Отдайся за Миллион (СИ)
У него с Измайловым, не просто разногласия рабочих моментов. Могу руку дать на отсечение, все намного глубже. Они явно кого-то или что-то не поделили.
Романов и блондинка кивком головы прощаются с олицетворением дьявола, а затем удаляются в неизвестном направлении.
Я не знаю, чем бывший ослеплен, спутницей или грядущим высоким положением, но он меня в упор не замечает. Не ощущает сверлящего взора.
Больно ли?
Трудно объяснить.
Скорее всего грезы.
Знаю только одно, боль отсчитывает последний тихий импульс.
Эмоции поочерёдно душат друг друга.
Чем больше проходит времени, тем сильнее вскипает негодование на Измайлова.
Этот человек недавно пытался сожрать меня в диком желании. Я отчетливо это чувствовала. Такое нереально разыграть.
Он намеревался иссушить меня до дна, пробуждая потаенные глубины безумства.
Окунул в предвкушение.
Что-то до невозможности запретное и до трясучки желанное рождалось под ребрами.
Я зла от своей реакции. От диких поцелуев, что вспыхивают на груди и боль на затылке увеличивается.
Я зла, что вычислила каждую ноту его парфюма из толпы. Спутать который невозможно. Горький аромат ударил в нос моментально, как только увидела мужчину
Только ирония в том, что унизительное предложение гостиничного перепиха, открыто показывает кого во мне видят и мой уровень. Вернее, его нет — он ниже плинтуса.
Гадко. Неприятно.
Мне неприятно что Нинель стоит подле него, и они спокойно ведут диалог.
Изнутри царапает гребаное трио. И как подруга касается локтя того, кто выбивает почву из-под ног, а сейчас он, склонившись к ней внимательно слушает, что ему шепчут на ухо.
У него довольно умиротворенный вид, лишь вскользь прищуром рассматривает окружение и черный бархат не источает бешенства.
В то время как в моем присутствии Измайлов успешно перевоплощается в дикого кровожадного хищника. На глазах мрачнеет, душит тяжестью энергетики.
И я практически осязаю на шее черные щупальца его ауры.
На ум приходит единственная причина странного поведения мужчины.
Вероятно, оттого и открытое пренебрежение в мою сторону.
Муж...
Точнее бывший муж с любовницей посещает мероприятие, наплевав на все и вся.
А я, подавшись искушению упивалась страстью, практически отдавшись.
Семейка, конечно, из нас «образцовая» складывается.
По крайней мере, так я предполагала.
Истинные мотивы вскроются со временем и масштаб предательства сродни вскрытым венам.
Раны и боль накроют целиком и полностью.
И я поведаю вам все обязательно. Только чуть позже.
А пока меня ломает полная двойственность.
Знаю, что неправильно.
Понимаю, что не имею права испытывать какие-либо чувства. Неважно какие.
Но вязкая ртуть уже течет, и ее уже не остановить. Она заполняет методично клетку за клеткой.
У отравы только одна цель — выжечь до основания.
Противоречивые эмоции сплетаются между собой, затягиваются крепким узлом. До самого предела. Их наличие отрицать бесполезно, как, собственно, и прятать под маской равнодушия.
По крайней мере перед собой необходимо быть честной.
Измайлов кидает реплику подруге, и я не успеваю развернуться, как оказываюсь под прицелом сумеречной изморози. Вздрагиваю.
И вновь прошибающая насквозь тьма сгущается в глазах, он буравит неотрывно. Взглядом пытается проглотить осязаю буквально.
Что до Нинель, то она отходит на два шага от мужчины, однако зацепив девушку за локоть Измайлов тянет ее на себя. Опаливает дыханием висок, шевелит губами не проявляя эмоции.
Отворачиваюсь от парочки.
ГЛАВА 36
Вопросов больше, чем прежде. Думать не получается. Как и найти выход.
Неоновая подсветка гаснет, волной раздается шепот толпы. Вспыхивают ультрафиолетовые прожекторы, бегающие по пространству.
Фоном включается знакомая композиция.
Мужской голос с установленных колонок предлагает посетителям теперь по полной расслабиться.
Закончилась официальная программа выставки. Звучит благодарность каждому кто не остался равнодушным и проявил участие в аукционе.
Как и сообщалось ранее миллионы рублей пойдут на благотворительность.
Впереди танцы, выпивка и обещанный салют, заключает из динамика тембр.
Развлекательная часть стартует с флешмоба. Музыка разрывает помещение.
Все без исключения приглашаются составить компанию танцорам.
Под хмелевшие гости будто ждали зеленого света.
Женщины выходят вперед и плавными движениями уходят в музыку.
А мужчины, следуя примеру спутниц также пытаются поймать ритм.
И при других обстоятельствах, я бы с удовольствием вспомнила прошлое.
Но только мне сейчас не до шоу.
Так как ловлю оцепенение. Внутри твердеет камнем, когда краем глаза замечаю целенаправленное приближение Романова к нашей паре.
И он без блондинки. Выходит, все же заметил. Не выдержал присутствия другого мужчины?
Агрессивный взгляд бывшего нацелен в основном на Богдана.
Ноздри иуды трепещут, как и грудная клетка. Руки сжимаются в кулак. На убийцу он не похож. А вот на безумца тянет.
Возможно, он предположил, что коллега и есть тот самый мужчина, с которым я встречаюсь.
Странно конечно выходит, с учетом того, что ярлык предателя висит на его шее.
И до жути становится страшно. Не за себя. Дрожь скачет по телу от мысли, что человек из-за меня может пострадать.
Что никак в принципе недопустимо. Собственно, и качать права Романов не имеет права, но судя по грозовому графиту его сей факт вообще не волнует.
— Рика, — кричит Богдан в ухо, не замечая надвигающейся опасности. —Тебе принести выпивки еще?
Вопроса не слышу. Застываю. Происходит стремительный поворот событий.
Я завороженно наблюдаю как широкая спина преграждает путь Степану.
Массивная фигура подобие защиты, обрубает малейший шанс на стычку.
И с какого поворота он возник не имею ни малейшего представления.
Как и с чем связано внезапное появление Измайлова.
Больно он дамами был занят, как мне казалось.
Немая сцена для меня остается очередным ребусом.
Их лица спрятаны от моего взора, однако отмечаю рост Измайлов превосходит оппонента на целую голову.
Только красивый профиль мужчины удается выцепить, когда генеральный отпивает виски из бокала.
И ожидаемой влияние Измайлова имеет место быть, спустя минуту Романов покидает зал. Лишь оглянувшись на нас у выхода.
Он впечатывает предостережение, оставляет угрозу отмщения.
Но что он может еще сделать? Если только станцевать на руинах прошлой жизни.
Застрявший воздух выдыхаю из легких. Возобновляется кровообращение в теле, возвращая функционал.
Что черт подери твориться?
Измайлов разворачивается в анфас, одаривая снисхождением, а на дне темени пляшут черти.
Салютует бокалом, мол не благодари. А дальше меня шарахает, накрывает калейдоскопом чувств. И уже уходит в забытье бывший с обещанием расправы и его попыткой нанести вред моему сопроводителю.
Просто все меркнет.
Он неторопливо возвращается к брюнетке. По-хозяйски берет ее за талию разворачивая ко мне спиной. И та мгновенно откликается, прижимаясь к накачанной мускулатуре. Девушка рукой скользит по отлитым бицепсам, а мои пальцы свербят от желания просто их коснуться.
Его спутница томно улыбается и облизывается, когда мужчина нетерпеливо стискивает аппетитную ягодицу.
Встречаю новую порцию беспросветной тьмы поверх копны черных волос. Видимо она уготована специально для меня, так как лютая чернь обращена только в мою сторону.
Склонившись, он целует ее, не разрывая со мной зрительного контакта.
А я словно ощущаю горячий язык в своей полости. Как жадно таранит каждый миллиметр без позволения, требуя подчинения. Живот охватывает невыносимый жар, растекается ниже пупка, облизывая бедра. И я сжимаю их с силой, буквально до онемения. Какой-то кромешный ад со мной творится.