Гордость и булочки, или Путь к сердцу кухарки (СИ)

— Вы говорили с леди Марголоттой.
— Она говорила со мной, спасибо большое. И знали бы вы, — Гленда выставила перед собой указательный палец и ткнула им в грудь Ветинари, — каких трудов мне стоило не показать ей своё удивление такими… инсинуациями. Я-то прекрасно знала, как всё обстоит на самом деле.
— Но решили её не расстраивать?
— Ну, мне не хотелось, чтобы она решила попытать счастья.
— Безмерно вам за это благодарен, — он улыбнулся. Гленда улыбнулась в ответ. Где-то вдалеке послышались голоса.
— Бежим! — вскрикнула Гленда и, снова схватив Ветинари за руку, поволокла его в тёмный коридор.
— Стой, стой, стой!
После третьего поворота, поняв, очевидно, что его слова не действуют, Ветинари затормозил. Это ощущалось так, будто Гленда попыталась выдернуть прикованную к стене цепь. Получается, он всё время мог её остановить, но не делал этого. Гленда развернулась.
— Ну? Хотите попасться на горячем, ваша светлость?
— Пытаюсь включить мозги, ваше сиятельство, — фыркнул Ветинари. — После концерта аркканцлер собирался устроить приём. И мы оба, хочу заметить, на него приглашены. Нет никакой необходимости удирать, достаточно просто подняться на нужный этаж.
— О.
— Но раз уж мы здесь… — Ветинари огляделся по сторонам, и глаза его сверкнули в темноте. — Это конечно не место для… И, возможно, ты захочешь подождать до свадьбы, но…
— Да, это не место, нет, я определённо не хочу ждать до свадьбы, — выпалила Гленда.
— В таком случае не будешь ли ты столь любезна, — вкрадчиво произнёс Ветинари, прижимая её к стене, — прояснить для меня одну, — он прикоснулся губами к её виску и продолжил шёпотом на ухо: — лингвистическую загадку.
— М? — пискнула Гленда. Голова у неё шла кругом, и ей определённо было не до лингвистических загадок.
— Я примерно представляю себе, что такое эти самые фигли-мигли, о которых говорило наше изобретательное божество, — дыхание Ветинари обжигало шею Гленды, его пальцы скользили по кромке её декольте, — но что это значит на практике? Возможно, у тебя найдётся минутка, чтобы объяснить? Показать?
Гленда не сдержала голодный стон. Да чтоб его! Разве можно так издеваться, когда понятно, что никакой возможности… Хотя, стойте-ка!
Гленда решительно развернула патриция, поставив его на своё место. А затем сама опустилась на колени.
— Что ты… Нет! Не здесь же… — попытался возразить Ветинари, но её рука уже распахнула полы его мантии и ладонь легла на ширинку.
— Мне остановиться? — усмехнулась Гленда, осторожно сжимая вставший, горячий даже через ткань брюк член.
— Да! — потребовал Ветинари. — Нет, — прошептал он, зажмурившись, отвернувшись в сторону, будто сдаваясь, и прижал её ладонь к себе крепче. — Только если ты действительно этого хочешь, — еле слышно закончил он.
— Должна же я убедиться, что с тобой всё в порядке, — хмыкнула Гленда, расстёгивая ширинку.
— О, боги… — Ветинари резко втянул воздух через стиснутые зубы и застонал, когда ладонь Гленды крепко обхватила его член у самого основания.
Он был большим. Не огромным, но достаточно большим, чтобы пришлось придерживать, не давая ему толкнуться слишком сильно. Он был горячим и гладким. Он пульсировал на языке у Гленды и прокатывался по нёбу как крупная спелая клубничина.
Гленда действовала медленно, раскачиваясь с небольшой амплитудой, но Ветинари хватило нескольких движений. Он попытался отстраниться, но Гленда не дала. Она хотела чувствовать его вкус. Вкус был солёным и даже чуть сладковатым, горечи не было. Ещё бы — учитывая, сколько сил она тратила, чтобы сделать питание во дворце здоровым!
Довольная собой, Гленда осторожно вернула одежду Ветинари в пристойное состояние и поднялась. Он качнулся, обнял её и снова прижал к стене. Поцеловал медленно и тягуче. Благодарно и сыто.
— Так это и есть знаменитый фигли-мигли? — спросил он, оторвавшись, чтобы глотнуть воздуха.
— Это немного больше, чем они, — призналась Гленда. — Фигли-мигли я тебе в другой раз как-нибудь покажу.
— Договорились, — кивнул Ветинари, наваливаясь всем весом.
 
“Раскормила на свою голову,” — подумала Гленда, но возразить не успела — его рука на удивление быстро развязала пояс на её юбке и скользнула под ткань.
— Н-н… — начала было Гленда.
— Мне остановиться? — насмешливо прошептал Ветинари ей в самое ухо.
— М-м, — сил Гленде хватило лишь на то, чтобы отрицательно мотнуть головой — её клитор в этот момент уже был сладко сжат между двумя длинными пальцами, а третий водил по самой кромке. Ветинари и в прошлый раз проделал нечто подобное, и Гленда, лаская себя, повторяла это, но его пальцы ощущались намного приятнее. А затем он просунул руку чуть дальше, и Гленда почти вскрикнула, но в последний момент заглушила звук, уткнувшись Ветинари в плечо. Пальцы у него были удивительные — всего несколько точных движений внутри, и на Гленду накатило освобождающее удовольствие. Не такое сильное, как от настоящего секса, но достаточное, чтобы чувствовать себя счастливой и благодарно целовать наклонившегося к ней Ветинари.
— Это безумие, — устало прошептал он ей на ухо. — Чем больше я от тебя получаю, тем сильнее хочу ещё.
— Я тоже, — согласилась Гленда. — Не знаю, как дотерпеть до ночи. Мы же… Ночью? Да?
— Определённо, — сказал Ветинари уже более привычным для себя тоном и принялся приводить в порядок одежду на Гленде. Она не возражала — ей было слишком хорошо, чтобы заботиться о таких глупостях. — Что ты думаешь о свадьбе в университете? — приглаживая волосы, спросил Ветинари уже совсем светским тоном. — В Главном зале?
— Хм-м… Я думала, мы сделаем это по-тихому, попросим какого-нибудь священника провести быстрый обряд и…
— Я бы не возражал, — вздохнул Ветинари, обнимая её за плечи и вглядываясь Гленде в лицо. — Но люди моего положения, нашего положения, тебе придётся к этому привыкнуть… Без соблюдения определённых ритуалов, таких, как приглашение на свадьбу толпы чванливых идиотов, иногда невозможно обойтись. Помнишь, если я тиран, это ещё не значит, что я могу делать всё, что хочу.
— И какой смысл тогда быть тираном? — хмыкнула Гленда и указала путь: — Если нам на приём к аркканцлеру, то это сюда. Но по дороге сделаем крюк, чтобы пройти мимо зеркала. На втором этаже, если ничего не поменялось, оно должно висеть.
Зеркало оказалось на месте, и Гленда поразилась тому, как пристойно и невинно — учитывая недавние развлечения — они оба выглядели.
— Что ж, если без торжественного приёма не обойтись, пусть будет Университет, — решила Гленда. — Это уж точно лучше, чем какой-нибудь храм. Игры богов меня пугают, а у моих, как выяснилось, покровительниц даже храмов нет.
— Ну, это мы скоро исправим, — твёрдо заявил Ветинари. — Но сейчас я предлагаю договориться с аркканцлером. Не знаю, какие планы были у тебя, но лично я не готов ждать больше месяца.
— У меня вообще не было таких планов, — призналась Гленда. — Ты застал меня врасплох… Ох, надо срочно написать Джульетте! Она не простит, если я не позову её подружкой на свадьбу. Кто будет твоим шафером? Командор Ваймс?
— Определённо нет, — Ветинари криво усмехнулся. — Насколько я понял, тебе всё-таки дорога моя способность, скажем так, доставлять тебе иные радости жизни, помимо материального вознаграждения, а из-за перспективы стать моим шафером — то есть, лишний раз надевать трико и плюмаж — сэр Сэмюэль наверняка захочет оборвать мне все радости жизни под корень. Нет, я склоняюсь к тому, чтобы позвать на эту роль Моркоу.
— О, чудесно! — обрадовалась Гленда. — Ангва определённо будет среди подружек невесты, так что всё в порядке. А что касается Ваймса… — она помедлила, но решилась озвучить свою идею вслух: — Кто-то же должен будет отвести меня… Что в Университете вместо алтаря?
 
— Кафедра аркканцлера, — хмыкнул Ветинари. — Это хорошая мысль — в таком качестве он вполне может прийти на свадьбу в доспехах.
— Что ж, тогда я его об этом попрошу, — просто сказала Гленда, удивляясь тому, с какой лёгкостью она рассуждает о вещах, о которых и мечтать не могла ещё накануне вечером.