Иллюзорная реальность (СИ)

Рядом со мной, в конце концов!
Который, как ни в чём не бывало, пробрался в мой номер через балкон и вёл себя так, будто не понял, что я всё знаю о его жене!
Такое странное чувство, когда вроде и хочешь, чтобы человек был здесь с тобой, рядом, но в то же время понимаешь, что нельзя даже думать о подобном. Потому что он – гадкий лжец! Мерзавец! Изменщик! Он…
Вот только сердце колотилось о ребра как ненормальное, радуясь его близости, а тело само тянулось к нему, требовало всё более тесных прикосновений. Как можно быть такой идиоткой?
С трудом, но я смогла вовремя остановиться и убежать из собственного номера, будучи в одной лишь простыне…
А дальше…
– Евгения Ветрова? Пройдемте, пожалуйста, с нами…
…в следующий миг меня ослепило вспышками фотокамер. Я машинально закрыла лицо руками и с ужасом стала осознавать, что происходит. И дело вовсе не в моем полуобнаженном виде…
Ведь это реально конец.
Они узнали мой тщательно скрываемый секрет.
Тот самый, который разделил мою жизнь на «до» и «после», и который, вероятно, навсегда перечеркнет моё будущее…
Сейчас.
Ошеломленная я не придумала ничего лучше, чем просто закрыться. Стоять, прикрывая лицо, и не двигаться – меня парализовало от сложившейся ситуации. А мысли, будто кисель, не спешили собираться, подкидывая те краткие моменты из воспоминаний восьмилетней давности, которые сохранились.
Ужас, страх и отчаяние сковали меня по рукам и ногам. Я находилась словно в трансе, чувствуя изредка какие-то касания к себе и слыша эти неумолкаемые щелчки и галдеж со всех сторон.
А когда я и вовсе чуть не потеряла связь с окружающим миром, от того, что голова начала кружиться, меня обняли знакомые мужские руки, крепко прижимая к своей обнаженной спине.
Штормов…
Ты всё-таки здесь… Как я тебе благодарна за это сейчас!
Открыв глаза, я увидела перед собой профиль парня, который по-прежнему был в одних трусах, и который, судя по мимике, требовал чего-то от девушки на ресепшн. Та, кажется, сначала отказывала ему в просьбе, но после того, как он, бесцеремонно притянув её за шею к себе, что-то проговорил той на ухо, тут же, краснея, отпрянула и протянула ему магнитный ключ. Затем Тимур, громко рявкнув, начал отталкивать от меня вновь подбежавших людей с камерами и, схватив за руку, быстро потащил в сторону лифтов. От такого темпа я еле успевала придержать на себе простынь, чтобы та не свалилась мне под ноги.
В себя я стала приходить только тогда, когда Штормов, открыв мой номер, насильно затолкнул меня обратно вовнутрь и захлопнул за нами дверь.
– Давай, одевайся! Нам нельзя здесь оставаться. Эти козлы не знают, что такое личное пространство – они будут преследовать тебя, пока не добьются своего. Скоро в дверь начнут ломиться… – дал строгое распоряжение парень, собирая с пола свою одежду и натягивая на себя вещи одну за другой. Но я так и продолжала стоять неподвижно.
– Тимур, что происходит? Кто эти люди внизу? Полиция? Журналисты? Что они говорили обо мне? Они знают об аварии? Ты теперь в курсе, что я натворила, да? – взволнованно произношу, чувствуя, как тело начинает трясти от озноба. – Зачем покрываешь преступницу? Я никуда с тобой не пойду! Мне давно уже было пора сдаться…
– Ветрова! Что ты несёшь? Время, проведенное без меня, явно не пошло тебе на пользу. Где твои шмотки? – подходит к шкафу, открывает дверцу и начинает лихо скидывать мои вещи на кровать. – Где чемодан?
– Перестань сейчас же! Я же сказала, что между нами всё кончено, – хватаю свою одежду и запихиваю обратно. – Ты мне никто больше! Уходи куда хочешь, но я больше убегать не намерена. Сейчас переоденусь и пойду сдаваться. Если суждено мне сгнить в тюрьме – так тому и быть!
 
– Твою мать, Женя! Ты меня сейчас реально пугаешь! Но мысль одеться – вполне здравая. Давай, поспеши! А то эти ребята с эксперимента найдут твой номер с минуты на минуту. И угораздило же тебя со всем этим связаться… Надо ещё как-то у этих мудаков наши обнаженные фото изъять… – на лице Тимура читается глубокая задумчивость вперемешку с раздражением.
– Штормов, ты глухой?! Мы больше не… – гневно возмущаюсь, но потом вмиг затихаю. – Что ты сказал? Ребята с эксперимента? Какого такого эксперимента?
– Того самого! Марка Серого… Или как там этого ублюдка зовут? Ты из-за этой херни сбежала от меня, да? Думала, что деньги получишь, если перестанем видеться? Только вот гнида этот следил за тобой и был в курсе, что ты всё давненько провалила.
– Ты знал об эксперименте? – в шоке плюхаюсь на кровать. – Как давно? Или ты… О, нет… Ты с ними заодно? Вот откуда у тебя была моя фотка, так ведь?! – сама не замечаю, как начинаю повышать голос. – И как оно? Забавно было меня за нос водить?
– Чего??? – Тимур хмурится и, подойдя ко мне, садится рядом, но я шарахаюсь от него в сторону как от прокаженного.
Он не только обманывал меня насчёт своей жены, но ещё и с ребятами с конторки смеялся за моей спиной, зная об эксперименте. Но за что? Что я ему такого сделала, что так жестко обошёлся со мной?
Мне кажется, что я сейчас грохнусь в обморок от потока мыслей, что атакует мою бедную голову. Я физически ощущаю, как тошнота подкатывает к горлу, а слезы подбираются к глазам.
– Убирайся отсюда! – хочу громко крикнуть, но получается лишь сдавлено прошипеть. – Я больше не желаю тебя знать!
– Жень, ты не в себе! Давай чуть позже нормально обо всём поговорим. А сейчас – нам надо отсюда убираться! – примирительно поднимает руки вверх Штормов, указывая мне кивком головы на шкаф с одеждой. – Я клянусь, что к этому дурацкому эксперименту для лохов не имею никакого отношения!
– Ага, как же, – горько усмехнувшись, неестественно скалюсь. – И к жене своей Лизе ты тоже не имеешь никакого отношения! Как можно быть таким бесчувственным, лживым ублюдком, а? Приехал посмотреть на мои страдания? Так на – смотри! Большего ты не увидишь, так что можешь катиться прямиком в ад!
– Лизе? Откуда ты знаешь? Чёрт! Я собственноручно прибью эту мелкую засранку! Надо же… И почему я раньше не догадался, что Настюха приложила руку к твоему неожиданному исчезновению. В общем, Кудряха, нам с тобой, похоже, надо о многом поговорить.
Я была категорически не согласна со Штормовым – последнее, чего хотелось сейчас делать, так это выслушивать очередную порцию лапши, которую он, уверена, с превеликим удовольствием намотает мне на уши. Нет уж, увольте!
Поэтому я не собиралась ни его слушать, ни куда-либо с ним идти.
– Нет, не надо, – на этот раз твердо ответила, постепенно наращивая новый панцирь и отгораживаясь от чувств.
– Женя, так не пойдет, – мотая головой, нахмурился Тимур, явно не желая со мной соглашаться. Вот упертый гад!
И только я вознамерилась предпринять какие-то более убедительные шаги по выпроваживанию нежданного гостя, как за дверью послышался нарастающий гул голосов и почти одновременно громкий стук в мой номер.
– Чёрт! – выругался Штормов и, подойдя к шкафу, наспех закинул в мою же спортивную сумку, которую он в первую очередь оттуда достал (увидел всё-таки), одежду, а затем повелительным тоном, не терпящим возражений, обратился ко мне. – Если не хочешь с ними встречаться, быстро одевайся. Ещё есть шанс сбежать.
На этот раз страх вновь увидеться с этими наглыми журналистами пересилил желание послать парня, а потому я послушно выполнила все его указания.
 
– Но как мы отсюда выберемся? – нервно спросила у Тимура, поглядывая на выход, у которого, судя по шуму, собралось человек двадцать, не меньше.
Штормов посмотрел на балконную дверь и, улыбаясь, спросил:
– Как у тебя обстоят с ловкостью и стенолазанием?