Легкое дельце (СИ)

— Совсем другой разговор! — обрадовался килл и до боли знакомым жестом хлопнул себя по колену. А потом серьезно добавил: — Тина, я очень опытный шпик. И сделаю все, от меня зависящее, и даже больше, чтобы вывести тебя из-под удара. Ты мне только помоги подобраться к этим тварям…
Я по-деловому кивнула в ответ. А потом совершенно неожиданно даже для самой себя спросила:
— Что за твари? С кем ты борешься? Можешь хотя бы в двух словах рассказать? Чтобы я, так сказать, знала врага в лицо.
  
Ирейс кивнул.
— Сейчас. Пока не забыл: Тина, тебе нужно приучиться называть меня именем моей легенды. Медервас. Эрвас. Эрв. Как тебе больше нравится. Но не Таир. Хорошо?
Я неуверенно кивнула. И даже попробовала:
— Эрвас. Эрв, — покатала на языке самую короткую форму имени, и поняла, что звучит вполне ничего. Даже как-то по земному.
Почему-то мне показалось, что Ирейс как-то обмяк и облегченно перевел дух, когда я назвала его Эрвом. Но я не придала этому значения, потому что внимание почти сразу перетянул на себя начавший рассказывать Ирейс:
— Итак, по легенде я, как ты уже знаешь, Медервас Абату. Довольно зажиточный плантатор с Илинии. Официально торгую столовыми овощами для яоху. Неофициально — мой бизнес построен на выращивании и поставках черным генетикам некоторых лекарственных трав, которые способны оказывать мутирующее влияние на самые разнообразные геномы. — Я вытаращила в изумлении глаза. Ирейс скривился, заметив мою реакцию: — Не смотри на меня так. Сам был в шоке, когда узнал. Но вообще, можешь не переживать, что выйдешь на поля, принадлежащие Абату, съешь какой-то стебелек и сразу мутируешь. Нет. Подготовка сырья — это долгий и кропотливый процесс. Это не только вырастить и заготовить. Это и сушка особым способом, и обработка, в том числе и химическая. И правильное комбинирование растений между собой. И наконец, это дополнительные способы воздействий на подвергающийся мутациям организм. И утрата одного, даже самого маленького звена этой цепочки, или замена другим, гарантирует отрицательный результат. Гены — штука очень хрупкая и прихотливая.
— Обалдеть… — Только и смогла я сказать.
Ирейс невесело рассмеялся и продолжил:
— Ну так вот, я выращивал эти травки и выращивал себе. И довольствовался тем, что мне платили скупщики сырья. А потом мне якобы надоело. И я решил сам обрабатывать травы, чтобы продавать их уже в виде полуфабрикатов и зарабатывать больше.
— А что, так можно? — удивленно приподняла я брови. — Это же нужно точно знать процесс, иметь лабораторию… — Дурацкий вопрос. Дурацкая реакция. И я пристыженно прикусила язык.
— Не перебивай! — осади меня килл, весело сверкнув шоколадными вишнями глаз. Я сделала жест, мол, закрыла рот на замок, а ключ выбросила. Не знаю, кто из моих предшественниц познакомил Академию с этим земным жестом, но Ирейс меня понял. И продолжил:
— Расчет был на то, что моей неудобной инициативой неминуемо кто-то заинтересуется: не покупатель, так те, кому я этой самой инициативой подгадил. Хотя, лучше бы, чтобы покупатель. Именно он, заказчик готовой продукции был моей конечной целью. Потому что помимо мутагенов, он еще и закупался зачем-то компонентами самого опасного галлюциногена во Вселенной. Теперь понимаешь, почему его решено было устранить в первую очередь?
— А дурь-то ему зачем? — шокировано тряхнула я головой, уставившись в глаза Ирейсу.
Одной из характерных черт киллов были шоколадно-карие глаза. Я избегала в них смотреть, потому что казалось, будто с головой погружаюсь в какую-то черную дыру. Но глаза Ирейса для меня сейчас почему-то ассоциировались с расплавленным шоколадом: горячим, пряным, сладким и почему-то опьяняющим. Мне пришлось отвести в сторону взгляд, чтобы не утонуть в них. И слава всем космическим богам, что килл ничего не заметил. Помолчал немного, а потом просто пожал плечами:
— Наверное, зарабатывает так деньги на эксперименты с мутациями. Если честно, не знаю. Вот изловим, тогда сможешь задать вопрос, — и он мне подмигнул.
— Ладно, с этим более-менее понятно, — буркнула я, недовольная выходкой Ирейса. — А что там с нашими дальнейшими шагами в сторону поимки этого чересчур предприимчивого типа? И кстати, удовлетвори мое любопытство: а что случилось с настоящим Эрвом Абату?
Ирейс хмыкнул:
— Настоящий Абату был конченым ублюдком и наркоманом. Лучшие спецы разведки так и не смогли раскопать, кем был его отец. И кто он вообще такой. Наверное, его мамаша тоже не знала, от кого его родила. И просто легкомысленно подбросила старшему братцу своего щенка в возрасте пяти лет. Догадываешься, как настоящего Медерваса воспитывали? — Я заторможенно кивнула. Услышанное шокировало. — Ну вот. Как дядя его воспитал, то и получил: десять лет назад, как раз перед нашими выпускными экзаменами в академии, Медервас, будучи под кайфом, подрался с возлюбленным дядюшкой и сумел того смертельно ранить ножом. Дядя, понимая, что никакие медики не успеют спасти его от закономерного конца, выстрелил в племянника из бластера. Финиш. Нашим пришлось экстренно выдергивать меня из академии, чтобы весь план не полетел к демонам под хвост.
Я была потрясена услышанным. Моя жизнь после окончания академии мало походила на сказку. Скорее уж на страшилку, если на то пошло. Но даже в моем мире отношение к родственникам было куда более бережным. И уж точно никто бы не стал требовать у родни денег на наркоту с ножом у горла. Меня все это настолько шокировало, что я, не подумав, ляпнула:
— Ну хорошо, настоящий Медервас был той еще тварью. Но что бы ты делал, если бы драка не случилась? Чье бы место ты занял в таком случае? Или Абату уже тогда выращивал травы для мутагенов?
Килл медленно качнул головой:
— Не выращивал. Но не думай об этом. Эта семейка не зря была под наблюдением спецов. Рано или поздно, но нечто подобное все равно бы произошло. Так что нам нужно было всего лишь подождать. И жаль, что пришлось покинуть академию до официального получения диплома и до выпускного бала.
Ирейс с намеком усмехнулся. Я отвернулась. Очень уж удачно один из приборов запищал, требу к себе внимания. Это позволило скрыть от килла свою реакцию на рассказ. Мне не хотелось думать, что если бы драки не произошло в реальности, то разведчики ее спровоцировали бы сами. Ради того, чтобы внедрить крота в нужную им среду.
Вообще, мир разведки жесток, думала я, подправляя курс «Шервариона» так, чтобы появившееся словно из ниоткуда очередное облако космического мусора прошло стороной. И откуда их здесь столько? Словно забор, турникет, пропускающий сквозь себя только избранных. Или оплативших вход. Я застыла над пультом управления, потрясенно глядя на дисплей. А ведь это мысль!
Как-то до этого мне в голову не приходило, что для квадрата, в котором расположена планета лечебниц, клиник и санаториев, здесь аномально много подобных скоплений. Будто естественное заграждение. От озарившей меня догадки я замерла. Словно дроид, у которого завис процессор. И почему я об этом не подумала раньше? Вот оно, подтверждение правоты Ирейса! Подтверждение того, что черные генетики, последователи уже благополучно отправившегося к праотцам Дурана, свили на Эльдеусе себе гнездо. Через мусорные облака и метеоритные пояса может пройти только самый отчаянный и опытный пилот. Или же тот, у кого есть карта проходов. Санитарные транспорты со всей вселенной никогда не смогут попасть на Эльдеус. Следовательно, на планете попросту не может быть чужих. Просто рай для нелегалов! Какие хочешь опыты, такие и ставь! Внутренний патруль никогда не узнает!
  
— Ты чего? — вдруг коснулся слуха осторожный шепот килла. — У нас проблемы?
Словно очнувшись, я тряхнула головой:
— Нет. По крайней мере, ничего такого, с чем бы я не смогла справиться.
Искоса глянув на Ирейса, я увидела, как тот колюче прищурился, глядя на меня:
— А что тогда?
У меня вырвался хмык:
— Видел бы ты себя сейчас в зеркале! Да тебя же даже ребенок не примет за добропорядочного плантатора! Таким взглядом, которым ты сейчас смотрел на меня, можно убивать без оружия!