Обольститель и куртизанка

– Вы гордитесь ею, – медленно произнес Эрит, осененный внезапной догадкой.
Лео вскинул голову, и граф заметил, как сверкнули его глаза в полумраке комнаты.
– Конечно, я ею горжусь. Она замечательная женщина, что бы ни говорили о ней досужие сплетники.
– Да, это правда. И она любит меня.
– Это вы так думаете.
– Она сказала мне.
Лео шагнул ближе, и Эрит увидел, наконец, его лицо. Юноша казался потрясенным и опечаленным.
– Да поможет ей Бог.
– Я хочу увезти ее в Вену.
– Как сувенир, в память о поездке в Лондон?
Лео был остер на язык. Если бы Эрит не знал, чей он сын, то догадался бы после этой беседы.
– Вы дерзкий щенок, – сказал он без злобы.
– Собираетесь бросить мне вызов?
– Нет. Не спешите заговаривать о дуэли. Если с вами что-нибудь случится, это разобьет вашей матушке сердце.
– А я думал, это вы решили разбить ей сердце, черт бы вас побрал.
– Нет, вовсе нет. – Слова Эрита прозвучали как клятва. – Так вы скажете мне, где она?
– Не могу. – Она покинула этот дом вчера, а о ее лондонской жизни мне ничего не известно, если не считать скудных сплетен, что временами докатываются и до нашей тихой заводи. – Лео злорадно ухмыльнулся. – Похоже, она от вас сбежала, милорд.
– Ну, нет, – уверенно возразил Эрит, расправляя плечи. Решимость придала ему сил, заставив забыть об усталости и подавленности. – Я разыщу ее, даже если придется потратить на поиски целую вечность.
– Лорд Эрит? Что привело вас сюда в этот час?
Мэри Уэнтуорт одевалась в спешке, ее седеющие каштановые волосы, наскоро стянутые в узел на затылке, казалось, вот-вот рассыплются по плечам. Войдя в гостиную, она присела в реверансе. С трудом верилось, что этот скромный серый воробушек – кузина великолепной, блистательной Оливии Рейнз. Странно, что такая женщина могла убедительно играть роль матери красивого молодого человека, занявшего теперь место рядом с ней, чтобы защитить ее от грозного графа.
– Вышла ошибка, миссис Уэнтуорт, – с поклоном ответил Эрит. – Я надеялся встретить здесь мисс Рейнз.
– Оливию? – Пасторша растерянно нахмурилась. – Но она живет в Лондоне.
– Я это понял. – После долгого бесплодного путешествия Эрит с горечью заключил, что ему следовало искать свою добычу в Лондоне. Но где? Где? Ему захотелось сейчас же вернуться в столицу и, не откладывая продолжить поиски. – Простите, что потревожил вас.
– Но почему вы решили, что она здесь? – не отставала миссис Уэнтуорт. Она с подозрением смотрела на Эрита, явно желая услышать объяснения.
Лео успокаивающе похлопал мать по руке.
– Не волнуйтесь, матушка. Это простое недоразумение, его сиятельство ошибся, вот и все.
– Но явиться в такое время разыскивать мою кузину... – Миссис Уэнтуорт озабоченно сдвинула брови. – Муж в отъезде, а то я даже не знаю, что бы он подумал.
Эрит легко мог себе представить, как сильно осложнило жизнь викария родство со скандально знаменитой лондонской куртизанкой. И все же преподобный Уэнтуорт растил Лео как собственного сына. В глазах Эрита этот благородный человек являл истинный пример христианского милосердия.
– Мне остается лишь снова извиниться перед вами и покинуть ваш дом, мадам. – Вежливо поклонившись, Эрит повернулся к дверям. В его мозгу лихорадочно крутилась одна мысль: «Где может быть Оливия?» Монтджой был прав. Она исчезла, затаилась, будь все проклято!
– Я провожу вас, – предложил Лео.
– Спасибо.
Они вышли во двор, где Бей жадно пил воду из ведра (кто-то успел о нем позаботиться). Как ни странно, их молчание отнюдь не казалось тягостным, скорее дружелюбным.
– Великолепное животное, – восхищенно выдохнул Лео, подходя ближе и гладя Бея по могучей шее, не такой гладкой и блестящей, как обычно, после долгой езды по пыльной дороге. Лицо юноши выражало неприкрытый восторг.
– Можете взять его себе, если скажете, где ваша матушка. – Эрит охотно отдал бы всю свою конюшню, лишь бы это помогло найти Оливию.
Лео отдернул руку.
– Я не солгал вам, лорд Эрит. Я действительно не знаю, где она. Но даже если бы знал, не сказал бы.
 
Сын Оливии обладал отменной храбростью. Мало кто из мужчин осмелился бы говорить с графом с подобной прямотой. Лео был достаточно умен, чтобы понимать, что Эрит – человек могущественный, и все же готов был бросить ему вызов ради матери. Он заслуживал восхищения. Не зря она так гордилась им.
– Я не причиню ей зла. – Зажав в руке поводья, Эрит вскочил в седло.
Юноша вскинул голову и посмотрел на него серьезно, без враждебности или издевки.
– Вы скажете ей, что мне известна ее тайна?
Граф покачал головой, успокаивающе поглаживая Бея, который начал нервно перебирать ногами, стоило ему почувствовать седока.
– Нет, я не вправе.
– Но вы думаете, я должен сказать.
– Оливия страдает оттого, что скрывает правду, но готова терпеть боль ради вас. – Наклонившись в седле, Эрит потрепал лошадь по крутой шее. – До свидания, мистер Уэнтуорт.
Развернув коня, он резвым галопом выехал со двора. Подковы громко зацокали о камни. Граф направлялся в Лондон, но, черт подери, не имел ни малейшего представления, где искать Оливию.
 Глава 27 
Эрит ударил медным дверным молотком в форме головы льва в безукоризненно чистую черную дверь огромного особняка на Гросвенор-сквер. Час был поздний. Слишком поздний для визитов без предупреждения к людям, которых граф едва знал.
Он изнемогал от усталости и уже не верил, что счастье ему улыбнется; горечь поражения неимоверной тяжестью легла на сердце. Его одолевала тошнотворная слабость и беспомощность, совсем как в те ужасные, полные отчаяния дни после смерти Джоанны.
За всю свою жизнь Эрит любил лишь двух женщин. Неужели жестокая судьба навсегда отнимет у него обеих?
Нет, черт возьми, этого он не допустит.
Он провел безумный день, разыскивая Оливию по всему Лондону. И после всех отчаянных, бесконечных поисков ему было известно не больше, чем вначале. Его любовница бесследно исчезла. Скрылась с легкостью, удивительной для женщины столь красивой и широко известной. Ее никто не видел. Никто не знал, где она и куда могла уехать. Зато теперь все вокруг были осведомлены, что Оливия Рейнз оставила графа Эрита и тот безнадежно пытается ее вернуть.
Эрита мутило при виде жалости в глазах знакомых, которым становилось известно, что знаменитая Оливия бросила еще одного любовника. Большинство из них уверяли графа, что у него нет ни малейшего шанса вернуть своенравную куртизанку, если та решила уйти. Сказав «прощай», Оливия уходит не оглядываясь. Таков уж нрав этой загадочной женщины. В этом кроется секрет ее очарования.
Эрит с презрением отметал эти нелепые доводы, но, вновь и вновь выслушивая одни и те же ответы, начал понемногу терять уверенность.
Оливия завоевала легендарную славу, обманывая своих покровителей. Она не испытывала чувственного наслаждения, но, умело притворяясь, разыгрывая страсть, одурачила немало мужчин.
К концу дня Эрит начал сомневаться, не стал ли и он сам жертвой обмана.
Он любил Оливию, а она уверяла, что любит его.
Дьявол, неужели она лгала?
Безуспешно обходя модные магазины и дома друзей Оливии, куда он проникал всеми мыслимыми и немыслимыми путями, граф все больше впадал в уныние. Он даже отправил слуг проверить гостиницы и постоялые дворы. Но тщетно.
Оливия исчезла, улетучилась, как облачко дыма в ветреный день.
Если она пожелала наказать Эрита за надменность и тщеславие, ей это удалось с лихвой. Его прославленная гордость рассыпалась в прах.
Стояла глубокая ночь. Смутная пора, когда надежда слабеет. Эрит уже испробовал все средства, но так и не нашел Оливию. Он не представлял, где ее искать. У него не осталось ни единой зацепки. Разве что этот дом.
С отчаянной решимостью он снова ударил молотком в дверь и услышал, как стук отозвался в холле гулким эхом.