Будильник (СИ)
На пару у нас дело сразу пошло лучше. Наш рост и длинные деревяшки в руках позволяли нам без особого труда гонять этих задохликов, не опасаясь получить по ногам. Мы попросту никого к себе не подпускали, держа на приличной дистанции.
Увы, дубиной я махал не очень профессионально. Настолько непрофессионально, что мои далёкие предки (из области доисторических пещерных) не в пример бы меня поставили, а отмутузили, в профилактических целях. По сути, меня переклинило и я попросту махал ей, словно ветреная мельница, нарезая перед собой огромную восьмёрку. Пару раз даже в кого-то попал, наверно… не знаю. Глаза-то я попросту закрыл.
А вот Борода работал качественно, по кардинально иной схеме — бил прицельно, по конкретным тварям, начисто лишая желания нападать вновь.
Заметив, что атака захлёбывается, да отхватив пару раз дрынами по хребтам, эти мелкие черти поспешили сделать ноги. Даже на раненых плюнули. Впрочем, там лишь едва побитые и все они споро уползли вслед за остальными энергично улепётывавшими уродцами.
Сбежали прям ВСЕ.
Даже тот контуженный, которым Серёга мою палатку опрокинул.
Сбежали, оставив нас посреди нигде, наедине с мыслями.
А мысли подобрались одна хуже другой.
Для начала — паника! Весёлая, задорная паника.
Потом ступор, само собой. Они братья, в комплекте идут. Практически, как мы двое.
Следом ужас. И вопросы, самые неудобные в наших тупых жизнях. Где мы? Как мы? Откуда? За что?! Каким, нахрен, макаром? А как же Там? А если мы здесь и всё, то как? А туда? Или всё? Так что же, здесь и сдохнем?
И лишь на последний вопрос ответ находился предательски легко — сдохнем, однозначно!
Но не факт, что здесь.
Возможно во-оон там, десятком метров левее.
Или правее. У нас вся пустыня в распоряжении, выбор крайне богатый.
Когда стадия истерики успешно прошла через организм и мы снова начали спокойно и рассудительно соображать, я решил обсудить ситуацию с коллегой. Вдруг, вдвоём сможем найти какое-то решение?
— Борода, это что сейчас вообще было, а? Ты мне можешь хоть что-то объяснить?
— Игоряша, я не могу себе хоть что-то объяснить. Типа — а что это за хрень была? А ты хочешь, чтобы я тебе это как-то объяснил?! — возмутился друг. — Не смеши меня! — Он уронил корягу себе под ноги и тут же рухнул рядом, усевшись на песок.
Значит, инициативу в разговоре придётся держать мне. Тогда по порядку.
— Хорошо, мы не знаем, кто это были и…
— И за что они нас не любят, — пробасил друг, кивая. При этих словах он похлопал себя по боку и поморщился. Я только сейчас заметил разодранную в том месте рубаху со следами крови на ней. Ссадина небольшая, но обработать стоит. — И даже не знаем, где сейчас машина деда Вовы.
— Да и пёс с ней, Серёг! Нам бы себя типа спасти… знаешь, вот меня куда больше той машины волнует, что мы сдохнуть можем незнамо где! На кой пёс нам та машина сейчас, а? Ты о чём думаешь вообще?! Да гори она синим пламенем три раза, если это нам жизни спасёт! Если выживем, то и деду твоему тачку новую купим вскладчину, и всё прочее решим на раз. А сейчас… а что сейчас, Серёг? Я даже не представляю, где мы оказались и какого хрена нам с этим делать!!
— Тихо, Игоряш. Выдыхай. Истерика не поможет. Сядь, покури, успокойся.
— Мы бросили, Серёг.
— Согласен. Но в том и есть главная проблема курения — сколько не бросай, а вечно не докидываешь. Да и в нашей ситуации можно сделать исключение. Одноразовое. С поправкой на ветер, агась. Сядь, расслабься и давай рассуждать логически.
— Хорошо, давай логически. Хотя какой пёс с того «логически»? Дерьмо бесполезное…
— Не туда, Игоряш. Ещё раз пробуй. Депресняк пока отложим, не настолько «алес капут».
— Уверен? Впрочем, да. Вдруг, нам всё это привиделось, или если мы опохмелимся, то…
Друг молча ударил меня по ноге, после чего вернулся в прежнюю позу. Костяшками пальцев пробил, качественно. Я едва не взвыл. Значит, не привиделось. Хреново.
— Ну что ж, Серёг, значит, встряли мы с тобой? Встряли… — протянул я, садясь рядом с ним. — Как ты там говоришь? Что в итоге имеем?
— По итогу…
— По нему, по нему. А по итогу, Серёг, мы имеем следующее: я — менеджер, то бишь управленец и манипулятор. А так же экономист, что есть в сути лишь счетовод и интриган. Ты — системный администратор, заведующий сетями, серверами, компьютерами и оргтехникой. Великолепный админ, спору нет. Просто ас своего дела. Гуру витой пары, бубна и паяльника.
— Я не умею с паяльником, Игоряш, — обречённо поправил меня друг.
— Тем хуже. Зато умеешь чинить оргтехнику и бухгалтерский отдел взглядом, настраивать сети и программы, да? Да. А мы… а мы в центре неизвестной пустыни, находящейся посреди нигде, с небольшими запасами провианта и воды. Управлять мне тут совершенно не кем, кроме тебя. Ты будешь против и пришибёшь, значит — абсолютно не кем. Считать остаётся разве что количество песчинок в пустыне. Манипулировать могу в лучшем случае своими руками и ногами, да и то лишь пока вода в организме окончательно не закончится. Попробовать устроить интригу против пустыни, чтобы получить прибыль песка? Тоже как-то бессмысленно. Серёг, это… всё. У нас нет ни единого навыка для выживания. Мы сдохнем тут, да?
— Игоряш, не тупи. Мы, помимо означенного, должны быть башковитыми ребятами, агась. Не зря же нас ещё не уволили, как минимум.
— Ещё не вечер, Борода.
— Не каркай, каркуша стоеросовая.
— Просто неизвестно, сколько мы тут пробудем… и, собственно, где это — «тут», — я закрыл лицо руками и чуть обмяк, пытаясь придумать хоть что-то. Вот только не хотелось. До противной тошноты не хотелось совершенно ничего. Пришлось сделать над собой порядочное усилие, чтобы преодолеть это состояние и заставить мозги шевелиться. — Ну ладно, а какие у нас навыки? Ну, строил я на даче сарай с дедом, погребу крышу перестилал. А толку? Строить не из чего, у нас ни палок, ни…
— Игоряш, я сказал башковитые, а не рукастые. В другом русле размышляй.
— Хорошо. Уболтал, чертяка языкастый. Не киснем и пораскинем мозгами. Мы, в конце концов, образованные люди, да, кандидаты наук оба… с кривыми руками, не способными держать оружия. Придётся надеяться только на разум, да минует нас мо-разум.
— Ты за себя говори. Я в институтские годы с ролевиками… ого-го! Но ты продолжай, продолжай. Хорошо начал, агась.
— Тогда не перебивай, Серёж. Так, для начала навигатор… — Я вытянул из переднего кармана брюк телефон и посмотрел на экран. — Класс! Мобильник мне разбили. Новый, между прочим. В понедельник купил, на день рождения.
— Не переживай, зато морда цела. Пока что. Навигатор хочешь? На, мужик, навигатор. Держи, друг, изучай! Я же идиот, по твоему, я же первым делом не посмотрел, когда с утра за палаткой Сахару увидел.
Я пропустил его возмущения мимо ушей и, едва бросив взгляд на экран массивного прибора, крякнул от удивления.
— Это мы…
— Это мы в Кремле, Игоряш. В Александровском саду загораем. Похоже?!
— Не очень, — честно признался я, обводя взглядом пустынный пейзаж. В глубине души я всё ещё надеялся, хоть и сам не представлял, на что. — Ладно, этот вариант мимо. Тогда пойдём от обратного. Эти аборигены прибежали к нам из неких своих жилищ. Значит, рядом. Что их привлекло? Без понятия. Но! Жилища должны быть рядом с источником еды и воды, соответственно необходимостям этих уродцев. Значит, до края пустыни или оазиса отсюда — рукой подать.
— Начинаешь соображать, Игоряш. Говоришь как истинный турист-выживач.
— Так… тогда нам надо добраться до этих источников прежде, чем у нас кончатся запасы еды и воды.
— У нас ещё водка есть, агась. Коньяк, виски, рома пару бутылок.
— Думаю, не стоит.
— Зря. Очень калорийный продукт.
— То-то все алкоголики такие мясистые качки. Давай водой ограничимся?
— Минералкой, Игоряш. Водно-солевой баланс учитывай. Минералку надо экономно, она всё выправит.
— Да, согласен. Тогда что, хватаем вещи и идём? А стеклотару со всей этой дрянью тут бросим, чёрт с ней.