Античный Чароплет. Том 3 (СИ)

— Понятно…
— Мы же… Просто сны. И духи. И у нас…
— У тебя, Эгил! — Кирасис был непреклонен.
— … У НАС, — Эгил выделил это слово, — есть к тебе предложение.
— Какого рода?
— Стань часть Онейрена Метамезис, — он пожал плечами.
— Что?.. — Я такого реально не ожидал.
— Онейрена Метамезис — это мы все. Вместе. Без тебя это место не будет существовать. Ты нам нужен. И нам нужен некроконмарас. Старые страницы ещё не истлели. И \х можно найти. И можно написать новые.
— Две сотни магов, Эгил? Мне найти и убить каждого самолично? — сюрреализм ситуации зашкаливал. Особенно с учетом того, что тут все пространство пронизано кровеносными сосудами.
— Сюда как раз идет нужное нам число из Храма Тысячи, — развел он руками. — И всех их можно привезти в Царство Снов. Мы поможем.
— Ты сказал, — я молчал целую минуту прежде, чем начать говорить, — Ты сказал, что вы меня долго ждали…
— Долго ждали и долго вели. Было непросто, ведь мы можем лишь навещать сны людей, да и то — не всех. Но вот — ты здесь, — он улыбнулся.
— Где остальные?
— Спят с Владыкой Маром. У нас не так много сил, чтобы каждый мог тут разгуливать.
— А если я откажусь?..
— В Онейрена Метамезис много мест, где можно заснуть. Частью этого места ты все равно станешь, — Эгил усмехнулся. — Бахра… Было непросто договориться с Лэнгом. Но у нас есть преимущество. Мы — сны Земли. А их сны — сны Лэнга. Не им владеть умами смертных в нашем мире. Без нас столь сложный и всеобъемляющий закон реальности они бы не создали.
— Вилама…
— Тебе понравилась? Дочь дьяволицы и смертной женщины. Странно было, если бы она была менее притягательной. Можно сказать, она есть смешение двух женственностей.
— А… Эм… — Я не сразу нашелся, что ответить. — Я не о том. Вилама говорила про трех владык, три столба Бахры. Выходит, третий владыка — это ты?
— Третий трон, можно сказать, узурпирован. он принадлежит Онейрена Метамезис, но никто из нас не может сесть на него. Мы просто одушевленные сны, пока Некроконмарас не будет закончен. В Бахре правят трое детей Лэнга. Вилама, дочь дьяволиц, Вижен, сын и внук Йог-Сотхотха, и Мирун, потомок великого Дагона.
— Дагона? Сын и внук?
— Я не знаю, почему он и сын, и внук. Уточни сам, если тебе так интересно. Мирун не контролирует Царство Снов и Бахру, но он правит прибрежными водами в ней, пользуясь нашим троном. Я ответил на все твои вопросы?
— Лекция окончена, — фыркнул Кирасис, обступая меня со спины. Фабия и Вилия одинаково садистски улыбались. — Так что, Тиглат, ты с нами или против нас?
— А если с вами, то с чего бы вам мне верить? — Я был уставший, бежать попросту некуда: из Онейрена мне убежать можно было только в бездну Снов, откуда уже вряд ли получится выбраться. Это было концом. Но драться я все равно собирался до конца.
— Все просто, — Эгил спокойно пояснил. — Ты добровольно примешь Черный Сон. ты же знаком с этим заклинанием? Обычно его собирают из заклятия и сущности Царства Снов. Сущностью буду я. Я умею телепортироваться и идеально подойду для этой роли. Кроме того, ты носишь с собой, и не отрицай это, бубны эмушитов. Немного, четыре, если быть точным. В них должны быть души. Не меньше двух десятков. отдай их нам: они станут жертвой Владыке Мару и живительной кровью для Онейрена Метамезис. Для нас всех.
— Так вот, чего вы хотите. Тело мое нужно, — я усмехнулся. Вот и причина дипломатии. Погрузить меня в Черный Сон недобровольно может и не выйти, а концепция инвентаря им вообще не ясна. Результат — они не понимают, где я держу бубны и не уверены, что смогут их достать. Но зато поразительно много знают. — Проклятые куклы в Шумере — это ваших рук дело?
— Косвенно, — Эгил вздохнул. — Не переводи тему. Я жду твоего ответа.
«Я тоже.»
«Кто здесь?!!!» — Я едва не подпрыгнул. Только тяжелейшим усилием воли я не дернулся и не заозирался, поняв, что голос идет не из-под уха, а прямо в голову каким-то непонятным образом. Не телепатия, но что-то странное. Впрочем, чего тут удивительного? Это же сон.
 
«А то сам не догадался. Меня зовут Ксарнраадж.»
«Красная? Ты все же сохранила память…»
«Я многое сохранила. И моих намеков и вопросов ты не понял. Так что скажу прямо, ведь времени у тебя нет. Хочешь — я помогу тебе выбраться отсюда? И стану твоим союзником против них всех в дальнейшем?»
«Что взамен?..»
«Тело. Мне нужно тело. То, которое я выберу. И ты сделаешь все, чтобы помочь мне построить новый Ракануджар.»
«Все, кроме…»
«Все!»
«Кроме моей души. и ты будешь меня учить!»
«Договорились…»
Появившаяся с алой вспышкой передо мной Королева обратилась алым туманом, который подхватил меня и понес вверх, прямо к небу. Я чувствовал жуткие чудовищные перегрузки, сопротивление, но мощь и искусство Ксанрраадж были больше. Я почувствовал, словно прохожу сквозь мед и смолу. Чувствовал, как мир обретал настоящие краски, детали, как проявляются прожилки на листве деревьев, как коричневато-черные корни пробиваются из земли, чувствовал свежеет воздух и как в нем появляется влага, сразу же ударившая в нос. Я стоял на зеленой траве где-то в лесу и был… Жутко… Уставший. Ноги покосились, а рухнул я там же, где и стоял.
  
Глава 30
 
Меня растолкало ото сна грубое дергание. Надо заметить, что я с трудом разлепил глаза и даже не совсем понял, где нахожусь. Ощущение было такое, словно смотреть одновременно на поверхность воды с двух сторон, погрузив под воду половину лица. Вроде бы видишь одно и то же, но как будто разные миры. Впрочем, что происходит, я понял быстро, а потому, собравшись, мощным усилием воли потянул себя «наверх». Ксарнраадж вытащила меня на первый уровень Царства Снов, но не в реальность. Перенапряжение и мнимое чувство реальности, а оно было весьма полным, ведь находились к действительности мы очень близко, ударило по мне, буквально заставив отключиться. Сколько времени я провел в планах ниже, было непонятно, но точно не меньше двенадцати суток, судя по показаниям системы. Время постоянно меняло в разных местах свое течение, восприятие — тоже. А я и не замечал. В любом случае, чудовищная усталость просто срубила меня на месте.
Касательно же трепки, которую мне устроили, то я сначала испугался до ужаса. Ерунда ли: теневая гончая, одна из тех демонов, которые годами не давали мне продыху, трепала меня за ногу. Но я быстро узнал в ней одного из духов Роши. И он меня явно не пытался убить.
— Ты можешь вывести меня в реальность? — Я посмотрел в какие-то уж слишком умные глаза. Гончая кивнула. Потом немигающе уставилась на меня. Я не сразу понял происходящее, но вскоре увидел: глаза гончей иногда отсветом мигали, оставляя в сознании некий фантом человеческих, словно бы яркий свет после того, как зажмуришься. — Роши, это ты? — Гончая снова кивнула. Мотнув головой, я взялся за холку. Она была странной, словно бы шерсть, но вроде бы и нет. Как будто волосы в воде или желе. Холодном и неприятном. Можно ухватиться, даже не скользит ничего, но руку обволакивает. — Веди.
И мы пошли. Постепенно я чувствовал, что вокруг становится холоднее. Все окружающее пространство серело, а светлые места становились резкими, пронзающими. Словно огромные белые дыры действительности. Поддавшись происходящему, я не стал сопротивляться и просто пошел дальше, держа своего проводника за холку. В конце концов гончая ловко извернулась и толкнула меня в один из ярких светлых «провалов», отчего я просто вывалился кубарем. Сгруппироваться-то получилось, но лицом я все равно оказался в огромном блюде винограда. Вокруг явно было какое-то собрание, а на импровизированном «столе», состоявшем из длинного полотна, расстеленного на траве, стояли закуски. Мы были в центре большого шатра. Поднявшись на ноги и стряхнув с себя капли сока и раздавленные ягоды, я увидел перед собой человека с аурой очень сильного магистра. И очень плотной аурой. Я бы сказал, он был подобен неслабому архимагу, но как будто кусочному. То есть такой же яркий и мощный, но размер ауры не дотягивает. Лысый мужчина, чем-то мне неуловимо, но очень сильно знакомый, оглядел меня с ног до головы. Зрелище, наверное, ещё то. Моя одежда снова умудрилась стать обносками, а сам я во многих местах покрылся грязью и пылью. Почти бродяга.