Дом Властвующей (СИ)

— Чем одуреть со скуки, вслушиваясь в твоё нытьё, лучше уж снова обратиться камнем. Или после работы с порталом силёнок совсем не осталось? Ну говори уже, что тебе нужно, самый нудный человек во вселенной?
Ох как нелегко было сдержаться и не выместить зло, швырнув в горгулью хотя бы камнем. Однако Шемс лишь скрипнула зубами, приказав себе быть благоразумной.
— Мне вот что очень интересно, — процедила она задумчиво, — насколько дорога ты своим сёстрам? Согласятся ли они оставить нас в покое в обмен на твою жизнь и свободу?
— Так мы уже торгуемся?
— Разве это не в твоих интересах?
— А разве ты забыла цель моего предназначения — следить, чтобы каждая душа находилась на своём месте? Впрочем, если даже сёстры согласятся на эти переговоры, советую заранее задаться вопросом цены.
— Что ты имеешь в виду?
— Я тебе не ангел-хранитель, чтобы направлять и подсказывать верные решения, — Чила сердито хлопнула крыльями, забыв о размерах клетки, и тотчас, коснувшиеся преграды перья, накрепко к ней прилепились, да так, что пришлось отдирать их руками, оставляя на прутьях свежие следы крови. Теперь-то Шемс заметила и старые, уже засохшие. Это означало, что очнувшись, горгулья далеко не сразу признала факт своего пленения, но жестокая магия артефакта сумела смерить её нрав. Болезненно поморщившись, Чила добавила: — Мы никогда не отказываемся от своей основной задачи. Хочешь воспользоваться мной, как шансом — самостоятельно пораскинь мозгами и выбери правильную формулировку предложений и требований.
  
Глава 34
 
— Солнце вот-вот сядет. Ты обещала, что он успеет до сумерек, — Лльюэллин поймал Шемс возле входа в бывшие покои Властвующей, где она, вот уже минут пятнадцать нерешительно мялась на лестничной площадке, не отваживаясь посетить место, служившее многие годы истинной обителью зла.
— Он успеет, — должен успеть, думала Шемс, и сама страшно переживая за парня.
Тем не менее, появление Лльюэллина добавило храбрости, и девушка двинулась вперёд в твёрдой уверенности, что тот последует за ней. Так и вышло.
— Могу я узнать, куда ты отправила его на этот раз? Уж прости, памятуя недавние события, у меня есть все основания волноваться.
— Это хорошо, а то я грешным делом начала подумывать, что твоя благосклонность к Чиле — результат короткой памяти, — Шемс верила, что у неё есть все основания обижаться. А потому что нечего любезничать с горгульей. Вот забота о Тибботе вполне объяснима и логична, тут без претензий. — Сам ведь говорил, чтобы восстановить прежний баланс, понабиться энергия смерти. И раз уж мы больше никого не убиваем, значит попробуем попросить по-хорошему у того, кто ею обладает.
Отнюдь не испытывая уверенности, Шемс торопливо пересекла огромный тёмный зал.
— Хочешь призвать призраков? — следовавшему за ней Лльюэллину идея ожидаемо не понравилась. — Их поведение непредсказуемо, если, как я понимаю, речь идёт о душах, принесённых в жертву в этом доме. Чего ради они стали бы нам помогать?
— И всё же мы попробуем, — Шемс упрямо мотнула головой, хотя слова Лльюэллина заставили её усомниться в правильности уже принятых решений. Скорее для себя она задумчиво отметила: — У нас просто не осталось времени на поиски других возможностей.
Они уже добрались до синих штор и, не медля ни секунды, чтоб не дать волю внутреннему трепету вперемешку с суеверным страхом, Шемс стремительно отдёрнула их.
За шторами оказалась ещё одна прямоугольная комната, наполненная мебелью и всяческими колдовскими атрибутами. С противоположной стороны в стене темнел открытый арочный проём, через который виднелся угол незаправленной кровати.
— Есть другой способ, — Лльюэллин настойчиво продолжал её отговаривать. — Чила напрямую связана с миром мёртвых. В ней есть та сила, что нужна нам.
— Серьёзно?! — внутри Шемс снова вскипел гнев. — Тогда может уж сразу и из клетки её выпустить, чтобы проблем добавить?
— Даже такой шаг дал бы больше шансов, чем впустить в дом толпу призраков, жаждущих отомстить. Тем более среди нас всё равно нет медиума.
 
— Я ни при каких обстоятельствах не стану просить горгулью о помощи. А потому закроем эту тему раз и навсегда. Лучше помоги найти спиритическую доску, зеркало призраков, чёрное покрывало смерти и… — она поднесла немного помятый бумажный листок поближе к свечам, — и ещё ритуальный нож. Что-то из этого списка наверняка храниться где-то тут. Нам нужно торопиться, они появятся с минуты на минуту.
— Они?
— Да. Тиббот приведёт к нам медиума, — наконец-то, она почувствовала гордость, заметив его обескураженное лицо.
— В импульсивных решениях есть свои преимущества, но ты не думаешь о последствиях или причинах своих поступков, — он вздохнул и аккуратно выдвинул один из ящиков комода, который до этого Шемс пыталась открыть так напряжённо, что аж вспотела. Свет от свечей скользнул вниз, по содержимому ящика. — Да, это именно оно — чёрное покрывало смерти, — ответил Лльюэллин на её немой вопрос.
Пальцы немного дрожали, прикасаясь к завёрнутой в тонкий пергамент материи, способной на любого навести порчу.
Не зря Улана называла дом Склепом. Он действительно, особенно сейчас, походил на место, где его обитатели, погребённые заживо, искренне недоумевают и диву даются, какого чёрта с ними вообще это случилось. И что им ещё остаётся, кроме как искать чудесного спасения от пожизненного одиночества, от безысходности, разрубить мёртвый узел, завязанный вокруг них. Всюду лишь тьма, от начала и до конца пронизывающая всё, и вряд ли, ни с того ни с сего она свободно выпустит кого-то из своих оков.
По разноголосому шуму, доносившемуся с первого этажа, Шемс поняла, что Тиббот вернулся. Фу… Сразу от сердца отлегло. Волнение сменилось нетерпеливым предвкушением, подталкивающим бросить все дела и бежать навстречу.
— Поиск может растянуться надолго, да? — Шемс впала в задумчивую рассеянность.
— Иди. Начинайте готовиться к ритуалу. За это время я соберу всё необходимое.
Никаких уточнений и уговоров не понадобилось, весь вид девушки свидетельствовал о нетерпении поскорее увидеться с той, кто, наверняка, тоже уже много месяцев считает минуты до долгожданной встречи.
Шемс так спешила, что пробегая мимо разрушенных покоев Дарреля споткнулась об одну из поваленных статуй и чуть не выронила подсвечник. Что-то блеснуло внизу среди пыли и мусора. Пальцы безотчетно нашарили изящное золотое колечко с чёрным камнем, высвеченным светом свечей. Гладкая чёрная поверхность, а внутри, утопая в бездонной глубине чернеющей бездны, горит мозаика из кусочков яркой радуги. Находка соответствовала образу фамильного кольца Дарреля, упомянутого Уланой в своём дневнике. Это показалось хорошим знаком, и не раздумывая, Шемс сунула украшение в карман.
Следуя за голосами, она пришла на кухню, а когда увидела их воочию, отчего-то застыла в дверном проёме, разом растеряв все мысли и заготовленные слова. Только глядела и всё никак не могла наглядеться, ощущая, как накатывают слёзы и до боли щемит сердце.
— Татьяна, ты пришла, — рвущийся изнутри возглас, прозвучал хриплым, срывающимся полушёпотом.
Женщина стояла возле сдвинутых в сторону обломков пострадавшей мебели и беспокойно озиралась по сторонам. На её плечах наброшен всё тот же фиолетовый пуховик нараспашку, в руках — телефон, абсолютно бесполезный в этих стенах. Услышав Шемс, она резко обернулась.
— Господи боже! Девочка ты моя!
Через несколько секунд, потребовавшихся на преодоление разделявшего их расстояния, Шемс была заключена в крепкие объятия, зацелована и залита слезами.
Шемс не понимала почему так больно, ведь всё же хорошо, всё, как они и планировали.
— Прости меня. Я скучала очень, — всхлипнула она тихонько.
— А я чувствовала, я знала, что не могла ты пропасть навсегда… И карты таро говорили, что жива, что где-то поблизости…
Тиббот, по его собственному мнению, дал им достаточно времени, чтобы прийти в себя, терпеливо выжидая в сторонке, но похоже, момент счастливой встречи грозил растянуться надолго.