Гордость и булочки, или Путь к сердцу кухарки (СИ)

Тут Гленда сообразила, что на большом приёме, до ужина “с приближёнными”, когда в замке Госпожи собралось полно всякой знати, она видела и Ангву с Моркоу, причём не в доспехах, а в вечерних нарядах. В голове всплыли слова Натта, которые она тогда пропустила мимо ушей: “Ты знала, что капитан Ангва на самом деле дочь барона фон Убервальда? Того, чей замок мы видим внизу, когда поднимаемся в наши горы. Ты ещё отзывалась о нём, как о мрачном месте, хотя я не могу сказать, что его архитектура отличается…” Дальше Гленда не слушала совсем, но краем глаза Ангву отметила. Впрочем, тут же об этом забыла — были вопросы поважнее. И только теперь она поняла, что Моркоу, Ангва, Шельма и Детрит оказались в этой поездке не просто так. Последние трое были представителями населявших Убервальд народов, а Моркоу… Что ж, похоже, патриций тоже считал его законным наследником престола. И старался на всякий случай держать в курсе событий, особенно тех, которые могли угрожать Анк-Морпорку. Умно…
— И каким он был, по-твоему? — уточнила она недоверчиво.
— Мне кажется, — Моркоу снова понизил голос, но не заговорщически, а нерешительно, будто опасаясь говорить то, что говорил, — ему было страшно. Мы все привыкли, что патриций всегда знает, как выйти сухим из воды, но я не думаю, что это так. Я уже видел похожие… Как это говорят? А! Тени тревоги на его лице — вот как это говорится. В общем, я уже видел похожее во время Лешпского кризиса. И то, что вы, мисс Гленда, были на его стороне, я думаю, его тронуло.
— Откуда ему было знать, на чьей я стороне? — недовольно фыркнула Гленда, оставив при себе вопрос: “А его вообще что-то может трогать, кроме одежды, которую он носит?”.
— О, поверь, это было заметно, — протянула Ангва. — Удивляюсь, как на этой леди Марголотте платье не загорелось от тех взглядов, что ты на неё бросала, когда она прохаживалась по перспективам торговли Убервальда с Анк-Морпорком. Думаю, там не было ни одного человека, точнее, ни одного мыслящего существа, которое не понимало бы, что ты в ярости от всего происходящего. И, честное говоря, мы были в таком же состоянии.
Гленда тяжело вздохнула — было обидно сознавать, что она настолько открытая книга не только для Ветинари, который, как ни крути, известен своей проницательностью, но и для всех остальных.
— Не переживай, — Ангва, сидевшая рядом, мягко похлопала её по плечу, — думаю, если бы я знала обо всём заранее и не могла повлиять на ситуацию, я была бы в такой ярости, что на мне бы клочки шерсти отрастали при одном взгляде на эту вампиршу. Всех их терпеть не могу, но эта… — на последних словах, хоть там и не было подходящих звуков, она почти зарычала.
— Мне кажется, она просто заигралась, — Гленда порадовалась, что наконец-то может высказать вслух мысль, которую не решилась озвучить даже Натту. — Она как-то говорила, что жажда крови — это ничто, и жажда власти — суета, по-настоящему увлекает контроль. Каждый разумный вампир должен это понять и первым делом научиться контролировать себя. Она никогда не говорила о том, что следует за тем, как он научится контролировать себя, но уж я-то знаю — дальше вампир учится контролировать других. Вплоть до того, как этим другим размещать полки в шкафу…
Она припомнила, как раздражали её бесконечные советы Госпожи по обустройству дома, который Гленда хотела сделать по-своему, и на секунду её ослепила вспышка уже знакомой ярости.
Чёрт побери, она должна была понять ещё тогда! Сказать Натту, что это неправильно — постоянно жить под крылом у леди Марголотты, что нужно увести орков подальше. Но она была влюблена, и это делало многие неприятные моменты менее ощутимыми, а Натт был окрылён принятием своей природы и полон решимости помочь своему народу жить открыто, не таясь, — это было возможно только под покровительством Госпожи. Так и получилось, что их жизнь с каждым днём всё больше и больше попадала под её контроль. Как и жизнь всего Убервальда.
— Она поставила под свой контроль весь Убервальд, — озвучила Гленда последнюю мысль, — но, очевидно, этого ей стало мало. Её игры с Ветинари — вы же знаете, что они играют в шахматы и в Шмяк по клик-сообщениям — мне кажется, ей показалось, что она и в жизни может так с ним играть. Получить контроль над ним, будто Анк-Морпорк равен Ветинари, а Ветинари — Анк-Морпорку. Но это не так! Я пыталась ей это объяснить, но она даже не стала слушать, словно я пешка на её доске, одна из многих. Будто нам мало богов с их играми в Дунманифестине!
 
— Железные же у тебя нервы, если ты сказала ей такое в лицо, — покачала головой Ангва.
— Я же говорил, что та история может быть правдой! — радостно отозвался на это Моркоу.
Ангва нахмурилась и с подозрением посмотрела на Гленду:
— То есть, ты действительно однажды пришла во дворец, чтобы отчитать Ветинари за то, что он… Как это? “Крадёт у простых людей футбол”? — спросила она, прищурившись, и пояснила: — Нам его секретарь рассказывал. Так всё и было?
Гленда смутилась:
— Возможно, со стороны это выглядело именно так, — ответила она осторожно, — но не думайте, пожалуйста, что мне не было страшно. Мне было! Чертовски.
— Но ты это сделала? — настаивала Ангва.
— Иногда просто нужно собраться и сделать то, что правильно, — пожала плечами Гленда. — И неважно, какие будут последствия. Поэтому да. Так я и сделала. И до сих пор об этом не жалею, хоть и не понимаю, почему моя голова после этого осталась на шее.
— Сделать то, что правильно, невзирая на последствия, я тоже так считаю, — кивнул Моркоу и неожиданно добавил: — А вы не хотите служить в Страже, мисс Гленда? Нам нужны люди, которые умеют отличать правильное от неправильного.
— Моркоу, — Ангва на секунду в отчаянии приложила ладонь ко лбу. — Ветинари чётко дал понять, что собирается нанять мисс Гленду шефом во дворец. Что будет, если ты уведёшь её у него из-под носа в Стражу?
— Думаю, я сумею с ним договориться, — хмыкнул Моркоу, и по мелькнувшей в его взгляде искорке Гленда вдруг поняла, что капитан совсем не так прост, как кажется.
— Что ж, это самоубийственно, — вздохнула Ангва, — но вынуждена признать: работа в Страже — отличное занятие для сообразительной девушки, которая не хочет ни от кого зависеть и не боится работы. Похоже, это как раз про тебя, так что подумай.
— М-м… — протянула ошарашенная Гленда. — Мне кажется, для стражника у меня неподходящая комплекция.
— Ты Фреда Колона видела? — ответила Ангва, подняв брови.
Они помолчали.
— Ну, если посмотреть с этой стороны… — начала Гленда.
— По сравнению с ним ты — тростинка на ветру, — фыркнула Ангва. — Так что серьёзно — подумай.
— Что ж, — Гленда была слишком шокирована этим предложением, чтобы как-то на него среагировать, но невольно начала крутить его в уме, представив себя в форме стражницы. — Может быть, подумаю, — осторожно ответила она.
— Вот и отлично! — просиял Моркоу. — А мне пора на дежурство. Всё-таки глупых людей, считающих, что они могут нанести патрицию физический вред, увы, немало. Кто-то должен позаботиться о том, чтобы у них появился шанс поумнеть до того, как они встретятся со Смертем.
— Я тебя скоро догоню, — улыбнулась Ангва.
Они обменялись многозначительными взглядами. Длилось это всего секунду, но у Гленды кольнуло в сердце. Совсем недавно она тоже бросала и ловила такие взгляды. Как же получилось, что всё так легко разрушилось? Возможно, оно просто никогда и не было прочным?
— Пока мы одни, расскажу тебе ещё кое-что о патриции, — прервала её мысли Ангва, дождавшись, когда Моркоу выйдет. — Только это не рассказывай никому. Я тебе говорю только потому, что чую: ты боишься Ветинари, и мне кажется, это неправильно. Место в Страже для тебя всегда найдётся, тут Моркоу прав — нам такие, как ты, нужны. Но я пробовала твой пирог — в Страже ты будешь зарывать талант в землю, поэтому, мне кажется, тебе стоит согласиться на предложение патриция. И поэтому я тебе о нём кое-что расскажу.
 
Гленда кивнула и всем своим видом дала понять, что слушает очень внимательно.