Воронья душа (СИ)

В лагере людей царило веселье: воины знали, что, после того, как они уничтожат Рёван, перережут глотки каждого, кто попадется им под руку, повесят на обозрение тела семейства династии Росси — владык Фламмехава и заберут с собой все огромные богатства королевского дворца, не оставив даже медной монетки — они очистят Ваккерланд от демонов, этих мерзких сатанинских отродий. Они сделают всем расам великое одолжение и будут прославлены в песнях и балладах на все века. К тому же, дома их терпеливо ждут жены и дети.
— Сколько? — бросил Бергилу Дерек, стоящий в окружении военных мужей.
Карты Фламмехава у него не было, впрочем, она отсутствовала и у других королей Ваккерланда, ведь до этого момента ни одному из них не удавалось переступить границы внушающего врагам ужас королевства демонов. Дерек Мёрксверд — король людей был первым и последним, кто добрался до стен его столицы.
— Тридцать тысяч, мой король! — ответил Бергил.
— Прекрасно. Только подумайте: возможно, завтра утром мы уже освободим мир от демонов, — рассмеявшись, воскликнул король, и его военачальники в один голос крикнули: «Слава Дереку, королю Калдвинда!».
— Значит, нападаем утром? — уточнил Бергил: он командовал большим отрядом копейщиков и был ужасно горд такому доверию своего друга.
— Да, утром, — сказал Дерек.
— Должно быть, на рассвете? — поинтересовался один из военачальников.
— После полудня. Воинам нужно отоспаться и отдохнуть. Все равно у демонов нет никаких шансов. У них нет даже ни одной пушки. Глупцы и не рассчитывали, что им когда-нибудь придется защищать города от врагов, — насмешливо улыбнулся Дерек.
— Веди нас, наш король! — воскликнул Бергил. — Мы за тобой и в Ад и в Рай!
— Чтобы попасть туда нам всем сначала нужно умереть, а умирать я пока не собираюсь! — хохотнул Дерек. — Андрада, мое сокровище, заслужила самых высоких почестей, и по возвращению в Стурьфьель, я награжу ее как следует!
— Только не тащи ее в свою постель: думаю, такая награда придется ей не по душе, весь все знают, что она горда как волк! — громко рассмеялся Бергил.
Всему королевству были известны любовные похождения их короля, да тот и не скрывал их.
— Ее фамильяр — лиса, — усмехнулся на это король.
— Лиса, значит! Такая себе пушистая ласковая лисичка! — вновь захохотал Бергил, но смеялся только он: остальные военачальники бросили взгляд на землю, потому что не смели насмехаться над Его Величеством. Только Бергил — лучший друг Дерека мог позволить себе такую вольность.
— Друг мой, кажется, тебе пора жениться! — улыбнулся Дерек. — Как тебе наша Хедда?
— Ни за что! Хоть убей! Мне нравится быть одиноким медведем! — недовольно буркнул Бергил и поспешил направить разговор в другое русло: — Я подумал, может, дать нашим воинам вина? Они этого заслужили!
— Мне нужные трезвые воины, — отрезал Дерек. — Вино будет после нашей победы, так им и передай.
— Как скажешь, Ваше Величество. — Бергил поклонился королю и покинул шатер.
— Вы тоже можете быть свободны, — приказал Дерек военачальникам, и те оставили его одного.
«Привезу дочкам по красивой короне, — решил он, садясь на простой деревянный стул с кружкой воды. Во время войны он всегда соблюдал обряд трезвости, чтобы вино и мед не затмевали его разум. — У Ламара есть жена и дочь, и у них, должно быть, имеется по достойной голов моих дочерей короне. Нужно не забыть отдать приказ не трогать Ламара и его семью: они будут казнены прилюдно, на главной площади Стурьфьель, как и их мерзкий родственник убийца Дариэл»
Прошла ночь. Наступило утро. Воины, отдохнувшие и полные сил, только и ждали приказа короля штурмовать ненавистный Рёван. Огромные медные пушки были расставлены перед стенами города, готовые крушить своими железными ядрами камень и похоронить под обломками домов и дворца тысячи врагов. Осталось только ждать громкий призыв королевского рога, призывающий к убийству.
В полдень низкая песня медного рога пронеслась по всему лагерю людей, уже стоявших отрядами: лучники с их большими луками и колчанами, полными стрел, стояли перед многочисленными арбалетчиками, стрелы которых могли лететь намного дальше стрел лучников. Каждый воин знал, что это будет последняя битва, и предвкушал, как отпразднует победу хорошим вином из подвалов дворца короля демонов.
 
Первыми запалили пушки: их тяжелые ядра сталкивались с высокими стенами города и ломали их, однако людям пришлось потратить несколько часов и использовать почти весь запас ядер прежде, чем в могучих толстых стенах Рёвана образовались бреши.
— В атаку! — громко вскрикнул король, и блестящая тяжелыми доспехами рать двинулась на высокие стены обреченного на разрушение города.
Воины ворвались в город как смертельный ураган, сметая на своем пути защитников-демонов, заполонив улицы, сжигая дома и убивая всех, кто не успел спрятаться в огромных подвалах королевского дворца. Демоны отчаянно сражались, но не могли устоять перед закаленными в битвах воинами Калдвинда, к тому же их легкие красивые доспехи почти не защищали от мечей и секир врагов.
Город утопал в крови и стенаниях, и Ламар, спрятавшись в своих покоях, слышал, как умирали из-за него верные ему демоны.
— Скоро они будут здесь! — прошептал он и тяжело откинулся на спинку мягкого красного кресла. — Мой народ гибнет… А я сижу здесь, как трусливый пес, и жду, когда этот сукин сын Дерек Мёрксверд отрубит мне голову! И не только мне, но и Варме… И моей Сильвии, моему «Алому цветку»… Что же я делаю? Глупец! — Он вскочил на ноги, выбежал из покоев и, не отвечая вопросы жены и дочери бросился вниз по ступеням к воротам огромной при дворцовой площади.
«Еще не поздно спасти хотя бы остатки… Хотя бы эти улицы, этих матерей и их детей… Мне нужно к Дереку!» — лихорадочно думал он.
Но искать врага ему не пришлось: Дерек и его армия уже стояли перед воротами и пытались выбить их огромным деревянным, обшитым железом тараном.
— Открыть ворота! — крикнул Ламар собравшимся на площади, готовым отдать за своего короля жизни воинам.
— Но, Великий! Они убьют вас! — воскликнул начальник охраны.
— Открыть ворота! Это приказ! — сквозь зубы процедил король, и в этот раз никто не посмел ослушаться его.
— Любовь моя! Нет! — истошно завопила покинувшая за супругом стены дворца Варма.
— Отец! — удивленно воскликнула также выбегающая из дворца Сильвия.
— Ты была права, дочь моя, а я был слеп! — крикнул ей Ламар. — Я попрошу у Дерека мира! Лишь бы он принял мою мольбу!
В этот миг большие резные ворота распахнулись, и на площадь ворвались люди.
— Мы просим мира! Мира! — крикнул им король Ламар.
— Иди к Дьяволу, чудовище! — насмешливо выкрикнул ему в ответ Бергил: он появился на площади одним из первых и с мечом на перевес убивал защитников-демонов направо и налево.
— Всем остановиться! Приказ короля! — вдруг послышался громкий грозный голос самого короля Калдвинда, заставивший его воинов и Бергила недовольно опустить оружие, и тут же перед демонами и династией Росси появился их главный враг — Дерек Мёрксверд, почти уничтоживший их великое королевство.
«Так вот, каков он, этот смертный!» — нахмурившись, подумал Ламар, но медленно направился к нему.
— Ламар! Не смей унижаться перед ним! — злобно крикнула ему Варма.
— Мама! — Сильвия схватила ее за руку. — Отец знает, что делает!
— Варма, молчи! — грубо бросил Ламар супруге, заставив ее лицо скривиться от неудовольствия, а воинов Дерека засмеяться.
— Значит, теперь ты желаешь мира? — холодно спросил Дерек главного демона.
Он был закован в тяжелые доспехи, которые, однако, никак не стесняли его движений и позволяли забирать жизни сотни врагов. Король Калдвинда был покрыт кровью демонов, впрочем, этой кровью были залиты доспехи каждого воина-человека, и это жуткое зрелище заставило глаза юной Сильвии наполнится слезами, ведь она была цела и невредима в то время, как тысячи ее подданных были убиты.