Свет, который не гаснет (СИ)

— Я думала, Арчи сломается, — Милана так и продолжала стоять, прижавшись спиной к холодильнику. И по-прежнему не открывала глаза. — Это был самый черный период. Не после аварии, когда он ослеп. Тогда была надежда. А вот тут…
— Это предательство, — тихо, но твердо произнесла Света.
— Да какая разница, как это назвать, — Милана все же открыла глаза. — Я тогда реально очень боялась за Арчи. Он замкнулся. Вообще не говорил. Молчал целыми днями. Знаешь, я боялась, что он что-нибудь с собой сделает, — Милана быстро вскинула руки и уткнулась в лицо ладонями. И оттуда глухо продолжила: — Я бы на его месте точно руки на себя наложила.
— Милана!
— Но мой брат — не я, — Милана резко опустила руки и посмотрела на Свету сухими глазами. — Он сильный. Он не сломался. Но, знаешь, — Милана наконец отлипла от холодильника и устало опустилась на стул напротив Светы. — Я не думаю, что дело только в том, что Арчи хочет денег на операцию. Не факт, что она теперь нужна — там успех операции сильно зависит от того, сколько времени прошло. И… может, уже поздно… — У Миланы резко дернулась щека. — Но теперь для Арчи это дело принципа. Через три недели у нас день «Х».
— Что это значит?
— Через три недели истекает срок доверенности, выданной отцу. И будет собрание акционеров. И мы будем забирать свое. Ну, точнее, Арчи будет забирать свое. А я так… патроны подавать.
— Я тоже хочу подавать патроны.
Милана посмотрела на Свету каким-то странным взглядом. Светка не сразу поняла, что было в этом взгляде. Благодарность. Большая человеческая благодарность. Да за что?!
— Ты и так много сделал, Свет. Ты не стала помогать отцу.
— Да я бы не… — дальше Светка могла только шипением и матом. Милана неожиданно рассмеялась.
— С такими помощниками ничего не страшно. Ладно, Свет, поеду я, дел еще куча. Ничего не делай пока, Арчи ничего не говори, поняла меня?
— Поняла.
— Молодец, иди, обниму.
Милана ушла. А Света до двух ночи не могла уснуть. Она читала в сети все, что могла найти об агрокомплексе «Балашовский» и думала о том, как ведется бизнес такого масштаба.
Дожила.
* * *
— Светлана Анатольевна, вы выполнили мою просьбу?
Он уже приходил к ней на работу. Но Света никак не ожидала, то Антон Балашов заявится к ней домой. Однако именно на пороге квартиры Светлану и застал этот вопрос. И как подошел тихо — непонятно.
Светлана медленно обернулась.
— Подождите одну минуту.
Балашов не стал спрашивать разрешения — шагнул следом за ней через порог. В компании своего… ну пусть будет телохранителем. Неужели отец Артура настолько опасается Светку, что приходит к ней только с охранником? Света нервно хмыкнула. Скорее всего, Антон Балашов просто везде таскается со своим ручным телохранителем.
— Вот, — Светка протянула Балашову слегка помятый лист.
— Но на нем нет подписи Артура.
— И вот, — Светка сунула Балашову в руки деньги. — Можете пересчитать.
Губы его скривились.
— Похоже, вы кое-что важное не уяснили, Светлана Анатольевна.
— Нет, я все поняла прекрасно, — Света осознала вдруг, что после рассказа Миланы у нее совершенно пропал пиетет к Антону Балашову. Этот человек вызывал у нее чувство… больше всего похожее на омерзение. На гадливость. На брезгливость даже, в конце концов! — Вы хотите обмануть Артура. Я вам помогать не буду.
— Господи, сколько мелодрамы, — усмехнулся Балашов. — А вы не подумали о том, что я могу существенно осложнить ваши обстоятельства, Светлана Анатольевна?
— Какие еще обстоятельства?
— Кредитные. Коллекторы — люди неприятные, поверьте мне.
— Я вам не верю. И про коллекторов я все знаю.
— Нет, — усмехнулся Балашов. — Не знаете. Те, кто приходили к вам — это так, младенцы. Я натравлю на вас настоящих цепных псов.
Переход от вальяжных намеков до прямых угроз вышел резкий, внезапный. Но Светка категорически запретила себе тупить. Дело касается не только ее. Но и Артура. А за Артура она…
— Одну минуту, — повторила она.
Сатанинская индульгенция была не помятой — в отличие от дарственной. Недрогнувшей рукой Света протянула бумагу Балашову.
 
— Мои интересы представляет господин Самсонов. Вы же знаете, кто это?
Что-то дрогнуло в лице Балашова. И это «что-то» доставило Свете удовольствие.
— Перекупили Самсонова, надо же, — он разжал пальцы, и Света едва успела поймать индульгенцию, пришлось нагибаться. А Балашов снисходительно смотрел на нее сверху вниз. — Это ничего не значит, деточка.
— Я вам не деточка!
— Ты дура, — жестко произнес Балашов. — Толстая, страшная дура, на которой висят кредиты и которая не понимает своей выгоды. Здесь, — он шлепнул пачкой купюр по ладони, — хватит, чтобы закрыть все твои проблемы. А ведь я добавлю. Купишь абонементы в фитнес-клуб, салон красоты, может, мужика себе нормального найдешь.
— Убирайтесь к черту! — взвизгнула Света. Телохранитель даже дернулся на ее визг, а Балашов лишь демонстративно закатил глаза.
— Вот же убогая… На коленях потом приползешь…
— Не приползу.
— Не приползет.
Ну ладно Света прохлопала этот момент. Но телохранитель-то как не заметил?! Но факт остается фактом. В лучших традициях этой квартиры Артур Балашов снова появился неожиданно, в самый разгар бурной дискуссии.
— Ты?! — Балашов-старший оказался явно не готов к встрече с сыном и выглядел потрясенным.
— Я, — спокойно ответил Артур. — Холуя своего выгони.
Одно неуловимое движение головой — и телохранитель скрылся за дверью. В небольшой Светкиной прихожей остались трое: она сама — и двое Балашовых, отец и сын.
— Я не буду читать тебе лекции о недопустимости такого поведения…
— Уволь, — скривил губы Антон Балашов.
— …и не буду требовать, чтобы ты извинился перед Светланой, — не замечая слов отца, продолжил Артур. — Ты все равно не умеешь этого делать.
— Сильные люди не извиняются!
— Я тебе только одно скажу, прежде чем ты отсюда уйдешь, — Артур по-прежнему не реагировал на слова отца. — Через три недели собрание акционеров. Готовься освободить кресло генерального директора.
Антон Балашов расхохотался.
— Мальчик, ты инвалид. Слепой и беспомощный. И не очень умный — если на что-то рассчитываешь.
Даже бывший муж не вызывал у Светы такого желания вломить. Ты что же такое говоришь, мразь… Это же сын твой, а ты…
— Мое дело предупредить, — по-прежнему ровно ответил Артур. — И еще. Женюсик у нас больше не работает.
— Отличное решение, сынок. И как вы будете справляться без начбеза?
— Марата позову.
Светке показалось, что Антон Балашов получил оплеуху невидимой рукой — так у него дернулась щека.
— Идиот! — прошипел он. Дверь хлопнула оглушительно — тоже уже в традициях этой квартиры — только по-прежнему непонятно, лучших ли.
На полу осталась валяться пачка купюр.
— Деньги! — ахнула Светлана. Наклонилась, чтобы поднять, бросилась к двери — и замерла, беспомощно глядя на Артура. — Он оставил деньги, которые хотел заплатить мне… Я их не брала… он их мне насильно оставил… Он…
Света стала задыхаться. Пальцы разжались, и пачка со шлепком упала обратно на пол. Светлана снова взяла эти деньги. Они как проклятые постоянно оказываются в ее руках против ее желания. Артур решит, что раз она взяла эти деньги — значит, она его предала. А, он же их не видит. Но она же сама сказала…
К нехватке воздуха внезапно присоединились слезы, но Света еще пыталась говорить. Задыхаясь, всхлипывая, давясь слезами.
— Я… их не брала… Он сам… я тебя… я не… не… пре… да… ва… ла…
— Тихо-тихо-тихо… Я все знаю.
  
Глава 8. Светик мой Светлана, свет горит в окне
 
Артур оказался вдруг рядом. Раскинул руки, обнял и прижал к себе. И слезы прорвались полновластным потоком. Все, что накопилось, теперь лилось, пока Света цеплялась за плечи Артура и заливала слезами его шею и грудь.