Легкое дельце (СИ)
— Тина, ну ты что? — ласково спросил у меня килл, подходя поближе, обнимая и прижимая меня к своему горячему телу. И только в этот миг я осознала, что меня трясет словно в лихорадке. — Брось, не стоит он твоих слез. Собаке, как говорят у вас, на Земле, собачья смерть. Он давно ее заслужил. И твоей вины здесь нету. Видимо, даже у мироздания закончилось терпение, раз Деттерти сумел так удачно приземлиться на непонятно откуда взявшийся штырь. Устранив его, Вселенная лишь восстановила баланс между добром и злом…
Говоря все это, Таир начал сцеловывать с моих щек слезы, которые, как оказалось, ручьями стекали из моих глаз. А я этого даже не осознавала. Тряслась, как осиновый листок. Инстинктивно прижималась к сильному телу, словно стремясь напитаться его жаром, его силой, его уверенностью.
Мы с Таиром словно сошли с ума. Времени до отправки катеров на патрулирование оставалось всего ничего. Киллу нужно было уходить. Но он, как одержимый ловил губами катящиеся из моих глаз слезинки. А я, хоть и осознавала всю опасность, грозящую в первую очередь Таиру, не могла перестать реветь. Меня трясло. Наверное, просто наступил откат после всего пережитого. Мне бы остановить Ирейса, оттолкнуть, заставить уйти. А я вместо этого цеплялась за его плечи, будто это была соломинка, способная спасти утопающего.
В какой-то момент губы Таира, сцеловывающие слезы с моего лица, задели уголок моих губ. И все изменилось. Мир будто взорвался. И взорвался он внутри меня. Разом накатили невозможные по своей интенсивности ощущения. Если бы меня в этот момент кто-то спросил, что я чувствую, я вряд ли бы сумела ответить. Все смешалось. Мозг отключился. Телом теперь управляли инстинкты, древние, как мир.
Мы сдирали друг с друга одежду будто кожу. Целовались словно безумные. И невозможно было понять, где мое тело, а где тело Таира. Он набросился на меня как изголодавшийся дикий зверь. Но мой собственный голод был не меньше, если не больше. Я пила его. И наслаждалась каждым глотком. Упивалась каждым прикосновением. Где-то очень далеко, на другом конце Вселенной, в совершенно другой галактике остался мертвый арлинт и нависшая надо мной угроза из-за введенного мне модификанта. Здесь и сейчас были лишь мы.
Не было сказано ни одного звука. Тишину разрывало лишь наше тяжелое, рваное дыхание и не совсем приличные звуки, когда наши тела соединялись. Но это никого не волновало. Словно одержимые, будто в этом и был смысл всей нашей жизни, мы стремились к вершине. А когда достигли ее, то не сговариваясь рухнули с нее вдвоем, сорвавшись в полет по темному эфиру наслаждения…
— Прости, — шепнул мне Таир, когда все закончилось, а дыхание более-менее восстановилось.
— За что? — Мне было лениво и так хорошо, что было совершенно плевать на неудобную позу, в которой я оказалась.
— Я забыл про осторожность, — выдохнул килл, упираясь любом в мое плечо, — совершенно потерял голову и забыл обо всем на свете, когда ты откликнулась на мои ласки.
Я усмехнулась. Чтобы Ирейс и про что-то забыл? Быть такого не может! Но в следующий миг что-то словно щелкнуло в мозгу. И я вздрогнула:
— Патруль! Мы рехнулись! Сюда сейчас прийдут! Тебе нужно срочно уходить!
— Вообще-то, я имел в виду контрацепцию, — нахмурился килл.
В один миг все встало на свои места. Проигнорировав его слова и отпихнув от себя растерявшегося Таира, я принялась лихорадочно натягивать на себя комбинезон, непонятно, как и когда содранный с тела. В свете моих модификаций контрацепция — это такая ерунда по сравнению с тем, что будет, если нас здесь застукают патрульные!
— Одевайся! — пропыхтела киллу, стремясь одновременно натягивать штанину и рукав. — Не сиди, как засватанный! Или ты собрался поразить патруль видом своих причиндалов? Так у них такие же имеются, уверяю! У нас почти нет времени на то, чтобы избавиться от тела арлинта, и чтобы ты успел сбежать… — Я осеклась на полуслове, увидев, что Таир и не собирается одеваться. Вместо этого что-то набирает на комме, с которым, в отличие от меня, не расставался. — Что ты делаешь? — вырвалось у меня.
— Серен, я вляпался, нужна помощь, — вместо ответа мне, четко проговорил Ирейс, разглядывая меня суженными глазами.
Как оказалось, канал связи он открыл самый простой. И я услышала в ответ ворчливое:
— Что на этот раз?
— Я нечаянно убил Деттерти, — отозвался Таир.
У меня округлились глаза. Что? Он совсем рехнулся? Зачем берет мою вину на себя?
— Что-о-о-о?.. — эхом моих собственных мыслей откликнулся комм. — Ты сдурел? Где ты на него напоролся и что произошло? Впрочем, — мгновенно исправился неизвестный мне Серен, — лучше скажи, где ты находишься! Я бегу к тебе!
— Ангар с патрульными катерами, катер номер четырнадцать, — быстро отозвался килл и сбросил канал связи.
— Зачем? — в тот же миг с болью спросила я. Сердце разрывалось на части от жуткой смеси благодарности сожаления и… любви. — Так ты окончательно похоронишь свою карьеру из-за меня…
— Молчи! — оборвал меня килл и, наконец, принялся быстро одеваться. — Слышать больше ничего от тебя не хочу по поводу моей карьеры. Я и так слишком многим пожертвовал ради нее. И мой куратор об этом знает. Не просто так же он молча вытаскивает мою задницу из проблем и приключений.
Таир очень быстро впрыгнул в свой комбинезон, практически одним жестом застегнул его, натянул ботинки и подошел ко мне:
— Ты слишком долго была одна, Тина, я понимаю. Но начинай уже привыкать к тому, что нас двое. И позволь мне делать то, что должен делать мужчина: решать проблемы. Хорошо?
Я криво усмехнулась. Дико было слышать в свой адрес такие слова. Особенно с учетом последних событий.
— Ты забыл про кое-что, — устало напомнила ему. — Я — модификант. Глупо строить планы на жизнь со мной. Альянс…
Таир нежно приложил палец к моим губам:
— Тшшш… Жизнь есть не только в Альянсе…
Килл смотрел на меня так нежно, так жадно, что у меня кружилась голова. И волей-неволей хотелось поверить в то, что наше совместное будущее возможно. Но…
На пандусе загрохотали чьи-то торопливые шаги. И уже знакомый ворчливый голос Серена позвал:
— Ирейс! Ты где? И во что ты опять вляпался… Оп-па! — удивленно выдал он, увидев, наконец, нас.
Серен оказался пожилым яоху. Настолько пожилым, что его кожа казалась сморщенной и сероватой, будто присыпанной пеплом. Даже яркие обычно, змеиные глаза у него словно выцвели от времени и космических ветров. Настороженно изучив позу, в которой он нас застал, покосившись на валявшееся неподалеку тело арлинта, он страдальчески поморщился и выдал:
— Вот ты идиот! Если бы не твои заслуги перед Альянсом…
— Потом отчитаешь, — оборвал его Таир. — Можешь даже морду набить, сопротивляться не буду. Только помоги вытащить из этой задницы Тину!
Яоху скривился, ненадолго задумался. А потом скомандовал:
— Вяжи девчонку! Представим все так, будто арлинт ее похитил зачем-то из-под стражи и собирался с ней убежать. А ты их застукал и в процессе попытки задержания, нечаянно его убил…
— Не выйдет! — в свою очередь, скривился Таир. — Побег Деттерти организовал адмирал Паари. Мы сами подслушали их разговор. Он отключил здесь видеонаблюдение, и сам давал наставления Деттерти, что и как делать. Кстати, экипаж этого катера был обречен.
Никогда раньше мне не доводилось слышать, чтобы яоху матерились. Эта в высшей степени сдержанная раса предпочитала не тратить зря энергию на ругательства. А решать делом возникшие затруднения. Но этот яоху был какой-то неправильный. Он с явным удовольствием сквернословил почти минуту. И я его могла понять. Как ни крути, а положение наше было почти безвыходным.
— Что вам удалось подслушать? — в итоге поинтересовался яоху, нервно поглядывая на хронометр.
— Ничего особенного. Да и то, что услышали, доказать будет невозможно. Адмирал Паари сообщил Деттерти, что отключил на этой палубе видеонаблюдение, — вместо Таира быстро отозвалась я, опасаясь, что тот либо не все слышал, либо из щепетильности не все скажет. — Велел идти прямиком на катер номер четырнадцать и спрятаться на нем до старта. Потом, когда катер окажется в открытом космосе и ляжет на курс, избавиться от экипажа и лететь в Арганадал. Этот полет для Деттерти по замыслу адмирала должен был стать последним. Он уже подготовил для Деттерти какое-то место на кабинетную работу…