Дорогами Итравы (СИ)

  
Глава 13.
 
Торен. Королевский дворец, три месяца спустя.
Ренальд бросил бумагу поверх кучи других и с силой потер ладонями лицо. Прикрыв глаза, он некоторое время просто сидел, отдыхая, а потом встал и подошел к окну. Распахнул его и усмехнулся, подумав, как здорово было бы просто выпрыгнуть наружу и уехать куда подальше!
Окна его покоев выходили в дворцовый парк, сейчас цветущий и благоухающий. К тому же именно в этом уголке парка рос редкий сорт вьющихся роз с удивительно длинными колючками, крайне не любимый придворными дамами. Ренальда же это лишь радовало: уж лучше слушать щебет птиц, чем то, как им подражают леди! Возникшая недавно среди придворных дам мода говорить тоненькими, птичьими голосами раздражала его безмерно, впрочем, как и вообще придворные.
После коронации Нарвена дворец оставался полупустым недолго. По мнению Ренальда, процесс оказался даже слишком быстрым: уже через месяц все придворные должности были заполнены, и начались интриги, целью которых было пробиться хоть на шажочек ближе королю. И это при том, что Нарвен практически не уделял внимание светской жизни, что очень обижало королеву, в последние месяцы беременности ставшую капризной и плаксивой.
Подумав о Лиене, Ренальд вздохнул. Все его попытки найти общий язык с Её Величеством потерпели сокрушительное поражение. Её недоверие, страх и едва ли не ненависть Рен буквально ощущал кожей! Более того, пару раз она даже пыталась, пусть и довольно неумело, очернить его в глазах Нарвена, но после резких отповедей супруга оставила свои затеи. А ведь сам он никогда не позволял себе ничего, что могло бы вызвать неудовольствие королевы! Может, это тоже негативное влияние беременности? Ведь она же совсем не показалась ему дурой вначале!
Подумав об этом, мужчина подавил раздраженный вздох. Удивительно, как она вообще смогла хоть как-то скрывать свое состояние в начале! Порой ему казалось, что та Лиена, которая поддерживала своего мужа в тяжелые времена и та, что есть сейчас - две разные женщины. Беременность протекала тяжело, об этом знали во дворце все без исключения, но при этом Её Величество категорически отказывалась подпустить к себе мага-целителя, который с легкостью мог бы облегчить её положение. Король попытался приказать, но вызвал этим лишь поток слез и обвинения в том, что он пытается осквернить своего еще не рожденного ребенка.
Ренальд вспомнил, в какую ярость это привело Нарвена. Обвинить его в том, что он желает причинить вред собственному ребенку! Только спустя пару часов беседы и несколько бокалов вина король смог немного успокоиться. Хорошо, что разговаривали они наедине, вряд ли кому-то стоило слышать сказанные в раздражении слова короля о резко поглупевшей навязанной супруге...
Корни такого поведения королевы были понятны и Нарвену, и самому Ренальду. Воспитанная в убеждении, что магия - зло, маги - его воплощение, а единственно правильный путь знает Церковь, Лиена, приехав в Вертан, оказалась совершенно в другой среде. Вертанцы испытывали к магам уважение, и единственным, что не давало пользоваться магией всем желающим, было малое количество магов и запредельная стоимость магических услуг. Возможно, постепенно королева смогла бы изменить свое отношение к магии и магам, но началась война... Война, из-за которой практически все одаренные оказались в армии, война с противником, искусно использующим магию как оружие... Рядом с Лиеной не оказалось ни единого человека, который мог бы показать ей всю ошибочность ее отношения. Более того, ее окружали те, что холил и пестовал его!
Ренальд скрипнул зубами, вспомнив лорда Янвира - жреца, прибывшего вместе с королевой из Торлана и пользующегося ее полным доверием. Ее Величество называла лорда Янвира духовным наставником и категорически отказывалась отправить его назад в Торлан. Если бы королева не была столь явно влюблена в мужа, Ренальд счел бы жреца ее любовником. Тем более личностью тот был незаурядной: умен, обаятелен, прекрасный оратор и дипломат - ни разу за время общения Ренальд не заметил в нем неприязни. Да и внешность способствовала привлечению к нему сердец, особенно женских: статный блондин с одухотворенным красивым лицом и улыбкой, которую придворные дамы называли не иначе как обворожительной или чарующей. Добавить к этому глубокий красивый баритон с бархатными нотками, и становится понятно, почему все больше и больше вертанцев попадали под его влияние! Точнее, под влияние Церкви...
 
Да, за последние три года Церковь обрела в Вертане невиданную раньше силу! Способствовали этому и война, и голод, и особенно эпидемия, во время которой жрецы оказали немалую помощь народу. Служители Богов рядом и всегда готовы помочь, а маги вызвали эту войну - именно эта мысль вкладывалась в сознание верующих, и в ней они укреплялись с каждым днем. Было ли это частью сложного и долгоиграющего плана? Ренальд был уверен, что да, и Церковь пыталась вернуть себе утраченное сотни лет назад влияние, стать выше королей... В том же Торлане это фактически уже произошло...
Тряхнув головой, Ренальд уселся в кресло и снова вернулся мыслями к своим взаимоотношениям с королевой. Только недавно он понял, что ее нетерпимость связана, как ни странно, не только с тем, что он маг, но и с ревностью. Да-да, Лиена ревновала мужа к его другу! В чем-то Ренальд понимал ее: три года она считала себя единственным близким Нарвену человеком, и столкнуться с тем, что тот куда больше доверял другу, да еще и магу...
Его размышления прервало появление слуги. Склонившись в поклоне, тот сказал:
- Ваша Светлость, Его Величество приказал вам явиться в Большой кабинет.
"Вот уж бездельники", - именно такая мысль крутилась в голове Ренальда все время, пока он вежливо раскланивался с попадавшимися навстречу дамами и кавалерами. У большинства из придворных, казалось, не было других дел кроме сплетен, флирта и интриг. И это в то время, когда король постоянно был завален делами! Как-то в сердцах Ренальд даже предложил другу разогнать весь Двор, оставив лишь полезных людей, на что Нарвен лишь вздохнул и признался, что желал бы этого, но увы - вынужден терпеть этих нахлебников.
Как и обычно в это время дня, король работал. Зашедший в приемную Ренальд услышал его голос и по интонациям сразу понял, что Нарвен распекает кого-то. Спросить у секретаря, кого именно, он не успел: бледный как мел министр финансов буквально выпал из кабинета, прижимая к себе папки с бумагами. Встретив холодный взгляд Ренальда, министр что-то пискнул и прижался к стене. Почему-то большинство придворных было уверено, что герцог эн Арвиэр не просто друг и советник короля, а "тень за троном" - так издревле называли тех, кто правил, не нося короны. Впрочем, вряд ли в это верил хоть кто-то из тех, чья служба короне не ограничивалась обиванием углов дворца: те, кто постоянно сталкивались с королем, точно знали, насколько недюжинным характером и умом был наделен Нарвен. Зато среди них ходило множество историй о том, что именно герцог эн Арвиэр стоит за устранением некоторых неугодных новому королю придворных! Ренальда такие слухи безмерно раздражали, но бороться со сплетнями - дело безнадежное, это он понял еще в ранней юности...
Дернув щекой, Ренальд смерил министра взглядом, про который Нарвен пошутил как-то: "словно снимая мерку для гроба". Вконец побелевший министр, казалось, был готов завыть в голос, а папки он прижал к себе так, словно они были его единственным спасением. Резко развернувшись, Ренальд направился в кабинет короля. Раздавшийся за спиной облегченный всхлип заставил его призадуматься: интересно, что же такое натворил лорд Ториан?
Король был зол. Нет - он был в ярости! Ренальду нечасто доводилось видеть друга в таком состоянии: взгляд кинжальной остроты, белые пятна на скулах, сжатые в нитку губы... В отличие от отца, Нарвен в ярости говорил резко, рублеными фразами, добавляя в голос льда.