Я должен стать Главным Героем или… 2 (СИ)
Моя суперпитательная трапеза прервалась, когда прямо у нас над головой… Взвыло. Причем взвыло капитально, со вкусом, с толком. Эту мелодию я угадал с первой же ноты.
— Пиздец. Кибердемон, — со знанием дела заключил я, глядя, как трясется щебенка в переулке.
Тварь была где-то совсем рядом, буквально метров пятьсот. Видимо, только-только вывалилась из свежего разлома. То есть петлять в сторону самообороны уже и не так безопасно — блокпост примет на себя первый удар, если тварь двинется в центр Москвы. Я протокол хорошо знал: отвлекать кибердемона огнем из крупного калибра и гранатометов, пока не подойдут мехи спецвойск и вертолетная группа. И уже тогда, сообща эту тварь можно будет размотать.
Вот только я не знал, единственная ли эта тварь и как скоро прибудут наши.
Магов можно отследить с помощью артефактов. Таких сильных магов, как мы трое — и подавно. Вот только станут ли армейские проверять, есть кто в зоне поражения, или просто отдадут команду стрелять? А ведь если кибердемон разбушуется, нас может просто завалить обломками какого-нибудь здания.
И почему так глубоко в город? В пределах местного садового кольца был развернут защитный контур, который не давал открываться большим порталам не только в центре, но и на большей части Москвы. Подобной защитой был накрыт весь Питер, Екатеринбург и еще ряд крупных городов Империи. Да и европейские столицы не отставали — прорывы в Берлине, Париже или той же Варшаве были стремной редкостью, и только в Москве этим рогатым дебилам было медом намазано.
От осознания, что я прекрасно знаю причину этих проблем, стало как-то неуютненько. Интересно, если Долгоруков узнает правду, он расстреляет меня сразу или сначала заставит искупить вину каким-нибудь патриотично-извращенным образом?
Пока я размышлял о том, как далеко может зайти фантазия штабс-капитана, Станислав предпринял собственные шаги. Словно не решаясь, парень запустил руку под рубашку и выудил на свет божий серебристую пентаграмму с небольшим драгоценным камнем в центре. Я и не понял, что это такое, а вот у Валерки глаза на лоб полезли.
Ничего не говоря, поляк просто смял в руках артефакт, нарушая его целостность, а после — со всей дури шарахнул об землю, чтобы уж наверняка.
— Ты что, тупой⁈ — взвился Валера. — Тут же сейчас весь ад нахрен будет! Ты что творишь⁈
— Не бойся, москалик, — оскалился Станислав, — нам надо будет продержаться всего минуты три. Ты же справишься?
— Справлюсь с чем? — спросил я, но вопрос был чисто риторическим.
Кибердемон и так двигался в нашу сторону, как и вся демоническая шушера, которая находилась в радиусе километра от нашей нычки. Нужно было готовиться к бою.
Оба мусорных бака мы выкатили поперек проулка, чтобы забаррикадировать проход со стороны широкой улицы. Наши узкие тылы под контроль взял Стасян, я же как истинный пролетарий залез на один из баков и, горделиво откинув логову назад и уперев руки в бока, стал ждать демонов.
Валере же отвели роль подтанцовки, тем более что разлом, в который пролез кибердемон, сейчас жестко сбивал этому поцу прицел. Хотя по глазам Воронцова я видел — если бы мог, кинул бы меня тут помирать. Так сказать, ничего личного, просто война с адскими тварями.
Демоны поперли из-за поворота, словно в каком-то фильме про зомби-апокалипсис. Только это не те зомби, которые от Ромеро и медленные, а те, которые из «Двадцать восемь дней спустя», то есть быстрые и сильные.
Чувствуя себя молодым Киллианом Мёрфи — то есть главным героем, который не может умереть — я бесстрашно посмотрел на накатывающую рогато-мохнатую волну и уже приготовился кастануть по ней от всей широты своей пролетарской души. Стасян не был похож на клоуна или лжеца, он же сказал, минуты три, верно?
Не успел я сложить ладони крабиком, чтобы приготовить свой самый большой хадукен, как над ухом как-то неприятно засвистело. Будто бы в мою сторону летит ебучий снаряд.
— Вспышка слева! — крикнул я и сделал то, что должен был. То есть спрыгнул в помойный бак, укрываясь от осколков за толстым железом коммунальной конструкции.
Это Стасян может поставить воздушный щит и пулю зубами поймать, а через мои огненные барьеры твердые предметы пролетают просто немного подогретыми, но все еще острыми и опасными для жизни и здоровья.
Но что это такое? Это птица? Это самолёт? Мне кажется, или подобные мысли меня уже посещали в конце августа? К свисту прибавился еще и отвратительный хлопающий звук, который давил на темечко и заставлял сердце стучать сильнее.
Прямо посреди улицы с неба на чертей рухнул огромный мех — минимум в половину больше моего «Инферно» и на треть шире коренастого «Оплота» Мишани. Боевая машина лихо пропахала асфальт, добавляя работы коммунальщикам, а когда остановилась — просто отстрелила от себя плиты тепловых щитов и реактивный блок, на котором она, собственно, на поле боя и прилетела. На корпусе остались только короткие крылья-стабилизаторы, закрылки которых и издавали этот мерзкий хлопающий звук.
Не дожидаясь, пока уляжется пыль, мех тут же поднял бортовые пулеметы и стал поливать крупнокалиберным свинцом все, что еще хоть как-то могло шевелиться. Я уже было чуть-чуть расслабил булки, но через двадцать секунд за первой машиной посреди улицы рухнуло еще два меха схожей конструкции и я понял, что веселье только начинается.
Стасян же без затей поднялся на мусорный бак и с совершенно искренней улыбкой заявил:
— Не бойся, москалик, сейчас крылатые гусары Речи Посполитой тебя спасут.
— Я не москаль, а жид. У меня может даже прадед из Варшавы. Но это надо уточнить, — поправил я пшека.
Станислав ничего не ответил — только удивленно вскинул бровь и хмыкнул, а после, сложив руки на груди, продолжил наблюдать за тем, как работает его механическая кавалерия. Присоединился к нам и Валера, который завороженно наблюдал за работой непонятно откуда взявшихся спецмехвойск соседнего государства.
И все было отлично, пока в бочину одного из мехов не влетела огромная рогатая тень, моментально опрокинув машину и выведя ее из строя.
Прячась за высотными домами и пылью, которую подняли поляки в ходе своего эффектно-реактивного появления, к нам подкрался кибердемон.
* * *
Минутка Б. Г.-куна
Стараемся вернуться в график. Проды как обычно — КТТС.
Глава 17
Аристарх Моисеевич стоял на краю крыши девятиэтажки и наблюдал за копошением под своими ногами.
Завуч Московской Магической Гимназии почти не двигался — только чуть перекатывался с пятки на носок, чтобы разгонять кровь по ногам. Слабое, почти немощное тело и затуманенный разум раздражали генерала Ада, но таков был выбранный им путь.
Бонгус задерживался. Он отправил своего шпиона с близкого расстояния проследить за мальчишкой, который вился вокруг принцессы, а сам же остался наблюдать за общей обстановкой в городе.
Открыть новые порталы в нужном месте было не проблемой, как и натравить на юнца и еще парочку человек поваливших из разлома низших демонов. В самом аду это были безвольные безмозглые твари, рабочие огромного пламенеющего муравейника, а тут они окончательно теряли остатки своего скудного разума. Такого мусора в аду предостаточно, и если потребуется, он сможет завалить их рогатыми телами весь этот город.
Очевидно, что Лилит узнала его при первой встрече, но совершенно не подала виду. Это было немое послание от дочери правителя — не вмешивайся, или пеняй на себя. Пусть девчушка и не была столь опытна, как сам Азазель, но сила крови — это не шутка. Выйти из столкновения с ней невредимым, да еще так, чтобы не покалечить саму Лилит, мало у кого получится. Особенно, если она будет активно сопротивляться.
Было что-то в этом Штерне такое, что не нравилось генералу. Он пока держал свои мысли при себе, но решил, что пара-тройка проверок не повредит. Не просто же так Лилит выбрала именно этого смертного в качестве своего защитника? А то, что она сознательно находилась под опекой скользкого типа со странными предпочтениями в домашних животных — Азазель не сомневался.