Уж замуж… Так и быть!

– Не очень осмотрительная традиция, – все же не удержалась я от резонного замечания. – Эдак нарвешься на предприимчивую и смелую невесту, которая сбежит из-под венца, недовольная выбором родителей, а вместо себя какую-нибудь страхолюдину подсунет. И никуда ты не денешься.
Джестер удивленно вскинул брови, как будто такая мысль не приходила ему прежде в голову.
– Чем дольше я с тобой общаюсь – тем чаще задумываюсь о выгодах положения женщин в нашем мире, – после недолгой паузы проговорил он. – По крайней мере, на моей памяти таких вопиющих случаев не было.
– Все когда-нибудь случается впервые, – фыркнула я.
Джестер еще выше поднял брови. Подумал немного, затем отрицательно мотнул головой.
– Нет, это крайне маловероятно, – задумчиво протянул он. – В подготовке торжества участвуют представительницы со стороны жениха. Обычно мать или старшие сестры. Именно они наряжают невесту.
– Ага, стало быть, кого-то когда-то все-таки провели за нос, – довольно заключила я. – Иначе к чему такие сложности?
– Возможно, – не стал спорить со мной Джестер. – Так или иначе, но наш свадебный ритуал был проведен по всем правилам. Неприятности начались позже.
С сомнением посмотрел на бокал в руках и опять встал. Подошел к столику, но на сей раз взял в руки непочатую бутылку вина, которая стояла там с момента моего вселения в эти покои. Ловким ударом по донышку выбил пробку, после чего разлил кроваво-красный напиток уже по двум фужерам, один из которых преподнес мне.
Я не стала отказываться. Чувствую, история выдастся сложной. Как любил говаривать Вадим в ситуациях, когда я заводила с ним непростые разговоры про наше житие-бытие – без ста грамм не разберешься.
– Неужели невеста оказалась не невинной? – спросила я, не торопясь пригубить бокал.
– Когда я вошел в нашу комнату, где было приготовлено брачное ложе, то застал Летисию в слезах, – хмуро ответил Джестер. – В руках она держала столовый нож, который умыкнула со стола. Она прижимала его к груди и твердила, что если я подойду к ней – то она покончит с собой.
– Ого! – Я восхищенно вздохнула. – Смелая девушка. Как понимаю, она-то как раз была не в восторге от твоей кандидатуры в качестве мужа.
Джестер нахмурился, видимо, недовольный моим язвительным тоном. Задумчиво взболтал бокал и поднес его к глазам, глядя на меня через кроваво-красные переливы содержимого.
– Я инквизитор, Лариса, – зачем-то напомнил он. – И владею магией внушения. Мне не составило труда успокоить Летисию. Естественно, брать ее силой я не собирался. Я просто хотел узнать причины ее столь непонятного поведения.
– И-и? – вопросительно протянула я. – И что же это значило?
Джестер вместо ответа сделал круг по комнате. Сначала остановился напротив окна и долго стоял там, вглядываясь в синий вечерний сумрак. Легким движением руки я пробудила хрустальную сферу. Та взмыла под потолок, и в ее глубине забился лепесток колдовского пламени. Его отблески неровно ложились на лицо моего собеседника, подчеркивая тени под глазами и острые скулы. Да, за те дни, что я не видела Джестера, он осунулся. И осунулся сильно, хотя и до того не мог похвастаться лишним весом. Любопытно, почему? Неужели так усердно размышлял о моем будущем, что потерял покой, сон и аппетит?
– Летисия была влюблена в другого, – наконец, сказал Джестер, не торопясь обернуться ко мне. – Его звали Тимбер. Сын их дворецкого. Все детство они провели вместе. Родители не видели в этом ничего дурного. Видимо, думали, что их благочестивая и хорошо воспитанная дочь никогда в жизни не посмотрит на человека, который настолько ниже ее по социальному статусу. Но, как понимаешь, ошибались.
– Молоденькие девушки вообще крайне редко прислушиваются к доводам разума, – проговорила я, пытаясь хоть немного утешить Джестера. Было видно, что эта история все еще отзывается болью в его сердце.
Получается, он был влюблен в Летисию. Иначе не хранил бы обиду в сердце столько лет.
– Мне было крайне неприятно это слышать, – продолжил тем временем Джестер. Вздохнул и повернулся ко мне, с непонятным вызовом скрестив на груди руки. Добавил негромко: – Я… Мне нравилась Летисия. Очень нравилась.
 
Ну вот, что и требовалось доказать. Бедняга и впрямь был влюблен в эту вертихвостку. Наверняка радовался, что брак по расчету, столь привычный для этого мира, в итоге обернется союзом по любви.
– И что было дальше? – осторожно поинтересовалась я. – Ты рассказал обо все родителям?
– Нет. – Джестер гневно блеснул на меня глазами. – Конечно, нет! Я знал, какой в итоге разразится скандал. Летисию бы упекли в лечебницу для душевнобольных. Залечили бы ее или до смерти, или до состояния полного умственного отупения. Я не желал ей такой судьбы. Как я уже сказал, она мне сильно нравилась. И я желал ей только добра. Да, мне было неприятно осознавать, что Летисия меня не любит. Я бы мог, конечно, принудить ее к исполнению супружеских обязанностей. Естественно, не силой – магией. Мог бы даже внушить ей, что она сама того хочет. Но я не настолько жестокий человек. И поэтому мы заключили с ней своего рода договор. Я покупаю ей дом в Мефолде. Она живет там некоторое время. А потом время рассудит.
Я с невольной завистью вздохнула. Ну и молодец же эта Летисия! Как отлично в жизни устроилась – прям идеальная история для любого женского форума. Нелюбимый муж платит по всем счетам, при этом живет отдельно, дабы, так сказать, глаза не мозолить и не раздражать своим видом. Не удивлюсь, если этого Тимбера она еще и в дом взяла. Как дворецкого.
– Основным моим условием было – никаких детей, – добавил Джестер. – Я сразу сказал, что не дам свою фамилию чужому ребенку. Как ты знаешь, в нашем мире легко можно определить отцовство при помощи магии. И в этом случае я бы не побоялся устроить публичное разбирательство, которое в итоге вылилось бы огромным позором не только для нее, но и для всей ее семьи. Летисия вняла моему предупреждению, поскольку с того нашего разговора прошло пятнадцать лет. И ребенка она так и не родила.
Ага, стало быть, Джестеру тридцать шесть. Ну что же, его терпению можно только позавидовать. Столько лет содержать, по сути, абсолютно чужую женщину, не получая взамен ровным счетом ничего.
– Если честно, звучит все невероятно. – Я недоверчиво усмехнулась. – То есть, пятнадцать лет ты женат. При этом жена открыто живет с другим мужчиной, а ты даешь ей деньги.
– Летисия давно рассталась с Тимбером, – возразил Джестер. – Ты умная и взрослая женщина, Лариса. Прекрасно знаешь, что ранняя любовь ярка и эмоциональна, но долго не живет. По сути, их отношения продлились не большим года, после чего Тимбер нашел себе новое место работы. К слову, после этого состоялся наш новый разговор по душам. И Летисия более чем откровенно дала понять, что переосмыслила свое поведение. Мол, будет счастлива войти в мой дом на правах полноправной хозяйки. И никогда больше не посмотрит на сторону.
– Тогда я совсем не понимаю! – Я обескураженно всплеснула руками. – Если соперник устранился – то что тебе мешало построить семейное счастье?
– Что мешало? – Джестер печально усмехнулся. – Наверное, уязвленные самолюбие и гордость. Я заставил себя разлюбить Летисию. Да, это было тяжело и болезненно. Но, поверь, даже останься мы последними людьми на этом свете – и то я бы держался от нее как можно дальше. – Кашлянул и добавил после короткой паузы: – Я не верю предателям, Лариса. Предавший раз – предаст и дважды. Вопрос только во времени. Жить, как на бочке с драконьем пламенем, – не для меня. Эдак с ума сойдешь от постоянных подозрений.
Я поморщилась от бескомпромиссного тона Джестера.
Хоть убей, я не считала неведомую мне Летисию предательницей. Бедная девочка! Каково это – с самого раннего детства знать, что твоя судьба предопределена заранее. Может быть, ей Джестер вообще не нравился. Почему-то я сомневаюсь, что они часто виделись до самой свадьбы. Даже мне, тридцатилетней женщине, уже испытавшей на себе все тяготы неудачного брака, пусть и заключенного по любви, было не очень приятно оказаться вдруг во втором браке. А ведь Петер и красив, и состоятелен, пусть и не очень напорист и решителен. Словом – одни плюсы, особенно на фоне Вадима. И то я думала, как бы побыстрее смотаться от такого навязанного счастья. В юности же кровь кипит от гормонов. Неудивительно, что Летисия взбрыкнула. Назло всему свету влюбилась в совершенно не подходящего для нее парня. И еще имела отвагу признаться во всем мужу в первую брачную ночь. Она ведь отлично осознавала, какие проблемы ей это может принести. Так и хочется воскликнуть в полный голос: «Долой угнетение женщин!»