Гордость и булочки, или Путь к сердцу кухарки (СИ)

— Но и переживать иногда полезно, — встряла Либертина, — чтобы получить вдохновение.
— Ты не волнуйся, мы тебя, если что, подстрахуем, — встряла Электрисия.
— Обязательно! — пообещала Зеленоглазая, заливисто рассмеялась, и, как показалось Гленде, в вихре этого смеха все трое исчезли.
Какое-то время Гленда приходила в себя, бездумно пялясь в зеркало. Затем вздрогнула, услышав за спиной вежливый кашель.
— Только не заставляй всех опять петь! — взмолилась Гленда, увидев нового визитёра. — Это был чудесный подарок, но…
— Ой, клятье, подарок, — с досадой пробормотал Рег. — Тьфу, я тип забыл, что на свадьбу с подарком надо. Ну ты это, короче, напишешь как-нибудь песню — хит, во! Все будут в восторге. Лады?
— А я не обязана буду её сама петь? — с подозрением уточнила Гленда.
— Не, петь — эт по желанию, — успокоил её Рег.
— Ну хорошо, — Гленда расправила юбку и оглянулась на дверь. — Тогда… Чем я могу служить вашей божественности? — она так и не смогла скрыть сарказм, но Рег, к счастью, не обратил на него внимания.
— Слышь, мы пока за вами, ну, тип смотрели, я короче это… Познакомиться кое с кем хочу, но, тип, по-нормальному, без всей этой божественной хуеты. Ну там, затусить без пафоса с твоей подружкой, сечёшь?
— Джульетта счастливо замужем, — холодно ответила Гленда.
— Да не, я не про неё, — отмахнулся Рег. — Я про ту крутую гномиху — Шелли, вот.
Гленда потеряла дар речи.
— У неё борода — отпад, — продолжал тем временем Рег, — такие прикольные косы, я так не умею. Ну и вообще она крутая, вроде тихая вся — человек, то есть, это, гном мира, все дела, но как чего — одним ударом десятерых положит.
— Этого у неё не отнять, — согласилась Гленда, пытаясь представить последствия подобного знакомства. Она этого не одобряла! Рег выглядел слишком ненадёжным, чтобы желать такой милой девушке, как Шелли с ним поближе знакомиться. — И что ты собираешься делать? — она строго сложила руки на груди. Корсет волнующе натянулся, но собеседник, к Глендиной радости, не обратил на это внимания. — Ты же бог — бессмертное существо. А она — простой гном. Ты разобьёшь ей сердце и исчезнешь в призрачной дали, так?
— Э-э-й, ну я так далеко не заглядывал, хотел сначала просто потусить, — Рег выставил перед собой ладони, защищаясь. — Ну там, сходить пропустить по стаканчику, мож потанцевать, а дальше — как пойдёт. Она ведь тоже может меня послать, я ж не какой-нибудь этот… — он скривился, очевидно вспоминая кого-то из неотразимых коллег-божеств.
Гленда задумалась. С одной стороны, она всё ещё была настроена скептически, с другой — вспомнила, что Шелли до сих пор оставалась одна и даже не взяла никого в пару на свадьбу, хотя могла бы, потому, что ей, по её словам, хотелось встретить кого-то необычного. Отличавшегося от остальных так же, как сама Шелли отличалась от других гномов.
— Ну вот что я тебе скажу, — твёрдо произнесла Гленда. — Я познакомлю тебя с Шелли. Скажу, что ты приятель Джу из Щеботана. Но если из-за тебя Шелли расстроится, то я уж постараюсь, чтобы одна из тех дам, которые меня тут сегодня одаривали, проявила женскую солидарность. Понятно?
— Угу, — Рег сделал несколько быстрых кивков. — Да, понял, без вопросов.
— Ну пошли, — Гленда первой вышла из туалета и на входе обнаружила патриция, со скучающим видом подпиравшего стенку. При виде Рега его бровь недобро поднялась вверх. Гленда закатила глаза, давая понять: “Только не спрашивай меня об этом сейчас!”.
— Нам опять придётся петь? — нахмурился Ветинари.
— Да чо пристали, было-то один раз! — сразу принялся отнекиваться Рег.
— Надеюсь, не придётся, если я исполню очередное божественное повеление, — ответила Гленда и быстрым шагом, так, что платье шелестело и развевалось, направилась в Главный зал.
Знакомство прошло на удивление легко. Гленде даже показалось, она своими глазами увидела искру, которая проскочила между Шелли и Регом, но задумываться об этом она не стала. Схватила за руку Ветинари и оттащила его в самый дальний укромный уголок.
 
— Я так подозреваю, ты ждёшь объяснений, — сказала она, как только убедилась, что их некому подслушать.
— Признаюсь, потерять из виду невесту в разгар торжества, а затем обнаружить её, выходящей из дамской комнаты в компании весьма сомнительного типа…
— Ты меня ревнуешь? — Гленда не думала, что это так её обрадует, но, сама не зная, почему, расплылась в улыбке. — К этому придур… Кмх, эксцентричному божеству?
— Я ревную тебя даже к Чудакулли и Ваймсу, когда ты с ними заговариваешь, — мрачно ответил Ветинари, — но мне хватает выдержки напоминать себе, что это неразумно.
Гленда растрогалась. Опять же — возможно, в ней всё ещё говорил херес, но она, по привычке быстро оглянувшись и поняв, что совершенно не обязана скрываться, обняла Ветинари и поцеловала его в кончик носа. Это, похоже, выбило его из колеи. Он посмотрел на неё удивлённо, а потом улыбнулся.
— Надеюсь, ты не думал всерьёз, что я позволила бы этому нечёсанному типу, божество он там или нет, к себе приближаться? — прошептала Гленда. — Это, может, для Шелли его лохмы — не проблема, у гномов в бородах и не такое творится, но я бы лично не рискнула здоровьем.
Ветинари, судя по всему, остался доволен её ответом. А затем она рассказала ему о встрече с другими божествами, и это погрузило его в задумчивость до конца празднования. Впрочем, иногда обнимать Гленду и прижиматься губами к её лбу это ему не мешало.
***
Во дворце они оказались уже поздно вечером. Сперва Гленда посмотрела на парадную лестницу как на очередное чудовищное препятствие, отделяющее её от желанного отдыха, но затем кое-что вспомнила — как стояла ровно на том же месте много лет назад, и ладонь её сжимала ладонь Натта, а Ветинари спускался сверху, рука об руку с леди Марголоттой. Могла ли Гленда тогда представить, как всё обернётся…
— Что-то не так? — спросил Ветинари, уже поднявшийся на пару ступенек.
— Лучники, — неожиданно вспомнила Гленда.
— Здесь нет…
— Не сейчас. Тогда.
— Тогда их тоже не было.
Ветинари хмурился. Очевидно, он также устал и мечтал поскорее добраться до постели, но понял, о каком “тогда” говорила Гленда.
— Они не представляли угрозы ни для кого, кроме меня, — прошептала поражённая этой мыслью Гленда. — Они точно не стали бы целиться в тебя и твою спутницу, тем более — вампирам стрелы не страшны. Но и про орков ты наверняка уже знал, что их даже сотней стрел не убьёшь. Я была в тот момент самым слабым звеном, и если бы какая-то стрела…
— Ты преувеличиваешь мои заслуги, — Ветинари явно был польщён. Он спустился к Гленде и притянул её к себе. — С моей стороны это был в главным образом жест вежливости, хоть я и не могу не признать, что первой мыслью, которая пришла мне в голову, когда Стукпостук упомянул лучников, была именно шальная стрела, летящая в твою сторону. Думаю, я приказал бы им уйти в любом случае, но не буду отрицать, что твоё присутствие сделало это насущной необходимостью.
— Что ты обо мне думал тогда? — тихо спросила Гленда, прижимаясь лбом к его плечу. — Что я наглая выскочка, которая посмела тебе указывать?
— Признаться, в тот момент я разрывался между сентиментальными мыслями о счастливых финалах романтических историй и меркантильным сожалением от того, что лучшие в мире пироги уходят от меня под ручку с другим мужчиной.
— Пироги?! — возмутилась Гленда, шутливо стукнув Ветинари по плечу. — Вот, значит, как ты меня воспринимал? Как ходячее воплощение пирога?
— Лучшего в мире пирога, — Ветинари поднял вверх указательный палец. — А также восхитительного жаркого, о котором я в тот момент мог только ностальгически вздыхать.
 
— Эх, ты… — отмахнулась Гленда и поднялась на пару ступенек, но Ветинари неожиданно развернул её к себе. Их лица оказались на одном уровне.
— Я бы соврал, если бы сказал, что думал о тебе тогда в романтическом смысле, — сказал он, гипнотизируя её взглядом, — но, полагаю, мысли о твоей превосходной готовке были для меня удобной ширмой, позволявшей не замечать того чувства, которое у меня вызвало первое же твоё появление во дворце. Ты ведь не станешь отрицать, что уже тогда между нами было некоторое… Напряжение?