Штрафной удар в сердце (ЛП)

Тем временем щеки Ари стали одного цвета с ее костюмом, и она метала в Граси молнии глазами.
Я наклонился ближе, шепнув ей на ухо:
— Ты заслужила это сполна. Ты молодец.
Она взглянула на меня, наши глаза встретились, в моменте, который будто бы существовал только для нас, несмотря на то, что на нас смотрел целый зал. Если бы мы были одни, я бы поцеловал ее сейчас.
Границы между настоящим и притворством больше не были размытыми, они исчезли полностью. Я даже не был уверен, существовали ли они вообще.
  
Я был по уши влюблен, и хотел быть с ней столько, сколько она позволит.
Эта последняя мысль ударила как под дых. А долго будет это — «столько»? Вопрос остался висеть в воздухе, задевая что-то болезненное и уязвимое внутри.
Но прежде чем я успел погрузиться в это, Эмма снова поднялась, с лицом, полным едва сдерживаемого самодовольства. Она подняла планшет, на экране которого была фотография меня и Ари в «In-N-Out».
— Но разве не подозрительно, что она получила эту должность вскоре после того, как вы начали встречаться? — ее тон был полон намеков, и она даже не пыталась это скрыть. — Вы действительно утверждаете, что ее найм никак не связан с вашими отношениями?
В чем ее, черт возьми, проблема? Мы не общались месяцами, ни сообщений, ни звонков, ни чертовой открытки, и теперь она внезапно рассыпается в комплиментах мне, за счет моих товарищей, и ставит под сомнение трудоустройство Ариэллы?
Глаза Ари сузились, но на этот раз я вмешался.
— Позвольте прояснить, — я встретился взглядом с Эммой. — Ариэлла Контрерас была принята в эту организацию исключительно за свои навыки, опыт и заслуженное уважение в индустрии. Она одна из лучших в своем деле, и каждый игрок команды уже ощутил на себе результат ее подхода и самоотдачи.
Я изо всех сил старался сохранять спокойствие, но не смог скрыть, как сжимаю микрофон до белых костяшек пальцев.
— Мои отношения с ней никак не влияют на ее работу здесь. И, откровенно говоря, это оскорбительно — предполагать обратное. Ее не пропихнули на это место. Она его заслужила. Так что, отвечая на ваш вопрос — нет, наши отношения не имеют к этому никакого дела.
Ари разжала кулак у меня на коленях, переплетая пальцы с моими. Частично я опасался, что она разозлится из-за того, что я ответил за нее, вместо того чтобы дать ей снова сказать слово. Но когда я повернулся, ее глаза пылали благодарностью.
Краем глаза я заметил, как Монро подался вперед на своем месте, сверля взглядом мою бывшую.
— Чтобы все было ясно, — сказал он. — Я нанял мисс Контрерас задолго до того, как она вообще встретила Далтона. В следующий раз, когда решите оспорить чью-то профессиональную компетентность, советую опираться на факты, а не на устаревшие или оскорбительные предположения. Это ведь ваша работа, верно? Ирония в том, что вы намекаете на ее некомпетентность, а сами пришли сюда с голословными обвинениями и личными обидами.
На лице Эммы проступили красные пятна.
— Я… ну… она⁠…
— Сядьте, мисс Фолк. Думаю, мы уже достаточно от вас услышали, — сказал Монро, глядя на нее, пока она не подчинилась, после чего прикрыл микрофон и повернулся ко мне. — Почему, черт возьми, твою бывшую пустили на Медиа-день? Как думаешь, кто ее сюда отправил?
Я не знал, что ответить. Обернувшись, я увидел, как Эмма опустилась обратно на свое место, и проследил за направлением ее взгляда, к задней части зала, где в дверном проеме стоял мой отец, наблюдая за происходящим с выражением, которое я не смог расшифровать.
Этот взгляд… заставил мою кожу покрыться мурашками.
Она здесь из-за него?
  
ГЛАВА 31
 
АРИЭЛЛА
ЭТОТ МУЖЧИНА ИЗВОДИТ МЕНЯ...
Мы спустились со сцены, пытаясь укрыться от толпы в моем офисе.
Моё тело дрожало от адреналина — всю эту встречу я изо всех сил старалась держать себя в руках. Чёрт побери, но я не позволю тому, кто явно пытался вывести меня из себя, добиться своего.
— Ну и сучка, — выпалила Грейси, врываясь в комнату. — И это фото? Кого, блять, волнует, что вы ели бургеры? Они же не застукали, как он кормит тебя своим «белковым обедом».
Далтон захлебнулся от смеха, согнувшись пополам и пытаясь отдышаться от внезапного взрыва хохота. Надо было его заранее предупредить, что у Граси нет фильтров. А это она еще сдерживается. Еще пару встреч с ним, и она начнет живописно описывать свои горизонтальные приключения.
— Эй, Грасиэлла, — я зажала переносицу, сдерживая собственный смех.
Поощрять ее — плохая идея. Это сразу бьет ей в голову, и она вдруг начинает считать себя стендап-комиком.
Она шлепнулась в кресло, устроившись поудобнее, как у себя дома.
— Что? Я просто говорю то, что все думают.
В дверь постучали, прерывая наш разговор.
— Вот ты где, сын, — произнес Винсент Лэнгли, как будто слово «сын» было для него иностранным. — Ах, и мисс Контрерас, вы неплохо справились там, — его улыбка стала шире, напоминая хищника. — Хотя не скажу, что удивлен, некоторые вопросы явно вас задели. Внимание публики — совсем другой уровень, правда?
— Я не думаю, что она была задета, — Далтон скрестил руки на груди. — Если уж на то пошло, я бы сказал, она справилась лучше, чем можно было ожидать, особенно учитывая, что Эмма вдруг решила появиться.
Взгляд Винсента переключился на Далтона, и напряжение между ними стало почти осязаемым.
— Она журналист. И что теперь, ей нельзя выполнять свою работу только потому, что ты встречаешься с мисс Контрерас?
Я металась глазами между этими двумя, и, как бы сильно мне ни хотелось услышать, как Далтон называет своего отца мудаком, я не хотела, чтобы это произошло из-за того, что он защищает меня. Это их дело, и я не хотела быть спусковым крючком для конфликта.
— Спасибо за поддержку, мистер Лэнгли. Уверена, с опытом я справлюсь еще лучше, — сказала я, разрезая тишину, повисшую в комнате.
Обычно я не мастер лести, но сейчас выложилась по полной.
Лицо Винсента исказила самодовольная гримаса, он явно думал, что я вру.
— Разумеется.
Он задержался еще на мгновение, его взгляд не отрывался от меня, будто он ждал, что я сорвусь и отвечу на его ехидные замечания.
Но я лишь продолжала держать свою фальшивую улыбку, от которой сводило уголки губ, и в итоге он кивнул и вышел из офиса.
Как только дверь закрылась, Граси тихо присвистнула и покачала головой:
— У твоего папаши харизма, как у гремучей змеи.
Далтон натянуто улыбнулся, но напряжение в его плечах не спало. Я метнула в Граси предупреждающий взгляд, умоляя ее не продолжать. Ее тон стал мягче, и она встала, положив руку ему на плечо.
— Не переживай, Далти-бой, если кто и может понять, каково это — иметь проблемы с папой, так это я, — сказала она, похлопав его, как щеночка.
Я улыбнулась ей с благодарностью, знала, как она ненавидит говорить о своих отношениях с отцом.
— Ну, ладно, — она закинула сумку на плечо, неуклюже направляясь к двери. — У меня куча дел, а раз Ариэлла не дает мне встречаться с ее игроками, здесь мне больше делать нечего, так что adiós.
Далтон выдохнул, когда она вышла, и прикрыл за ней дверь. Его взгляд был устремлен в пол, затуманенный смешанными эмоциями, которые я не могла распознать. Он выглядел потерянным, будто внутри него шла борьба с тем, что он не мог — или не хотел — выразить словами
  
Я положила руку ему на плечо, надеясь хоть как-то утешить, но он лишь издал глухой, безжизненный смешок и рухнул в мое кресло. Он уткнулся головой в ладони.
— Знаешь, он появился в моей жизни всего пару лет назад, и я просто решил, что, может быть, он не знает, каково это — быть отцом, после стольких лет разлуки. Понимаешь? Что нужно время. Что если я продолжу пытаться...