Античный Чароплет. Том 3 (СИ)
Встать было непросто, тело затекло. Но главное… Склон оказался не таким уж и высоким. небольшой овражек. А вот дом… Поместья просто не было! И овраг не был условной углублённой полостью в холмистом склоне, а шел дальше вниз, будучи лишь небольшим плато. Внизу же начинались деревья. Что?..
— Да что тут творится⁈ — Я яростно мотнул головой. — Статус! — система послушно выдала экран персонажа. — Пазузу! Чёрт! Дьявол! Все отродья Лэнга! Какого вонючего смрадного блудливого джина тут происходит⁈
Я резко огляделся, затем прислушался. Множество звуков, реальных и мнимых. И место, где стоял дом…
Я заработал ногами и руками, начав карабкаться вверх по склону. Вскоре мне удалось выбраться на место, где должен был преположительно стоять чертов дом! Ничего не было. Просто камни и серо-зеленоватая травка. Слушай, слушай… Я пытался услышать что-то. Хоть что-то! Ауры не лгут. Но ничего не было. Или… Слишком мягкий звук шёл от нескольких камней. Камни такое не издают…
Подойдя, я с непониманием смотрел на кучку камней, полупогрузившихся в землю около небольшого старого пня. Пня? Что?.. Опустившись на колени, я потрогал дерево. и правда — пень. И какая-то многоножка вылезла. Но почему такая странная форма. На грани зрения мне почудилась мелькнувшая фигура. Красная Королева? Её фантом, привязанный к свитку драгоглазых. Но что она от меня хочет? И почему не показывается?… А звуки? Пень дряхлый и окостеневший, немного скрипит, как и подобает старому дереву. Я сосредоточился ещё, погружаясь глубже. Мне нужно, очень нужно было найти неправильность, которую я ощущал! И я её нашел. Между скрипов, стрекота насекомых, старого шелеста листвы и мерного шуршания качающегося уже срубленного дерева мне удалось различить странный отзвук, словно кто-то сжимал липкую глинистую грязь. В голове слегка зашумело, а на грани зрения вновь мелькнул фантом. да что же такое…
«Будет больно» — Поморщился я, понимая, чего от меня хотят. Суть происходящего ускользает от моего взора, но я смотрю закрытыми глазами. Фантом Рубиновой Правительницы явно намекал, что следует свои глаза таки открыть. Сосредоточившись и направив в область головы прану и ману, я распахнул веки, смотря невероятно четким, пусть и режущим взором на окружающий мир. И то, что я видел… Словно туманная вуаль формировала объекты передо мной. Пень, камни… По какому-то наитию я к ней потянулся и смог схватить рукой. Сжав пальцами, потянул на себя. У меня в руках были оплывшие образы. И они издавали звуки, соответствующие себе. даже ауры! Но… Отчетливо стал слышен звук грязи и глины… Нет. Плоти!
Резким движением сорвав туманную вуаль, я отбросил её в сторону. Действительность передо мной, ранее бывшая камнями, пнем, травой обратилась выплавленной на земле звездой Лэнга, к концу которой вели складки натянутой кожи. Человек, женщина. Все, что было сверху попросту освежевали. Внутренностей не было, а из пустой правой глазницы вылезала сколопендра. На остатках плоти копошились черви. Вилама.
Сердце на секунду пропустило удар, а отчетливо видимый фантом Красной молча показал в сторону. Я повернул голову направо и увидел… Поместье. только вот все оно состояло из такого же тумана. более… Плотного. И люди, которые там ходили… Словно ничего не изменилось! Рамеш стоял у забора и смотрел на меня, улыбаясь. Но я отчетливо чувствовал. Он ненастоящий. Просто иллюзия. Невероятно натуральная, но не более. Но я же чувствовал души! Подделать камни и дерево — ладно. Но души — невозможно! Живая аура, люди, эмоции! Это бред… Я погасил глаза. Даже без призванных гранатов зрение долго восстанавливалось. Я просто не мог нормально смотреть на окружение. Свет рябил, а голова болела. Среднее исцеление не особо помогло, хотя и сняло множество мелких проблем во всех частях тела. Что же тут происходит. И Вилама… Гребаные колдуны. Ненавижу…
Тело Виламы представляло из себя странное зрелище. Особенно с учетом того, что «отброшенные» мной в сторону камни и и пенёк оплыли и приняли странную форму., неестественно закрепившись в непредназначенном для себя месте. Это все было подобно бреду. Жуткому бесполезному бессмысленному бреду. Я не понимал ничего. Было ли вообще все настоящим? Что это за мнимые несуществующие сущности, которые вроде бы естЬ, а вроде бы нет? Почему тело Виламы явно не состоит из этой странной материи? Что она вообще такое, Пазузу их всех сожри⁈ И почему то, что произошло, кажется, пару десятков минут назад, происходило ночью, а сейчас солнце уже поднялось над горизонтом и вовсю освещает это богами забытое место⁈
Точка, в которой я находился, была не опаснее любой другой. Да и усталость сказывалась. Так что я решил прямо здесь сделать то, что, что точно сделать следовало. Помедитировать. И заготовить заклинания. На начитывание текстов и впитывание тягучей невесомой маны ушло больше часа. Будучи морально выжатым и злым, я огляделся ещё раз и отправился в сторону Бахры. Того места, где она, казалось бы, должна была находиться. Про мое присутствие знали. На меня никто не нападал тут, так почему должны напасть там?.. И Вилама… Я же обещал её вытащить отсюда! Обещал…
Путь за горькими мыслями занял порядочно времени. Я не знал дороги и не понимал местности. Те тропки, которыми вел меня Рамеш с кладбища: я их не видел. Их не было. Но до деревни я добрался. Большое поселение с кучей мрачных людей с бессмысленными лицами. Совершенно иная архитектура улиц и всего остального. В море виднелось множество судёнышек-лодочек, а рядом с берегом стояло здание без двери, над проходом в которое была нарисована углем кружка. Полупустое помещение. Столы, лавочки. Усевшись на один из них, я стал ждать, чтобы ко мне кто-нибудь подошел. Подошел, да. Толстый человек с детским округлым лицом, альбинос с заячьей губой…
— Чего изволите? — Услужливо спросил мужчина.
— Пива.
— Сейчас принесу, — усмехнулся он.
Спустя минуту Вижен сел передо мной. На столе стояло две кружки заказанного напитка. Я молча смотрел на свою. А заодно поглядывал на собеседника. Смотреть сквозь гранаты мне не хотелось. Лишиться зрения было нельзя. Но я уже уловил ту неразличимую и невозможную тонкую мелочь, которая позволяла отличить нереальное из этой странной материи от реального. Как я их видел — не знаю. Ни глазом, ни аурой. Но каким-то новым, Пазузу знает каким по счету чувством.
— Ты не настоящий. И пиво — тоже, — поморщился я.
— Твоё — настоящее, — мужчина поправил меня, делая глоток. — Да и что такое настоящее, Тиглат из Вавилона? Его можно пить, оно пенится и пузырится. А меня можно потрогать. Хочешь?
— Не хочу.
— Быть посему, — он сделал ещё один глоток. — Ты не будешь пить?
— Там какая-то дрянь, — мотнул я головой в сторону кружки.
— Всего лишь черви в слизи. Не самые бесполезные друзья для колдуна, — он потянул веко вниз, показав тонкую белую шевелящуюся нить под глазом. Меня передёрнуло. Всякого навидался, но сейчас меня бы точно могло вырвать. — Дают ману, защищают от огня, лечат…
— И ползают внутри, — я содрогнулся. — Жрут тебя заживо!
— Просто живут. Пользы от них больше, чем вреда. Пьют кровь, да, ну так и что? Просто нужно больше есть. А жира в теле и вовсе хватит на месяцы.
— Обойдусь как-нибудь.
— Зря. Я же говорил, что делаю много предложений. но следующее будет хуже.
— О! То есть я ещё и благодарен должен быть⁈ Ублюдок!
— Что есть — то есть. Матушка в браке с отцом не состоит, — развел он руками. — Так возвращаясь к вопросу, что есть настоящее? Если я нереален, то почему ты со мной говоришь?