Ученик лоцмана (СИ)

[1] Если вам кажется, что всё идёт хорошо — значит, вы чего-то не заметили'
 VI 
Волна от проходящего судна мягко качнула «Квадрант». Расстояние было невелико — бригантину и чёрный корпус канонерки разделяло меньше кабельтова, и с палубы «Квадранта» отлично были видны револьверные пушки на полубаке на тумбах, и тупоносые орудия главного калибра, выглядывающие из бортовых спонсонов. На кормовом флагштоке развевался сине-белый вымпел, узкий, несуразно длинный таранный форштевень, вспарывающий воду, из тонкой, выкрашенной в жёлтый цвет трубы безостановочно валили клубы жирного угольного дыма. Хотя — куда от него деться здесь, во внутренней гавани Зурбагана, где пароходов лишь немногим меньше, чем парусников?
Кстати, о пароходах…
— Сколько, говорите, времени уйдёт на замену машины на «Штральзунде»?
— Дня три, не больше. — отозвался Валуэр, провожавший взглядом военное судно. — Дело-то обычное, здесь две верфи специализируются именно на таких операциях. Своего производства паровиков в Зурбагане, правда, нет — его вообще нет у нас — зато отличные агрегаты возят из двух других миров, и не слишком дорого. А что? Торговые маршруты налажены, верфи работают с этими механизмами уже давно — плати только деньги, и поставят паровик хоть на катер, хоть на большой парусник! Ну да у тебя, Серж, проблем с этим теперь нет, верно?
И он осклабился в усмешке. Я кивнул — пришлось-таки признаться «учителю» в источнике моих нетрудовых доходов. Услыхав, что я поместил клад с «пиратского» корабля в банк, Валуэр мой выбор одобрил — солидное заведение, сказал он, проверенное, — и посоветовал переместить хотя бы часть в хранилища Банка Гильдии и, лучше всего, сразу обратить в зурбаганские талеры. Во-первых, объяснил он, надёжнее места не сыщешь, а во-вторых, подобный «персональный счёт» позволит мне рассчитывать на совсем другое к себе отношение — в частности, проворачивать некоторые деловые операции, которые иначе заняли бы куда больше времени и потребовали бы немалых хлопот. 'Да вот, хоть переоборудование твоей посудины — сказал он, — располагая оборотными средствами в Банке Гильдии, ты можешь рассчитывать, что на верфи за твой заказ возьмутся в первую очередь, и не будут тянуть по всякому поводу — что вообще-то у них случается, на отсутствие заказов предприятие не жалуется. Вот, как раз сейчас они оборудуют паровыми машинами четыре катера-носителя шестовых мин по заказу Военного Флота, и клиентам, за которыми не стоит Гильдия, придётся смириться, что сроки выполнения работ по их заказам могут быть сдвинуты.
Сменить проверенный дизель «Штральзунда» на не вполне понятную мне паровую машину Валуэр уговаривал меня с тех пор, как я принял решение пойти к нему в ученики. Конечно, рассуждал он, твой механизм привычнее, да и пользоваться им не в пример удобнее — ни тебе возни с углём, ни потери времени на то, чтобы поднять пары… Только вот топливо для него в Зурбагане, да и в иных-прочих мирах днём с огнём не сыщешь, разве что сырую нефть, а возить соляр с Земли — долго, хлопотно, да и рискованно тоже. Запросто можно в критический момент остаться без топлива, тогда как в паровую топку можно пихать хоть дрова, хоть политое машинным маслом тряпьё — тяга упадёт, конечно, но работать-то машина будет, вращать гребной вал, толкать судно вперёд. И переделки понадобятся не такие уж и кардинальные — разобрать кормовую рубку, служившую машинным отделением, соорудить по бортам угольные ямы, удлинить кокпит так, чтобы было место для машиниста-кочегара.
 
При известной сноровке, говорил лоцман, ты и в одиночку сможешь управляться и с машиной и с румпелем, но лучше, конечно, подыскать помощника. Вот, кстати, и подходящий кандидат имеется — сын его старого знакомца, оставшийся недавно сиротой, после того, как отец, боцман большого торгового парусника, сгинул где-то в лабиринте Фарватеров. Парню всего шестнадцать, но он отлично разбирается в морском деле, с десяти лет ходил с отцом в море, и к тому же, имеет опыт работы и машинистом и кочегаром.
Я обещал подумать — как и о перспективе установки на «Штральзунд» паровой машины. Пока же у меня имелись иные планы, откладывать которые я никак не мог — особенно, в свете того, что Валуэр сумел выяснить насчёт «солнечного» маяка, того, что привёл меня в Мир Трёх Лун, а потом и указал нам дорогу оттуда.
Канонерка — её название, «Гель-Гью», я прочёл на корме, настолько-то я местный алфавит уже усвоил — прошла, разведённая ею на полном ходу волна слабо покачивала стоящие на бочках шхуны, бригантины и тупоносые кургузые люгеры, занятые, по большей части, на местных каботажных рейсах, в Лисс, Дагон, тот же Гель-Гью. Надо бы обзавестись картой этого мира, подумал я — привык, понимаешь, рассуждать о Фарватерах, далёких Маяках в иных мирах, а что творится у меня под носом, не знаю! Ну, ничего, теперь, когда у меня есть доска-переводчик, дело пойдёт быстрее — навещу книжную лавку, найду что-нибудь по местной истории, географии и политическому устройству — для начала несложное, на уровне школьного учебника. А там, глядишь, и дойдёт дело до занятий в Гильдии…
Канонерка миновала проход в брекватере, коротким гудком поприветствовав блокшив и удостоившись ответного приветствия. Валуэр напоследок, задумчиво посмотрел ей вслед и повернулся ко мне.
— Вернёмся, значит, к нашим баранам, Серж.
—…смотри-ка, он и присказки наши знает! Темнит что-то мастер Валу, ох, темнит…
— К солнечному маяку? — уточнил я. — Который в Мире Трёх Лун?
— К нему… — Валуэр вздохнул, и особого оптимизма я в этом вздохе не уловил. — Сам понимаешь, за ночь я многого узнать не мог. Однако — кое-что выяснил…
Я постарался продемонстрировать максимальное внимание. Особенно стараться, впрочем, не пришлось — тема была самая, что ни на есть, животрепещущая.
Валуэр откашлялся.
— Если вкратце — то всякий набор зеркал, который изготавливают для «солнечных маяков», имеет свои индивидуальные особенности'. Не то, чтобы это делают специально — просто процесс изготовления и полировки зеркал достаточно сложен, с каждым мастер работает индивидуально, и каждый несёт некий свой, уникальный отпечаток. Все об этом знают, никакого секрета в этом нет — как и в том, что мастера, перед тем, как передать своё изделие заказчику, опробуют его и фиксируют эти индивидуальные различия. Опять же, без всякого заднего умысла, просто так уж повелось…
— Значит, изучив эти особенности, мы можем точно установить, кому и когда был продан данный конкретный комплект зеркал? — я сразу уловил главное.
— Именно! — Валуэр хлопнул себя ладонью по колену. — Пока мы знаем только, что изготовил их тот мастер, у которого мы были вчера — есть, знаешь ли, некоторые особенности, сразу видные опытному глазу. Но сложность в том, что таких маяков за последние лет десять было продано дюжины полторы, и из покупателей на данный момент известно только о девятерых. Остальные недоступны — кто погиб в кораблекрушении, кто умер от болезни или по какой-то другой причине, а многие просто сгинули. Оно и неудивительно — такие маяки приобретают обычно первопроходцы, а они рискуют своими головами куда больше обычных Лоцманов и вольных торговцев, перемещающихся по уже открытым Фарватерам…
— Первопроходцы? — этот термин был мне незнаком.
— Ах, да, я же тебе о них пока не рассказывал… — Валуэр покачал головой. Ну, извини, из головы вылетело, да и других тем хватало… и до сих пор хватает. Первопроходцы — это, видишь ли, такие отчаянные головы, которые ищут новые, перспективные в плане торговли миры. Способ простой, но и крайне рискованный: они не проходят Фарватеры до конца, а как бы «вываливаются» из них на полпути — астролябии при правильной настройке показывают подходящие, я тебе потом покажу… Никто не знает, где именно окажется такой смельчак, многие из них так и пропадают бесследно, и найти их невозможно. Но может и повезти — например, если на «той стороне» окажется новый, никому не известный, богатый и населённый мир, с которым можно наладить взаимовыгодный обмен. В этом случае Первооткрыватель использует для возвращения один из местных маяков, а потом вносит его вместе с новооткрытым Фарватером в Реестр — и с этого момента, в течение десяти лет всякий торговец, посетивший этот мир, обязан отдать Первооткрывателю часть своей прибыли. Ну а «солнечные маяки» — это на случай, если местных не найдётся. Их ставят как временные, с том, чтобы потом, когда новый торговый маршрут наберёт силу, заменить на нормальный.