Отмеченная драконом (ЛП)

— На мне нет метки дракона, — сказала я, радуясь, что мой голос не дрожит.
Западный оскалил на меня зубы.
— Нет смысла врать, мы не сомневаемся, что ты — та, за кем мы охотимся.
Я была в полной заднице, но ни за что не собиралась сдаваться без боя. В конце концов, я окажусь похороненной в какой-нибудь тюрьме, и меня никогда больше не найдут. Я знала, что на этот раз они не станут рисковать, чтобы кто-то освободил отмеченного дракона. Я буду заперта в недрах Антарктики. Или даже в той тюрьме, которая, по слухам, была погребена под океаном.
  
Тогда Восток на меня набросился. У него не было оружия. Думаю, он думал, что оно ему не понадобится. Я увернулась от первого удара его рук, в последний момент развернувшись и ударив ногой. Я ударила его в живот и отбросила на несколько футов назад. Он пошатнулся на мгновение, но затем пришел в себя и выпрямился.
Четверка остановились, их одинаковые лица наблюдали за мной. Казалось, их заинтриговал тот факт, что я пыталась сопротивляться.
— Тебе никогда не победить нас. Почему ты сражаешься? — Это сказал Запад. Казалось, его искренне интересовал этот факт.
— Я — волк, меня не посадят в клетку. Моя жизнь длинна, и я не проживу ее так. Я всегда буду бороться.
Мои страстные слова разносились среди деревьев.
— Твоя жизнь длиннее, она вечна. Отмеченные бессмертны, но… — Он замолчал. — Не отчаивайся в своей долгой жизни, есть оружие, которое может убить отмеченных, и мы очень близки к тому, чтобы его найти. Тогда мы положим конец существованию всех отмеченных драконов.
Я успокоилась, но не опустила рук.
— Вы злые, еще более злые, чем король, от которого, по вашим словам, вы защищаете сверхов. Вы похищаете невинных, запираете младенцев, пытаете и пытаетесь убить. Если и есть на свете что-то сверхъестественное, от чего нам нужно защищаться, так это вы четверо.
Я не могла понять, как они этого не понимали, что в своем стремлении предотвратить зло они сами стали злом.
Они снова остановились, и все как один заговорили:
— Иногда хорошие люди должны быть безжалостными. Иногда приходится жертвовать немногими ради многих. — Все четверо повторяли это снова и снова.
Слова вертелись у меня в голове, и мне приходилось заставлять себя не блевать. Конечно, мой желудок был пуст, что помогло удержать его содержимое. Их никогда не убедишь свернуть со своего пути; они были непоколебимы в своей вере. Они были чертовски сумасшедшими. А спорить с сумасшедшими было действительно трудно. Я знала это по своим многолетним боям с Гизельдой, известной как «Лучшая Подруга Навек».
— Сейчас мы тебя заберем, — сказал Север спокойным и даже добрым голосом. — Пожалуйста, не сопротивляйся нам. Мы не хотим причинить тебе больше боли, чем это необходимо.
О, я собиралась драться.
Они снова набросились на меня, все одновременно. Я брыкалась, кричала и отбивалась со всех сторон. Но прежде чем я успела подумать о другом способе или призвать своего волка, они схватили меня, и каждый из них держал меня за руки и ноги. Меня держали в воздухе, подвешивая над землей, и я не могла пошевелиться. Их сила была очевидна, я не могла вырваться. У меня оставался только один выход. Мой дракон. Я не звала ее, потому что думала, что, возможно, был шанс отговорить их от похищения. Продолжать отрицать, что была отмечена. Но они либо что-то знали, либо им было все равно. Они забирали меня, несмотря ни на что.
Я потянулась к своей энергии, минуя волка, и направилась прямо к дракону. Она встала и приласкала меня. Но я не могла соединиться с ней. Обычно, когда я превращалась, я призывала энергию, и изменение наступало. Но что-то мешало этому. Я открыла глаза и уставилась на руки, державшие меня. Могли ли эти Четверо помешать мне прикоснуться к этой энергии, было ли это частью их объединенной силы? Ладно, у меня был только один выход.
Я закричала, громко, долго, и эхо отдалось от меня. Конечно, мы были достаточно близко, чтобы кто-нибудь подошел и выяснил, в чем дело. Четверка не остановит меня, они позволят мне кричать, пока я не охрипну. Я знала, куда мы направляемся. Они двигались к границе Стратфорда. Как только мы выберемся за пределы этого района, пути назад для меня не будет. Я исчезну.
Я все еще звала на помощь, но теперь мой голос был едва громче шепота. Боль в горле стала постоянной. Я нанесла небольшой ущерб.
Слезы навернулись мне на глаза, но я не могла позволить себе роскошь заплакать. Или доставить им удовольствие.
Я несколько раз шмыгнула носом, быстро моргая.
— Откуда вы знаете? — хрипло прошептала я. — Что я отмечена.
Теперь не было смысла отрицать это.
— Мы были в тюрьме, расследовали побег, — ответил мужчина, идущий по правую руку от меня. — Твоя энергия взывала к нам, и мы знали, что там есть актив, отмеченный меткой. Чтобы твоя энергия прорвалась наружу, ты не находилась в специально обозначенной зоне с ее охраной. Мы оборудовали эти секретные комнаты во всех тюрьмах, мы знаем пять элементов, которые ограничивают власть отмеченных, и мы распространяем их по всем тюрьмам по всему миру. — Его серые глаза сверкнули на меня. — Раз тебя не было в секретной комнате, значит, ты была в главной тюрьме. После этого было нетрудно выяснить, кто ты такая. Кроме мужчины, ты была единственной, кто покинул тюрьму, а он — дракон, их никогда не помечают.
— Вы можете отследить энергию отмеченного где угодно? Сможете ли вы найти всех, кто был освобожден?
Четверка снова ответила одновременно.
— Нет, мы должно быть в непосредственной близости, хотя и есть некоторая тяга к более сильным. Как правило, сверхи связываются с нами и сообщают о том, что заметили. Затем мы отправляемся в этот район, и после этого их довольно легко найти.
Так что, если бы я действительно сбежала, они, возможно, никогда бы не смогли меня найти. Я прикусила щеку так сильно, что почувствовала вкус крови.
— Что вы сделали с Компассами?
— Ничего, — сказал он. И это было все, что я от них услышала.
Мы добрались до окраины Стратфорда. Я могла видеть мерцающий купол, который не позволял внешнему миру просто войти в наш город. Конечно, человек не мог видеть эти защитные сооружения, но они все равно работали над тем, чтобы их не впускать. Предполагалось, что этот купол защитит меня… но, в конце концов, меня ничто не защитило. Мужчина, державший мою левую ногу, остановился и протянул руку, чтобы коснуться барьера. Примерно в дюйме от того, чтобы коснуться его, он остановился… или застыл. Какого черта? Мой взгляд метался между ними. Никто из них не двигался.
Что происходит? Неужели барьер что-то с ними сделал?
Я начала извиваться, чтобы посмотреть, смогу ли освободиться. И действительно, когда я начала двигаться и извиваться, мне удалось высвободить левую ногу, а затем и руку с противоположной стороны. Затем, сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и рывком высвободила оставшиеся руку и ногу.
Я сильно ударилась о землю, сотрясая все тело и мозг. Но я не останавливалась ни на секунду, мне нужно было уйти, прежде чем то, что остановило Четверку, исчезнет.
Как только я рванула вперед, размахивая руками, готовая к прыжку, в поле зрения появилась знакомая фигура. Я резко остановилась, прежде чем броситься в его объятия.
— Луи, — выдохнула я. — Ты спас меня.
Я должна была догадаться. Только такой могущественный колдун, как он, мог это сделать.
Он крепко обнял меня в ответ, прежде чем отстраниться и посмотреть на меня сверху вниз.
— Послушай меня, Джесса, я могу удерживать их совсем недолго. Они объединены и очень сильны. — На его лице было напряжение. — Тебе нужно бежать. А теперь выходи из купола и садись в машину, которая ждет в конце дороги. Не медли. Доберись до частного аэропорта сверхов и сядь на самолет, который ждет тебя там, готовый к вылету. Четверка придет за тобой. Это наш единственный шанс доставить тебя в безопасное место. Подожди меня там, и я приду, как только удостоверюсь, что твоя семья в безопасности.