Дарт Лонгботтом (СИ)

— Пока работайте, как раньше работали, — ответил зельевар немного заторможенно, и домовик с хлопком исчез.
За это время Шив закончил колдовать с мозгами остальных магов. Он вновь подошёл к зельевару и остановился немного в стороне, чтобы не мешать проходившим мимо «Пожирателям».
Лестрейндж, придерживаясь рукой об стену, поднялась на ноги, после чего, в упор не замечая Палпатина, приблизилась вплотную к Снейпу и злобно процедила:
  
— Уничтожив Дамблдора, ты доказал свою верность нашему повелителю. Я даже немного зауважала тебя, Северус… Совсем чуть-чуть…
Остальные «Пожиратели» довольно заухмылялись, оборотень заулюлюкал и первым ступил на лестницу.
— Они все считают, что это ты, Северус, убил Дамблдора или серьёзно ранил его, — спокойно ответил Палпатин на невысказанный вопрос Снейпа. — А вот меня твои друзья сейчас просто не замечают. Даже если я дёрну кого-нибудь из них за нос или сброшу за ограждение башни, они ничего не поймут. Так что принимай лавры победителя Дамблдора, догоняй своих коллег и отправляйся с ними немедленно докладывать Волдеморту о произошедшем. Я уверен, он тоже заметит твою связь с Хогвартсом, а подделать собственные воспоминания, ты и сам, как мне кажется, легко сумеешь.
Снейп вздрогнул и пристально посмотрел в глаза Палпатину, пытаясь незаметно прочесть его мысли. Но с тем же успехом тот мог бы вглядываться в бездну. Палпатин же успел основательно покопаться в памяти Снейпа и сделать себе полную копию архива воспоминаний ещё, когда тот с переменным успехом боролся с заклинанием Дамблдора. Сейчас украденную информацию Шиву было недосуг разбирать, но некоторые особо яркие моменты из жизни Северуса он уже успел просмотреть.
Будучи лордом ситхов, пусть и в прошлом, Палпатин с пониманием и даже некоторой иронией воспринимал предательство Снейпа по отношению ко всем, с кем Северус когда-либо общался. Более того, неухоженный носатый зельевар явно мог бы даже некоторых ситхов поучить, как надо предавать.
— А эту куда? — между тем спросил Снейп, показывая на тело мёртвой женщины, так и лежащее у стены в луже крови. Шив заметил — того совсем не удивляет, что на месте погибшей Паркинсон находится совершенно другой человек.
— Сам решай, — отмахнулся Палпатин. — Теперь этот замок — твоя вотчина. Хочешь, похорони на кладбище в Хогсмиде, хочешь, пусть домовики закопают тело на грядках мадам Спраут, мне всё равно.
— А что скажут в Министерстве магии насчёт моего директорства? — задал ещё один вопрос Снейп. — Может, у них есть более достойная кандидатура, чем бывший «Пожиратель»?
— Дамблдор пал, защищая школу от врагов, а ты вроде как подхватил его знамя в борьбе против тёмных сил. Тем более любому, кто хоть немного способен видеть ауры, глядя на твою, всё станет сразу ясно. Волдеморт тоже возражать не будет, ведь он уверен, что ты по-прежнему его раб.
— А что, это не так? — с горечью усмехнулся Снейп и покосился на свою левую руку. — Я всю жизнь был вынужден служить двум господам.
— На первый взгляд всё осталось по-прежнему, — с лёгкой иронией ответил Палпатин. Затем его тон стал более серьёзным:
— Разумеется, есть несколько незначительных изменений. Теперь Волдеморт не сможет ни убить тебя, ни причинить боль с помощью метки. Также он не сумеет отследить твоё местоположение, если ты однажды решишь заблокировать вашу связь. Надеюсь, это всё, что ты хотел услышать сегодня? Тогда прощай.
Шив кивнул остолбеневшему зельевару и, решив, что оставаться в Хогвартсе больше нет нужды, аппарировал домой. Хотелось выпить вина и подумать. Хотя результат интриги выглядел неплохим, а последний ключ Экзар Куна находился теперь у него в кармане, Палпатин не испытывал удовлетворения. Дамблдор наверняка остался жив, а Поттер в очередной раз подтвердил свою избранность.
* * *
Снейп уставился в пустоту, на то место, где ещё секунду назад находился его странный собеседник, так непохожий на простого как кнат гриффиндорца Лонгботтома. А ведь Северус прекрасно помнил того по школе благодаря развитым навыкам окклюменции. Он резко мотнул головой, словно лошадь, спасающаяся от укуса слепня, и бросился догонять остальных.
«Не хочу даже думать, откуда у него такие способности… И ещё эти оговорки насчёт Лонгботтома и школы, вначале с Дамблдором, а потом и со мной», — напряжённо думал Снейп, спускаясь по лестнице вслед за остальными «Пожирателями Смерти».
Вопреки всему, зельевар не мог выбросить из головы сцену, которую он видел только краем глаза, пока валялся на полу. Директор Дамблдор, могущественный волшебник, раскинув безвольно руки, висел над стеной. Тело Альбуса окутывали фиолетовые молнии, от которых исходила настолько чёрная магия, что Северус никогда не ощущал ничего подобного, даже в присутствии Тёмного Лорда. «Авада», произнесённая безразличным тоном, без ненависти, и тем не менее попавшая точно в цель. Всё это было очень странным.
В день, когда произошла знаменитая дуэль между Дамблдором и неизвестным волшебником по имени Керриган, Снейп варил зелье по поручению Тёмного Лорда. Услышав о дуэли, Северус захотел узнать, кто это такой и как неизвестный маг был связан с Сириусом Блэком. Когда представился удобный случай, он незаметно покопался в голове у паршивой псины, благо тот часто бывал навеселе и совсем не уделял внимания окклюменции.
Питер Керриган не раз упоминался прежде и Волдемортом. Похоже, этот рыжий маг умудрился обоим Великим волшебникам изрядно нагадить на «чувство собственной важности». В том числе из-за этого Снейп хотел как можно больше выяснить о рыжем волшебнике.
Память никогда не подводила Северуса, и он прекрасно помнил эпизод из воспоминаний Блэка, где Керриган использует на том в Азкабане такую же фиолетовую молнию, чтобы показать Сириусу собственную реальность. И это был отнюдь не обычное заклинание «Баубиллиус», нет. Фиолетовая молния Керригана отличалась от весьма грозного заклинания, придуманного французами, как ураган века может отличаться от лёгкого бриза. Таких чар не знал никто из ныне живущих. Даже в запретной секции Хогвартса Северус не нашёл ни единого упоминания о природном заклинании подобной мощи. Не считать же за истину древний экземпляр сказок барда Биддля, где похожими силами обладала сама Смерть.
«А что, если сегодня здесь был вовсе не Лонгботтом? Возможно так, что Керриган принял оборотное зелье и проник в Хогвартс ради каких-то своих пока неясных целей? И наша встреча в коридоре — простая случайность?» — мелькнула в голове зельевара неожиданная мысль. Он хорошо помнил Лонгботтома по школе, и тот, кого знал Северус, не отличался выдающимися магическими способностями. Обычный средний гриффиндорец, каких всегда хватало в Аврорате.
«Откуда же теперь эта невероятная мощь? — размышлял Северус, спускаясь по каменным ступенькам. — Кажется, магия Хогвартса подчинялась ему лучше, чем мне сейчас! Откуда это? Я не уверен, что даже с поддержкой источника школы смог бы победить Альбуса. А Керриган, похоже, даже не запыхался, когда сбрасывал Дамблдора с башни».
— Мордред! — беззвучно выругался Снейп, едва не уткнувшись носом в спину рослого Роули.
«Пожиратели» остановились в коридоре, и Северус предложил немедленно вернуться в Лестрейндж-мэнор, чтобы рассказать Волдеморту об убийстве Дамблдора. Спорить с ним никто не стал, даже Беллатрикс, и вскоре они покинули замок.
По дороге Лестрейндж собиралась поджечь на прощание хижину Хагрида, когда Снейп холодно предупредил ту, что не позволит никому разрушать школьное имущество. Беллатрикс наверняка почувствовала, как возросли его силы, и, вероятно решила, что сейчас не самое подходящее время для проявления своего дурного характера. Пробормотав себе под нос какое-то ругательство, та просто пробежала мимо хижины полувеликана. Северус криво усмехнулся и последовал за ней.
  
«Не забыть бы вытрясти из Хагрида пучок шерсти единорогов и пинту яда акромантулов. В благодарность, так сказать, за спасение его вонючей хижины», — мелькнула в голове зельевара алчная мысль.