Грязный адвокат (ЛП)

— О, и вот.
Он бросил мне бумажник и вернулся к своей машине.
Я открыл его, пока он отъезжал, а внутри не оказалось ничего, кроме рисунка с надписью «Я люблю папу» и визитной карточки.
«Добро пожаловать в фирму».
ВЕЩЬ ДАРЕНИЯ
ДОБРОВОЛЬНАЯ ПЕРЕДАЧА ИМУЩЕСТВА (В ТОМ ЧИСЛЕ ДЕНЕГ) ДРУГОМУ ЛИЦУ СОВЕРШЕННО БЕСПЛАТНО ИЛИ БЕЗ КАКИХ-ЛИБО УСЛОВИЙ
Элизабет
Сегодня Майкл угощал меня изысканным ужином в моей квартире. Я оставила дверь открытой для него несколько часов назад, и, когда вернулась домой, меня встретил аромат пасты.
— Ты пришла вовремя, — он поцеловал меня в лоб, когда я положила портфель. — Я все еще не закончил с итальянскими булочками.
— Я могу подождать.
Он снял рукавицу и вздохнул.
— Могу я спросить тебя о чем-то личном?
— Что угодно.
— Ты все еще думаешь о Дэмиене Картере?
Каждую ночь.
— Нет.
— Ты уверена?
Я покачала головой, но с моих губ сорвалась правда.
— Да, но я не хочу быть с ним. Мне просто нужно еще немного времени, чтобы забыть его, вот и все.
— Я ценю твою честность, — он снова поцеловал меня в лоб. — Ты хочешь белое вино или красное?
— Красное.
Дзинь! Донг!
— Сейчас вернусь.
Я подошла к двери, и курьер протянул мне небольшую коробку с фиолетовой лентой.
Смутившись, я развязала ее и увидела кусок металла и серебристую букву «H» из центра рулевого колеса Honda.
На дне была записка.
Ранее ты упоминала, что хранишь что-то из своей машины, чтобы сохранить сентиментальную ценность.
Это кусок металла с моего бампера в первый день нашей встречи.
Дэмиен.
— Что ты заказала? — позвал Майкл из кухни.
— Ничего, — я сложила карточку и сунула ее в карман. — Мой старый домовладелец прислал мне кое-какие вещи, которые новый арендатор нашел в квартире.
— Очень мило с его стороны, — он выглянул из дверного проема. — Хорошо. Пришло время удивить тебя моими кулинарными способностями.
— Я увидела пакеты кейтеринговой компании, когда вошла, Майкл.
— Оу… — он рассмеялся. — По крайней мере, стол я накрыл сам. А еще я выбрал вино. Это считается?
— Безусловно.
Он поцеловал меня в шею, и я откинула голову назад, ожидая, что сейчас унесусь и потеряюсь в его поцелуе, но его язык был недостаточно жестким. Его рот не был достаточно требовательным.
Я закрыла глаза и мечтала о том, чтобы Дэмиен завладел моими губами, желая, чтобы он был здесь, со мной.
СДЕЛКА
ВЗАИМНОЕ СОГЛАШЕНИЕ ИЛИ ДОГОВОР МЕЖДУ ДВУМЯ СТОРОНАМИ, КОТОРЫЙ ЯВЛЯЕТСЯ ДОБРОВОЛЬНЫМ И ПРЕДПОЛАГАЕТ ОБМЕН ВОЗНАГРАЖДЕНИЕМ
Дэмиен
Достопочтенный Матео Ашер.
Я толкнул дверь кабинета судьи и закрыл ее за собой.
— Так, так, так… — судья Ашер поднял глаза от своего стола. — Это же мой самый нелюбимый адвокат из фирмы, которого я ненавижу больше всего.
— Я тоже рад вас видеть, судья Ашер, — сказал я. — У вас есть минутка?
— Я мог бы подумать о том, чтобы дать вам ее, если бы вы постучали.
Я подошел к его столу и постучал по дереву.
— Это считается?
Он закатил глаза.
— Для меня это конфликт интересов — помогать вам во всем, что связано с текущим делом Гришэма, и я надеюсь, что вы пришли сюда поздно вечером не для того, чтобы я был беспристрастен.
— Нет, — ответил я. — Мне нужна ваша помощь в одном личном деле.
— Венерологическая клиника находится на соседней улице.
— Забавно, — я сел в кресло. — Я говорю серьезно. Речь идет об отношениях, которые значат для меня весь мир…
Выглядя заинтригованным, он наклонился вперед.
— Я слушаю.
— Просто чтобы мы были на одной волне, несколько лет назад я отмазал вашего кузена за налоговое мошенничество.
— Предполагаемое налоговое мошенничество.
— Называйте это как хотите.
— Насколько я помню, вы взяли с него втрое больше, чем обычно.
— Это была скидка, — я улыбнулся. — В любом случае, это правда, что вы были соседом по комнате в колледже с нынешним губернатором Вашингтона?
— Да. Он один из моих лучших друзей. А что?
— Мне нужна чертовски большая услуга.
— Хорошо… Что-то, о чем вы думаете на будущее?
  
— Скорее сегодня вечером.
НЕ ИМЕЮЩИЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ СИЛЫ
ОТНОСЯЩИЙСЯ К СТАТУТУ, КОНТРАКТУ, ПОСТАНОВЛЕНИЮ ИЛИ ЧЕМУ-ЛИБО, ЧТО НЕ ИМЕЕТ СИЛЫ И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНО
Элизабет
Майкл: Ты забыла о том, что мы сегодня должны были встретиться в кино?
Майкл: Я могу приехать, и мы посмотрим что-нибудь у тебя дома, если хочешь…
Спрыгнув с дивана, я порылась в ящиках комода и вытащила простую белую блузку и джинсы. Если я уйду сейчас, то смогу позвонить ему по дороге и свалить свое опоздание на пробки.
Тук! Тук! Тук!
Его громкий стук остановил меня на месте: придется убираться.
— Я забыла, Майкл, — прошептала я свою тренировочную речь, переходя сразу к делу. — Но дело не в тебе. Это потому, что мои мысли все еще застряли на Дэмиене.
— Ладно, слушай, — я распахнула дверь. — Ничего личного, просто… Элли?
Весь воздух покинул мои легкие.
Моя сестра, одетая в уродливую тюремную форму, стояла в коридоре со слезами на глазах и держала в руках небольшой пластиковый пакет.
— Элли? — я несколько раз моргнула, не зная, реально ли это.
Как ты вообще здесь оказалась?
— Это я, Элизабет, — она кивнула. — Это действительно я.
Я обхватила ее за плечи и обняла, чуть не повалив ее на пол.
— Эй, эй, эй, — она рассмеялась. — Ты ведешь себя так, будто не видела меня целую вечность.
— Не по эту сторону решетки.
Я обняла ее крепче, как будто она исчезнет, если я отпущу ее, и мы оставались в объятиях, полных слез, как мне показалось, целую вечность.
— Ты должна рассказать, что происходит, — сказала я, наконец затащив ее в дом. — Ты можешь занять мою кровать, а я буду спать в гостевой комнате.
— Подожди секунду, — она подняла руку. — Первое, что я хочу сделать сегодня ночью, − это пописать с закрытой дверью. Где у тебя ванная?
— Дальше по коридору и направо.
— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть что-то поэффективнее тюремной туалетной бумаги.
— Есть.
— Отлично, спасибо.
Она ушла, а я отнесла ее сумку в свою спальню.
Внутри лежали часы, небольшой кошелек и конверт.
— О Боже! — Элли плюхнулась на кровать и задрала ноги. — Я так давно не спала на такой. Я уже в раю.
— Мне жаль, что ты попала в ад.
— Прекрати, — она села, бросив на меня быстрый взгляд. — Не смей. Я свободна, Лиззи, и ты тоже должна быть свободна.
— Как именно это произошло?
— Честно говоря, все еще как в тумане, — она ущипнула себя за запястье, а затем ударила себя по лбу. — Ой. В общем, все, что я знаю, это то, что начальник зашел ко мне в камеру и сказал, что у меня есть десять минут, чтобы собраться. Я, честно говоря, думала, что охранники собираются отвести меня в одиночную камеру, но вместо этого они пропустили меня в кабинет начальника тюрьмы.
— Он сказал, что у меня, должно быть, есть хорошие друзья в очень высоких кругах и что я самый счастливый заключенный в мире.
— После того как меня заставили переодеться в свою одежду, охранник провел меня через ворота, а на улице меня забрал водитель, — сказала она. — Водитель на Audi, Элизабет. Ты можешь в это поверить?
По моим щекам покатились слезы.
— Парень отвез меня в аэропорт, и я оказалась в частном самолете одна, за вычетом стюардессы и пилота, конечно.
— Конечно… — я подавила всхлип.
— А когда мы приехали сюда — святое дерьмо, что за место — они дали мне этот бумажник и сказали, чтобы я поднялась на лифте и пошла к твоему номеру квартиры.
Она протянула его мне, а потом прыгнула на кровать.
Я пролистала бумажник, перебирая подарочные карты различных элитных магазинов одежды, парикмахерских и личного агентства «Позвони мне, давай устроим твою новую жизнь». Но на карте, которая выделялась больше всего, не было ни имени, ни номера.