобы владеть мной. Это немного разочаровывает, потому что, несмотря на то, что они все очень-очень крутые, Джексон, черт возьми, очень крут.
И его мотоцикл, матово-черный Triumph Bonneville, тоже достоин восхищения.
Он высаживает меня перед главным зданием кампуса, куда я должна пойти, чтобы записаться на занятия.
— Удачи, — говорит он с ухмылкой. — Не опаздывай после школы. Папочка Сент-Винсент и папочка Блэкмур разозлятся, если ты это сделаешь.
Я вздрагиваю.
— Пожалуйста, не называй их так, — говорю я, прежде чем успеваю остановиться, а затем вздрагиваю, надеясь, что он не разозлится на меня за то, что я говорю без разрешения. Несмотря на то, что существует подробный контракт, я точно не знаю, каковы правила. У меня такое чувство, что Джексон будет более снисходительным, чем остальные.
Он смеётся, и это звучит искренне.
— Ну ладно. Кейд и Дин будут в бешенстве. И ты определенно не хочешь, чтобы Кейд злился на тебя.
Это уж точно.
— Спасибо, что подвёз, — быстро говорю я, хватая свою сумку с книгами. — Я не опоздаю.
— Конечно. — Джексон откидывается на спинку сиденья. Затем он уезжает, мотоцикл с рёвом отъезжает, оставляя за собой запах выхлопных газов.
От этого у меня слегка сжимается грудь. Я выросла среди мужчин, от которых всегда так пахло: запах пота, масла и смазочной смеси держался за ними ещё долго после того, как они принимали душ и переодевались. Я не думала, что когда-нибудь расстанусь с этим. Честно говоря, я думала, что в итоге буду встречаться с одним из их сыновей и выйду замуж за члена клуба. Я была бы «старушкой», как моя мама, и сидела бы на заднем сиденье «Харлея» какого-нибудь крутого парня, пока у меня не родились бы дети, а у него не вырос бы пивной живот, и мы не состарились бы вместе, если бы он не умер во время пробежки, как некоторые парни.
Моя жизнь приняла совсем другой оборот.
Следующий час уходит на регистрацию на занятия. Здесь нет такой неловкой встречи с деканом, как в мой первый день в академии. Хотя мой консультант, похоже, совершенно не понимает, как я могла поступить в Блэкмурский университет, не имея ни малейшего представления о том, какие занятия я хотела бы здесь посещать и какой будет моя специальность. Я не могу точно сказать ей, что я этого не планировала, что я даже не подавала заявления, и что изначально моим планом было поступить в государственный университет и просто какое-то время посещать курсы общего образования, пока я не пойму, что, черт возьми, я хочу делать со своей жизнью.
Никто просто так не попадает в Блэкмурский университет.
Но потом она открывает моё досье и видит, где я живу. И выражение её лица меняется.
— О, — произносит она, и её тон становится очень странным. Я не могу сказать, что это – отвращение или сочувствие в её голосе, но мне не особенно интересно выяснять, что именно. Я просто знаю, что эта встреча стала ещё более неловкой. — На самом деле, ты можешь выбрать всё, что захочешь. Просто выбери какую-нибудь специальность. В конце концов, не имеет значения, с чем ты закончишь учёбу. — Она пожимает плечами, закрывая мой файл. — Ты любишь читать?
— Эм... да?
— Хорошо. Значит английский и английская литература. — Она на мгновение отвлекается от работы на компьютере, а я смотрю на неё, слегка ошарашенная, и пытаюсь осмыслить то, что она только что сказала.
В конце концов, это не имеет значения. Почему? Потому что я навсегда останусь питомцем Блэкмуров, и у меня никогда больше не будет собственной жизни, кроме этой?
Эта мысль настолько ужасна, что я чувствую, как мой желудок сжимается, где-то глубоко в животе образуется ледяной комок. Я не позволю этому случиться, думаю я про себя. Я не собираюсь провести остаток своей жизни, прислуживая одному из этих придурков. Я собираюсь освободиться от этого, чего бы это ни стоило.
Даже если придётся смириться с этим на какое-то время.
Консультант встаёт, подходит к принтеру, а затем возвращается, протягивая мне расписание занятий и карту.
— Вот, пожалуйста. Твоё первое занятие начинается через пятнадцать минут, так что тебе лучше поторопиться. И удачи, — добавляет она, мельком взглянув на меня, прежде чем вернуться к своему компьютеру.
***
Я немного теряюсь, пытаясь найти свой первый урок, английский 1101, но не настолько, чтобы не успеть вовремя, когда профессор готовится начать. Это означает, что единственные места, которые я могу найти, находятся ближе к переднему ряду, но я просто беру свободное, опускаюсь на стул и достаю из сумки блокнот. Мой консультант, похоже, считал, что мне не нужно обращать на это особого внимания, что в конечном итоге всё это не будет иметь значения, но я не собираюсь прислушиваться к этому совету.
Я собираюсь позаботиться о том, чтобы, когда я выберусь отсюда, у меня было хоть что-то из этой хреновой ситуации.
Когда я открываю тетрадь, то понимаю, что все взгляды, кроме профессоров, устремлены на меня. Наверное, это из-за моего нелепого наряда, думаю я, ещё сильнее съезжая на стуле. Я определенно единственная студентка здесь, одетая в обтягивающие джинсы и кожу. Большинство из них все ещё одеты в пижамы или штаны для йоги. И на лицах девушек определенно нет ни капли косметики. Я выгляжу, как чёртова артистка из интермедии.
Но тут ко мне подсаживается худенькая блондинка, её глаза расширяются от благоговения, и она наклоняется ближе.
— Тебе так повезло, что ты принадлежите Принцу, — шепчет она достаточно тихо, чтобы профессор её не услышал, и я смотрю на неё в полном замешательстве.
— Принцу?
Девушка смотрит на меня как на полную идиотку.
— Кейду? Сент-Винсенту? Ты принадлежишь ему? — Она закатывает глаза. — Не притворяйся смущённой. Все знают, что ты его.
— Я ему не принадлежу. — Я прищуриваюсь. — В любом случае, в доме трое парней. Я никому из них не принадлежу. — Контракт предполагает обратное, мрачно думаю я. Но я не собираюсь этого говорить. Я и так уже достаточно ошарашена тем, что эта девушка и, по-видимому, многие другие, что-то знают об этом.
— Ты питомец Блэкмурского дома. Так что, я думаю, ты принадлежишь им всем, но мы все знаем, что Кейд – главный в доме. У каждого, кто учился в Блэкмурской средней школе, есть истории о нем, — она драматично вздыхает. — Тебе так повезло, — повторяет она. — Я имею в виду, все слышали слухи о том, что происходит с девушками, которых выбирают в качестве питомцев, но я бы позволила этим парням делать со мной всё, что угодно, если бы это означало принадлежать им. Особенно Кейду.
Я не могу держать рот на замке. Я была готова справиться с тем, что должно было произойти в доме, насколько это вообще было возможно, во всяком случае, но я не была готова иметь дело с такими идиотками, как эта девушка, которая подходит ко мне и на самом деле чертовски ревнует меня. Завидует тому факту, что я питомец, и что я, по сути, рабыня. Это настолько пиздануто, что я даже не могу с этим смириться или придумать ответ, который не:
  
— Уверяю тебя, они не так хороши, как кажется, — огрызаюсь я на неё. — А теперь, могу я уделить внимание профессору? На самом деле я здесь для того, чтобы учиться.