Дарт Лонгботтом (СИ)

Он повернулся к замершему блондину с тростью и приказал:
— Малфой. Ты забываешь, что сейчас услышал, и трансгрессируешь домой, счастливый и довольный. Твоя месть наконец-то свершилась, — голосом, не терпящим возражений, приказал Дамблдор. — Барьер для тебя я отключил. Пшёл вон, хорёк!
Люциус закивал быстро-быстро, словно механический болванчик, и крутанулся на месте, исчезая в портале.
  
Дамблдор вырвал из безвольной руки Фаджа артефакт контроля и кинул его палачу: — Ты, Макнейр, слушай мой приказ. Сейчас идёшь собирать всех дементоров, чтобы вернуть их в Азкабан. После этого возьми с собой одно чудовище и жди нас в замке, возле лестниц. Выполняй, бегом!
Палач, словно выйдя из оцепенения, даже не стал вытирать топор, а сразу убрал его в чехол. Затем Макнейр схватил медальон и поспешил к замку, забавно взбрыкивая ногами. Альбус редко кому вкладывал в голову такие жёсткие ментальные установки, но этого неприятного человека он жалеть не стал. Тот был садистом и вызывал у Дамблдора только презрение.
— Теперь вы, наш глубокоуважаемый министр. Сейчас мы с вами вместе вернёмся в замок и посмотрим, как там поживает наш пленник, — насмешливо взглянул Дамблдор в стеклянные глаза Фаджа. — Это вам скоро придётся отвечать перед обществом. Как за побег Блэка, так и за поведение дементоров в Хогвартсе. А сейчас забудьте, что вы собирались всю ответственность переложить на меня. Думаю, вам придётся очень постараться, мой дорогой Корнелиус, чтобы не получить вотум недоверия от Визенгамота. Впрочем, вам можно не волноваться. Вы ведь привыкли всем угождать, не правда ли?
Дамблдор наколдовал патронус, и светящийся петух улетел куда-то в сторону башен. По дороге в замок им встретился Снейп, который просто сгорал от нетерпения и слабо замаскированной радости.
— Вы же пришли казнить Блэка, господин министр? — злорадно оскалился Снейп, сверкая глазами. — Я очень хочу это видеть!
— Да, собираюсь, — важно кивнул Фадж. — Правосудие сегодня восторжествует, а вам, за поимку опасного преступника, мы присвоим орден Мерлина третьей степени, уважаемый профессор Снейп.
Лицо зельевара на миг просветлело, и тот присоединился к процессии. На восьмой этаж Западной башни вся компания поднялась довольно быстро. Вот только в присутствии дементора искренняя радость Снейпа истаяла, как надежда приговорённого к смерти при виде виселицы, и к кабинету Флитвика зельевар подходил просто со злым нетерпением.
Дамблдор внутренне посмеивался, точно зная, что они увидят в кабинете. Ещё когда все были возле хижины лесника, Альбус послал сигнал Грюму, который выпустил пленника и спрятал того в другом месте.
В памяти сбежавшего преступника была обнаружена интересная информация. Самым важным было то, что Блэк разрешил неизвестному рыжеволосому магу, которого Альбус никогда раньше не встречал, пользоваться своим домом. Этот волшебник определённо не учился в Хогвартсе и никогда не посещал Министерство, иначе он или Аластор, несомненно, того запомнили бы.
Было заметно, что память Сириуса чистили, а значит, неизвестный маг хорошо владеет легилименцией. Одно лишь это уже делало рыжего волшебника весьма опасной фигурой. Позже Дамблдор планировал отправить Аластора вместе с Блэком к тому домой, разобраться с неизвестным магом. Вероятно, какой-то иностранец решил поживиться наследием тёмной семейки, а Дамблдор не хотел, чтобы имущество, которое он уже считал своим, досталось неизвестному проходимцу.
— Не-е-ет! — раздался разочарованный вопль Снейпа, когда тот снял с двери множество защитных заклинаний и понял, что в кабинете ничего больше нет, кроме воняющей кучки на столе.
— Ну вот, Блэк опять сбежал, — поморщился Фадж, не собираясь заходить и будто смирившись с очередной неудачей. — Наверное, он трансгрессировал прямо отсюда.
— Ты что, кретин, ничего о школе не помнишь? Из Хогвартса нельзя аппарировать! — вне себя от ярости зашипел на него Снейп.
Фадж не поверил своим ушам. Он негодующе посмотрел на брызгающего слюной зельевара и взревел:
— Вы что несёте! С ума сошли, профессор Снейп? Забыли, с кем разговариваете?
Дамблдор примиряюще положил руку на плечо министра и с усмешкой сказал:
— Простите его, Корнелиус. Северус просто очень расстроился. Ему ведь теперь не достанется обещанный орден Мерлина. Настолько сильно огорчился бедняга, что его, пожалуй, может хватить удар. Не обращайте внимания, министр. Вы же видите, что он сейчас не в себе?
Снейп между тем продолжал метаться по кабинету, заглядывая то под стол, то вываливая из шкафов содержимое. Поскользнулся на ещё одной куче в углу. Выругался матом, проклиная Блэка. Выхватил палочку и начал чистить себя магией. Фадж наблюдал истерику зельевара около минуты, а потом повернулся к Дамблдору:
— Нет, Альбус, пусть этот идиот забудет о любых наградах. Блэка давно нет в Хогвартсе, видимо, Снейп наложил слишком слабые чары на эту дверь. А может, ваш зельевар вообще пособник преступника? Что вы думаете? Я на всякий случай отправил бы его в Азкабан.
— Ну что вы, Корнелиус, — подхватил Фаджа под руку Дамблдор и развернул того к лестницам: — Пойдёмте отсюда, друг мой, я провожу вас из замка. Ведь вам ещё дементоров возвращать в Азкабан. Суматошный будет денёк, я уверен.
Выпроводив министра и палача из Хогвартса, Дамблдор зашёл в больничное крыло и взглядом выгнал медсестру за дверь. Он остановился возле кроватей, на которых спали гриффиндорцы, после чего взмахнул палочкой, создавая нужные образы в детских головах.
Теперь Поттер и Грейнджер будут помнить, как путешествовали во времени, чтобы спасти Блэка и гиппогрифа. Уизли будет считать, что во всём помогал друзьям. А жертве экспериментов Альбус добавил воспоминаний, как та весь год прыгала туда-сюда с помощью «Маховика времени», чтобы преуспеть в учёбе. Благо, что у Гермионы Грейнджер воображение было развито хорошо и Герберта Уэллса девочка читала.
«Маховики», невероятно сложные и опасные артефакты, которые могли создавать временны́е петли для отдельных людей, действительно существовали в волшебном мире. Но кто же будучи в здравом уме даст такую вещь третьекурснице? Да ещё только для того, чтобы посещать школьные предметы. Идея была совершенно абсурдной, но Дамблдор тем не менее внедрил её в головы гриффиндорцев. Ведь всё равно, даже расскажи они об этом на улицах, любой волшебник поднимет их на смех.
Добавив ещё несколько штрихов, удовлетворённый Дамблдор вышел из больничного крыла и приказал ждущей у окна мадам Помфри разбудить детей и угостить тех шоколадом. Ведь хорошо известно, что волшебное лакомство помогает от головной боли. А после вмешательства директора мозги у гриффиндорцев будут болеть немилосердно.
Неторопливо двигаясь по коридорам замка, Дамблдор вспоминал вчерашнюю встречу с тем, кого все считали погибшим. Теперь, с полученными установками, Питер Петтигрю обязательно найдёт, где скрывается дух его господина. Тёмный Лорд захочет вселиться в своего верного слугу, а жёсткая ментальная программа в голове Петтигрю заставит того примчаться в Хогвартс. Потом Дамблдор подумает, как будет лучше воплотить Реддла, чтобы тот указал куда спрятал ещё один крестраж. Ведь для этого необязательно создавать полноценное человеческое тело с руками и ногами? Аберфорт совершенно прав. Лучше возродить Тёмного Лорда самому и уничтожить зло одним ударом. Конечно, будет искренне жаль Гарри Поттера, но что поделать, лес рубят — щепки летят, а в голове мальчика такой же крестраж, как и остальные.
* * *
Крауч со злостью швырнул чернильницу в стену. Уродливая клякса расползлась безобразным пятном по обоям, вызвав головную боль у привыкшего к порядку чиновника. Прокля́тая Берта Джоркинс — пустоголовая курица! Судьба снова столкнула его с этой женщиной, и в который раз в дураках оказался он сам.
  
Давно, ещё в начале восьмидесятых, миловидная девушка устроилась работать в его департамент и сразу пришлась Краучу по вкусу. За короткое время Берта «дослужилась» до звания его любовницы и несколько лет превосходно справлялась со своими обязанностями, радуя Крауча бешеным темпераментом. Но однажды Бартемиус привёл её к себе в особняк, где женщина услышала то, чего никогда не должна была узнать.