Будильник (СИ)
— Да я это… герцог обмолвился, я и запомнил, — зачем-то начал оправдываться я.
— Не переживай, это к лучшему. Так вот, если это тот самый клинок, то вопрос решён сам собой, однако если это не он… он всё равно великолепно зачарован. И сейчас мы кое-что проверим.
Мы стремглав выскочили на центральную площадь замка и тут же замерли, как вкопанные. Зенириг как-то ошалело огляделся, словно увидел это место впервые и приказал нам:
— Ждите здесь. Я скоро вернусь. Он должен быть где-то…
Продолжая бубнить, как любит это делать Серёга, он направился в городскую часть. Я глянул на Дарена, но тот лишь пожал плечами, сам ничего не понимая.
Глава 12
Ожидать мага пришлось долго. Даже чудовищно долго! Час, на самом деле, хоть ощущалось это в разы страшнее. К тому же я так умаялся за день, что даже не находил в себе сил чтобы побеседовать о чём-нибудь с Дареном и скоротать тем самым ожидание. В итоге тупо пялился через врата на виселицу без единой мысли в голове.
Впрочем нет, пара мыслей была. И самая приличная из них — а не спалить ли мне эту виселицу среди ночи к известным матронам? Ну, от греха подальше, ради перестраховки.
Не поможет. Подозреваю, новую поставят быстро и с любовью, при чём исключительно ко мне. Даже одноместную сделают, по такому-то случаю. Или вздёрнут меня прямо у врат, сбросив со стены. И, собственно, если я полезу жечь в деревянном городке ночью виселицу, наплевав на все нормы противопожарки, то они даже будут правы.
Маг возник из вечерних сумерек столь же внезапно, как и ушёл.
— Нет, не нашёл я Бистрегза. А жаль, я хотел тебе его в пример дать. Ладно, Игорь, ты мне уж так поверь, в таком случае. Первого Императора этот клинок, или же нет, а силы ему не занимать. С таким великим оружием у тебя и впрямь появляется шанс. И я вашу парочку в обиду Могильщикам не дам. Одним словом, продержитесь только до моего прихода!
Я кивнул, так и не поняв, кого же разыскивал маг и двинулся к покоям капитанов, походкой матроса в шторм. Ещё усомнился, а верно ли я имя расслышал того, кого маг искать бегал. И как только они такую ересь придумали, а? Би-с-т-р-ег-з… язык сломать можно об такое количество согласных!
На улице к этому моменту окончательно стемнело, а стражи запалили свои факелы. Точнее, фонари на длинных палках, но мозг всё равно обзывал их факелами, по старой привычке.
Желания, конечно, лезть во всё это и рисковать своей шеей у меня никакого не появилось, но и в грязь лицом негоже. Как уверяет один мой бородатый друг, «надо держать своё слово, какую бы дурь ты не ляпнул». Впрочем, именно такой дури я, пожалуй, прежде не говорил и не творил. Зато больше и не сотворю, в этом есть своеобразный плюс! Сдохну и не сотворю, возможности не представится. Чёрт, что ж я дурак-то такой перед смертью, а?
Вызвавшийся проводить меня Дарен, судя по мрачной мине на лице, пребывал в таких же невесёлых думах о предстоящей смерти, как и я. Разница лишь в том, что он думал о моей кончине, а я — о собственной. Не велика, в сущности, но мне ощущается громадной.
Поднявшись по лестнице, мы обнаружили в капитанской гостинной того самого графа, Алэнда Фон-Мейзера, сидящим перед камином с книгой в руках. Было очевидно, что ожидал он здесь именно меня, потому Дарен поспешил ретироваться, быстро распрощавшись, поклонившись графу и тут же сбежав. А Бороде «последнее прощай» как же? Впрочем, тот и не заметит, так что ладно.
Граф тем временем встал ближе к двери в покои, преграждая мне путь и всем видом намекая на непреодолимое желание пообщаться со мной. Ну что ж ты привязался ко мне среди ночи, а? Мне ведь спать осталось всего ничего, а ты моё время транжиришь! Ведь пока с Бородой пообщаемся и я расскажу ему, что разузнал и чему обучился, да в какой переплёт мы на самом деле попали, пока перекушу, чтоб цыгане не снились, пока угомонюсь и засыпать начну, а там уж и вставать будьте любезны, вас убивать пришли! У всех графы как графы, а мне, блин, болтун достался…
Не дожидаясь реверансов с его стороны, я сам начал разговор, раз уж избежать его точно не выйдет.
— Вечер добрый, господин граф. Вы что-то хотели?
— Да, капитан. Для начала… для начала я хотел бы извинится за своё поведение утром. Я должен признать, что был поспешен в суждениях, но поймите моё состояние: хоть вести о моём брате ещё не вышли за пределы замка, а я уже знал о случившемся. Так же призна′ю, что новостью для меня произошедшее не стало. Думаю, вам уже известно, что мой брат был не первым павшим капитаном? — я кивнул, нет смысла отрицать очевидное. — В таком случае, вы понимаете и предостережение, которое я хочу до Вас донести. Будь я на вашем месте, я бы избрал смерть на виселице. Ни в коем случае не сочтите это оскорблением или угрозой! Я говорю честно, без тени… н-да. Мой брат был человеком чести, хоть и не унаследовал титул отца. И он был сильнее меня, в плане характера. Я никогда не вызвался бы стать капитаном, зная судьбы их предшественников. И в память о нём, я обязан предупредить вас, хоть это мало что изменит. Вы уже избрали свою судьбу. Честь вам, и память в веках. Не сочтите оскорблением, но не будь вы людьми чести, я предложил бы вам сбежать. Однако должен предостеречь, что это не поможет. Один из прежних капитанов надеялся таким образом спастись от своей участи. Прикарманив недельное жалование и получив доспехи с оружием, которые, наверняка, планировал продать где-нибудь в Галинмаре, он тем же вечером сбежал. Его совершенно случайно обнаружили по воплям, доносившимся из-под земли, на «холме капитанов». Как не трудно догадаться, это то самое место, где мы… где павшие капитаны стражи должны встретить свой вечный покой. К тому моменту, как его откопали, он уже умолк.
— Простите, я не совсем понял… его Могильщики?… А впрочем нет, теперь понял. Им не чужда ирония, по всей видимости.
— Вынужден согласится, — мрачно кивнул мой собеседник, всё так же не намереваясь меня отпускать. — Так же, как граф я не приемлю дезертирства и должен предостеречь Вас от таковых поступков ещё и из соображений моего титула. Но как брат…
Он снова умолк. Видно было, что говорил он искренне, хоть и давалось ему это тяжело. Главное, что в кои веки ничего не утаивает и говорит прямо. Самую гадость в правду-матку режет, зараза. Душка, а не человек!
— Я прекрасно вас понимаю, господин граф. Спасибо за ваши предостережения, мы будем бдительны. Надеюсь, нам удастся с вами ещё пообщаться. А сейчас, если позволите, я хотел бы вздремнуть до…
— Да-да, разумеется, — тут же закивал граф, не дав мне закончить фразу. Впрочем, я и не планировал. — Позвольте ещё одну ремарку, последний совет. У вас есть лишь два пути: либо остаться в броне, надеясь, что вам-то сил хватит, либо снять её, чтобы не утруждать похоронную команду, что понесёт вас к месту последнего покоя. Совет же мой — не забудьте помолиться перед сном своим богам.
И вот пойди разбери, это он из соображений заботы, или так витиевато и завуалировано мне угрожает? В любом случае, он мне надоел. Как его отогнать-то? А как бы Серёга, истиный интроверт, прервал бы этот разговор?
Вспомнив Бороду, я почему-то решил поступить именно так. Склонил голову к плечу резким рывком, при этом едва приоткрыв рот для лучшей акустики.
Хруст раздался зверский! Девчонки в школе дико бесились, когда Серёга такое вытворял. И он-то нормально, а мне вот в шею вступило… и как быть? Ладно, перетерплю. Лишь бы слёзы на глазах от боли не выступили, а то как в том фильме, с китайцем.
— Благодарю Вас, граф, — я снова склонил голову в небольшом поклоне. — Мы учтём ваши советы. Вы позволите мне пройти к другу и поделится с ним этими размышлениями?
— Конечно! — чуть склонился граф мне в ответ и указал на дверь нашей коморки, приглашая пройти.
Я и пошёл, совершенно не задумавшись о Серёге и условиях, в которых я его оставлял. А стучаться-то для слабых и не интересно… м-да, неудобно как-то получилось.