Чужой - Свой

Очнулся я от грубого удара ногой под ребра, но даже после этого, сознание возвращалось урывками, отдельными вырванными и скомканными листочками из блокнота памяти, сейчас возвращаемыми на место. Выстрелы, песок, гонка на скорости, опять выстрелы, вспышка. В голове звенело, в горле было сухо. Затем, словно ее включили, резко проявилась боль в левой части головы, следом, где-то рядом, послышалось чье-то шумное сопение. Монотонно бубнил коммуникатор, включенный на громкую связь:
  
— Колли! Отзовись! Колли! Отзовись!
Неожиданно в нос ударила смесь из едкого пота и резкого запаха прокисшей, давно не стираной одежды. В дополнение к нему ввинтился в уши дикий крик боли, перешедший в длительный стон. Потом еще один крик и еще.
"Что за черт? Мутант? Подойди поближе!".
Когда гнилая вонь ударила прямо в нос, а грубые руки прошлись на ощупь по моим карманам в поисках ценного, я решил, что пора открывать глаза. Надо мной висела уродливая голова с низким звериным лбом и мощной челюстью, все это обрамленное густым жестким волосом. Большие желтые глаза смотрели злобно и немного удивленно. Дальше все происходило чисто рефлекторно, отработанными автоматическими движениями. Резким мощным ударом кулака я смял только начавший рваться крик вместе с гортанью. Мутант еще только начал заваливаться на спину, как игольник оказался у меня в руке. Нажатие курка прервало его дальнейшие мучения. Не успел я сесть на корточки, отгородившись от открытых с левой стороны дверок, спинкой кресла, как тут же послышался шорох тяжелых шагов по песку, и в солнечном проеме открытой дверцы показалась верхняя половина грубо слепленной фигуры еще одного мутанта. Он замер при виде лежащего в проходе трупа своего собрата, широко раскрыв от удивления большие желтые глаза с маленькими черными зрачками. Ствол уже смотрел ему в лицо, осталось только нажать на спуск. Он упал на спину, тяжело, с шумом, широко раскинув руки. Не успел труп коснуться песка, как я уже стоял на песке. Быстрый взгляд вокруг. Но больше ничего, кроме задницы еще одного мутанта, что-то заталкивающего вглубь, рядом стоящего, джипа, я не увидел. На шум тот не обратил ни малейшего внимания, продолжая работать. Вездеходы, стоя друг к другу, почти под прямым углом, образовали закрытую зону, надежно прикрывая меня от глаз остальных бандитов. Оценив выгодность позиции, я выстрелил в широкую спину мутанта, только сейчас начавшего вылезать наружу. Тело, обтянутое грязным комбинезоном, бывшим когда-то песочного цвета, слегка дернулось, когда зеленая игла вонзилась в него, потом, обмякнув, тяжелым мешком сползло на песок. Еще раз быстро осмотрелся, теперь уже ища наших ребят, но кроме трупа Крэя, лежащего ничком у переднего колеса, никого не обнаружил. На все это у меня ушло не более двух-трех минут. До этого я действовал чисто автоматически, то сейчас пришло время для осторожной разведки, а затем… буду действовать по сложившейся ситуации.
Дав себе на минуту расслабиться, как тут же почувствовал сильную боль в области левого виска. Проведя рукой, понял, вся левая часть головы покрыта коркой засохшей крови.
"Ясно, почему эти уроды посчитали меня мертвым. Теперь за дело, капитан".
Не успел только так подумать, как раздался еще один крик полный ужаса, заглушивший глухие стоны. Кричала женщина.
"Кори!".
Боль ушла, смытая волной холодной ярости. Кровь застучала молоточком в голове, в душе, из самых глубин, поднималось что-то темное, хотелось рвать зубами человеческие глотки. Зверь, просыпаясь, заворочался у меня в груди, жаждая крови. Сдерживать его, я не мог, да и не хотел. Сверхдоза адреналина, вспрыснутая в мою кровь, изменила человеческую сущность, превратив в машину смерти, но управляла ей не слепая жажда крови, а холодная ярость. Быстро обойдя джип, осторожно выглянул. На фоне догорающей машины — приманки, стояли еще две машины. Наш подбитый джип и еще один вездеход мутантов, обшарпанный и грязный. Возле него громоздились горка награбленного добра, вытащенного из наших вездеходов. В тени заднего колеса, спиной ко мне, лежало тело проводника. Судя по его положению, он был просто без сознания. Ближе ко мне двое мутантов с силой пинали ногами тело молчаливого водителя. Судя по тому, как оно безвольно перекатывалось, водитель был уже мертв или близок к этому. Гор стоял на коленях, а над ним, сзади, стоял бандит. Одной рукой он держал водителя за волосы, а во второй руке — здоровенный тесак. Время от времени, он, утробно хохоча, выкрикивал плоские шутки, одновременно рассекая воздух перед лицом Гора. Хотя, судя по крови, заливавшей лицо водителя, махал он своим тесаком не просто так. Еще один волосатый дикарь с приплюснутой головой, вооруженный тяжелым автоматом, стоял в нескольких шагах от места пытки, утробно ржа, глядя на то, что твориться вокруг. Правда, время от времени, он отвлекался от столь увлекательного для него зрелища, бросая взгляды по сторонам. Судя по всему, это был часовой, поэтому он первым получил иглу в грудь. Вторым выстрелом я достал мутанта, размахивающего тесаком. Пока тот заваливался на бок, я сделал шаг, полностью выйдя из-за прикрытия машины. Бесшумность и смертоносность игольника, великолепно сыграли свою роль. Двое мутантов, до этого месившие ногами неподвижное тело, сейчас стояли столбом, тупо глядя на неподвижные тела своих соплеменников, раскинувшиеся на раскаленном песке. В эти замершие фигуры, спокойно, как в тире, я вогнал еще две иглы. Так ничего не поняв, мутанты осели на песок, пополнив собой коллекцию трупов. Не успел я бросить быстрый взгляд вокруг себя, как раздавшийся пронзительный женский крик из закрытой машины, рывком заставил меня броситься с места, без оглядки пересечь открытое пространство и рвануть на себя дверцу джипа. Одним прыжком вскочив в салон, я ударил со всего размаха рукояткой игольника мутанту в висок. Затем одним рывком сбросил обмякшее, сплошь покрытое волосом, тело в наполовину снятом комбинезоне, на песок. Не оглядываясь, соскочил следом, с силой захлопнув за собой дверцу. Мне в спину ударили приглушенные, но от этого не менее горестные, надрывные девичьи всхлипы. Горячий песок ожог, обнаженное тело дикаря, вернув ему тем самым частично сознание. Он, прорычав что-то неразборчивое, сначала оторвал окровавленную голову от песка, потом стал приподниматься на руках.
— Ну, ты тварь! Ожил! Сейчас мы это исправим!
Хлесткий удар тяжелым ботинком по голове уже окончательно отправил мутанта в беспамятство. Он уже не делал попытки встать, но продолжавшая клокотать во мне ярость требовала крови. Следующий удар по ребрам вырвал из дикаря глухой стон. Я бил его ногами до тех пор, пока не был остановлен жутким хрипом, раздавшимся у меня за спиной:
— Воды.
Резко обернувшись, я встретился с тусклым взглядом проводника, находящимся в полусознательном состоянии.
— Воды, — снова прохрипел он.
Сорвав с пояса флягу, влил половину содержимого в его горло. Он пил жадно, почти захлебываясь. Эти простые движения погасили во мне ярость, успокоили зверя в моей груди. Неожиданный шорох за спиной, и тут же резкий поворот всем корпусом на звук. Игольник словно сам скакнул мне в руку. Но стрелять не понадобилось. Гор, до этого лежавший ничком на песке, очнулся. И сейчас чисто инстинктивно, медленными, неуверенными рывками сейчас полз в тень, уходя с палящего солнца. Тут же подскочил к нему, подхватив под мышки, втащил в тень. Колли уже сидел, привалившись к колесу. Пристроив Гора рядом, вылил ему в рот остатки воды. Лица у обоих были в потеках крови, правда, у проводника оно было еще и опухшее, в кровоподтеках.
  
"Не смертельно, — сделал я свое заключение. — Жить будут".
Только успел подняться с корточек, как меня неожиданно резко шатнуло. Перед глазами все поплыло. Сколько времени я так стоял, не знаю, но постепенно сознание очистилось, сняв пелену с глаз. Почувствовав себя легче, попытался сообразить, что же делать дальше, как неожиданно раздался голос проводника:
— Влад, надо убираться отсюда. И быстро. Свяжись с Питтро, водителем. Ну, чего глаза вылупил?! Кружит он где-то здесь! Если только этот чертов феномен пустоты…