Наследница по найму

Глядя на Джереми, Минерва по-прежнему видела того мальчугана, которым он еще недавно был. Порой ей приходилось напоминать себе, что ему уже двадцать один год.
Она отломила немного хлеба и принялась за кашу, глядя, как он расправляется с сыром. Похоже, ему еще было куда расти. Она помнила его долговязым пятнадцатилетним парнишкой со светлыми волосами. Теперь он был взрослым долговязым блондином, чуть более раздавшимся в плечах, но все еще сухощавым от природы. Длинные пряди волос падали ему на лицо. По его словам, с матушкиными стрижками он всегда выглядел как холоп.
Слегка утолив голод, он сказал:
– Я просто говорю, что лучше бы вам было меня позвать.
Он продолжал вчерашний разговор после того, как ему рассказали об интригующем появлении мистера Реднора.
– Если б ты не ушел жить в каретный сарай, и звать никого бы не пришлось, – пробормотала Бет.
– Мама, не начинай.
– Я к тому веду, что, пока ты там, нас бы уже всех двадцать раз перерезали в собственных кроватях, а ты бы и не знал.
– Ну, хоть его бы не зарезали, – заметила Минерва. – Мы и сами прекрасно справились, Джереми. Он и опомниться не успел, как мы его оглушили. Давайте лучше поговорим о наследстве.
Джереми ухмыльнулся:
– Мне бы тоже хотелось об этом поговорить. Это большущие деньжищи. Мне ночью приснилась пара крепких лошадей и карета.
– Я рада, что тебе снились сны. Я вот уже две ночи как не сплю – так сильно меня это все взбудоражило, – сказала Бет. – Десять тысяч – целое состояние. А вы говорите, это даже не все. Раньше я и о сотне мечтать не могла. Вы будете состоятельнее некоторых светских дам.
– Мы все будем богаты, – сказала Минерва. – Я в замешательстве не меньше вашего. Это просто невероятно, особенно учитывая, что я никогда не встречала этого герцога, – в последнем я уверена.
– Должно быть, вы его видели, да только подзабыли, – сказал Джереми.
– Я бы не забыла о встрече с герцогом.
– Может, он немного с приветом, имеет свои странности и любит раздавать деньги незнакомцам, – предположил Джереми. – А вам просто повезло.
– Никакого другого объяснения у меня нет. И все же он знал обо мне, так что выбор пал на меня не совсем случайно.
– Многовато он про вас выведал, скажу я вам, – буркнула Бет.
Минерва предпочла пропустить замечание мимо ушей.
– Рано или поздно мы узнаем, откуда такая щедрость, но пока что я намереваюсь воспользоваться этим подарком судьбы. Пока тебе снились лошади, Джереми, я размышляла, на что бы нам потратить часть этих денег. Хочу вам обоим рассказать о своих планах.
– Вы собираетесь получить деньги у поверенного? – спросила Бет. – Идея, конечно, соблазнительная. Я вчера тоже видела сны наяву. Мне бы пригодились новые кастрюли, да и несколько чепцов не помешали бы. Но, сдается мне, это опасно. Ну как… – Она ткнула ложкой в кашу. – Пять лет вы тут живете в безопасности. Пять лет никто не знал про ваш брак и все остальное. И теперь мы рискуем открыть нараспашку ту дверь, которую так старательно заперли и задвинули на засов. – Она многозначительно посмотрела на Минерву.
Бет была для Минервы лучшей подругой, так что она отнеслась к этому внимательному взгляду со всей серьезностью. Бет служила в доме Элджернона за половину заработной платы ради возможности жить вместе с сыном. И для молодой жены, которую Элджернон привел домой, она тоже стала матерью. Эти двое были для нее истинной семьей задолго до того, как ей удалось сбежать от мужа.
– Бет, даже если я откажусь от наследства, мое прошлое все равно будет навеки связано с новым именем. Ведь оба имени были упомянуты в завещании.
– Хватит портить все веселье, матушка. Минерва разбогатеет. – Джереми поднял руки над головой и со смехом потряс ими. – Она будет богата! Богата!
– Лучше бы вам рассказать ему остальное, Минерва, пока он не обозвал меня чокнутой старушенцией за то, что так много беспокоюсь.
– Остальное? О чем ты?
– Джереми, – начала Минерва, – вчера, когда рассказывала тебе то, что узнала от Реднора, я опустила кое-какие незначительные детали.
 
– Насколько незначительные?
– Еще какие значительные, – сказала Бет. – Важные детали. Большущие.
– Давай я сам решу, до чего они важные. – Джереми посерьезнел.
– Обстоятельства смерти герцога настолько необычны, что власти начали расследование.
– Вы же говорили, он с крыши свалился. Несчастный случай.
– Скорее всего, так и было.
– Хотите сказать, это была не случайность? – спросил Джереми, напрягшись. – Надо было вам сразу мне сказать. Понятно теперь, почему Реднор к вам в кабинет тайком пробрался. Он что-то искал.
– Точно не знаю, но интуиция подсказывает именно так. Те, кто задается вопросом, как погиб герцог, вполне естественно, выйдут на меня. Я незнакома его семье, и его смерть принесла мне выгоду. При таких обстоятельствах неудивительно, что мистер Реднор проявляет интерес. На его месте я поступила бы так же.
– Вас послушать, все выглядит так разумно, – сказала Бет. – Вы точно оправдание ищете этому взломщику.
Может, так и есть. Если Бет права, то дело в том, что Чейз Реднор явился Минерве во сне. Она винила во всем свою изголодавшуюся женственность. Ее уже несколько месяцев как мучили отнюдь не добропорядочные сны, и ее покойный муж Элджернон в них, к счастью, отсутствовал. Вместо него ей снились мужчины, которые чем-то привлекли ее, даже те, которых она видела только мельком: мимоходом замеченные лакеи, привлекательные лавочники, джентльмены, мимо которых она проходила на улице. Они пробирались к ней в голову и изводили ее, пока она не просыпалась в поту, совершенно обессиленная.
Она предполагала, что после опыта с Элджерноном подобные вещи никогда ее больше не заинтересуют. По-видимому, человеческая природа берет свое даже в таких случаях. Как бы ни изнывала от этих снов, она была рада, что эта,  казалось, совсем отмершая  часть ее существа понемногу оживает, пусть и только во сне.
Прошлой ночью, с мистером Реднором, дело зашло дальше, чем обычно. Образы из этого сна по-прежнему стояли перед ее мысленным взором. В особенности часто она рисовала себе его обнаженные ноги. Вчерашний сон побаловал ее действительно весьма симпатичной парой мужских ног.
– Понял теперь, с чего я так тревожусь? – спросила Бет у Джереми.
По лицу Джереми Минерва видела, как в голове у него ворочаются мысли, и могла себе представить ход его рассуждений, ведь ее собственная голова работала точно так же.
Если герцога столкнули с галереи на крыше, значит, кто-то в этом повинен. Если Реднор или судья начнут поиски виновного, в отношении всех, для кого смерть обернулась выгодой, будет начато расследование. Если кто-то вплотную займется расследованием в отношении Минервы Хепплуайт, то скоро выяснит, что в бытность свою Маргарет Финли она подозревалась в убийстве мужа. Она не только станет важным подозреваемым в смерти герцога, но и обстоятельствами смерти Элджернона могут снова заинтересоваться.
– Из Лондона нам лучше уехать, – сказал Джереми. – Просто ужас, конечно, что придется отказаться от целого состояния, но так для вас будет безопаснее.
И не только для нее: Минерва это понимала, – для ее семьи тоже, для Бет и Джереми.
Она взяла руки Джереми и Бет в свои и крепко сжала.
– Куда нам деваться? На что мы будем жить? До сих пор нам удавалось сводить концы с концами только потому, что у меня оставалось еще немного драгоценностей на продажу, но больше у нас ничего нет.
Было большой удачей, что в начале их брака Элджернон подарил ей украшения своей матери и что его кредиторам не удалось заполучить их после его смерти.
– Я найду работу, – сказал Джереми.
– И я тоже, – поддакнула Бет.
– Нет, – сказала Минерва. – Мы не станем собирать вещички и бесследно исчезать. Даю вам обоим слово, что, если когда-нибудь кто-то из нас окажется в опасности, мы покинем Англию. Надеюсь, что к тому времени я успею получить по крайней мере часть средств по завещанию, так что нам не придется довольствоваться только тем, что сможем унести на себе. – Она опять пожала им руки. – Клянусь, меня не соблазнит сумма, сколь угодно крупная, если я буду знать, что хоть кто-то из нас в опасности. Но я не стану сбегать без по-настоящему веской причины и намереваюсь сделать все, что смогу, чтобы нам никогда не пришлось пойти на такой шаг.