Дарт Лонгботтом (СИ)

— Милорд, может, вы отдадите мне Каркарова? — произнёс Руквуд-младший якобы безразличным тоном.
— Тебе так хочется казнить предателя? — с хищным интересом посмотрел Тёмный Лорд на Виктора. — Игорь был полезен мне с одним моим вынужденным союзником. Стучал, как дятел, про их дела, каждую неделю слал мне письма. Думаю, к весне у нас появится целый легион будущих рекрутов.
— Каркаров — мерзавец! Из-за его длинного языка и трусости в Азкабане сейчас находятся самые верные ваши люди, — мрачно произнёс Виктор, сжимая кулаки. — Мой отец и остальные волшебники, которые там томятся, принесли бы гораздо больше пользы вам, будь они здесь, на свободе.
  
— Мне нет дела до его смерти, — усмехнулся Волдеморт. — Предавший один раз, предаст и другой. Я хоть и пообещал Игорю прощение грехов, но только за то, что он не искал меня раньше. Так что я не буду возражать, если кто-нибудь из вас вызовет его на дуэль и убьёт, даже наказывать не стану.
— Спасибо, мой лорд! — не вставая с кресла, поклонился Руквуд-младший и сказал: — На Бродерика Боуда, это один из моих коллег, я недавно сумел наложить «Империус». Пусть он попробует вынести шар с пророчеством из Министерства магии. Так вы будете уверены — в тексте пророчества нет ничего, кроме того, что нашлось в голове у Снейпа.
— А я после Йоля освобожу твоего отца и остальных узников, — произнёс Волдеморт. — Думаю, хватит им прохлаждаться в Азкабане. Но для этого ты должен будешь украсть артефакт контролирующий дементоров, и не попасться.
— Я магией поклянусь, что ничего не брал, — хитро улыбнулся Руквуд-младший. — Вы же знаете, на Руквудов это не действует.
— Ещё бы мне не помнить, — негромко рассмеялся Волдеморт. — Знаешь, сколько раз твой отец шутил надо мной, пока мы учились в Хогвартсе? Что-что, а врать с честными глазами и клясться магией по любому поводу он обожал. Я ведь тогда впервые задумался о создании Чёрной метки.
— В этом ваше отличие от Дамблдора, милорд, — уважительно улыбнулся Руквуд-младший. — Старик собирает вокруг себя мерзких грязнокровок и предателей крови, а вы — сильных и самостоятельных волшебников.
— Иди отсюда, льстец, — ухмыльнулся Волдеморт. — И если тебя спросят обо мне в гостиной, скажи, что мой «Круциатус» был сегодня особенно ужасным. Артефакт управления дементорами принесёшь сюда ближе к Йолю. Желательно, чтобы об этом в Министерстве узнали не сразу. Попробуй сделать какую-нибудь обманку, что ли. Насчёт пророчества я тебя не тороплю, есть у меня свои идеи, как его достать.
Руквуд-младший понял, что разговор окончен. Он встал, развеивая под собой кресло, поклонился Волдеморту и выскользнул из кабинета, по дороге дёрнув за хвост недовольно вскинувшуюся Нагайну.
— Повес-селиться хочеш-шь, щ-щенок⁈ — возмущённо прошипела змея и повернулась к Волдеморту: — Позволь, повелитель, я догоню и цапну этого несносного мальчишку за задницу?
— Не надо, моя хорошая.
Тёмный лорд разрешил Нагайне заползти к нему в кресло и сказал с улыбкой:
— Знаешь же сама, Вик способен читать твои мысли, хоть и не владеет парселтангом. Он заметил, как ты сердишься на меня за то, что мы с ним так долго разговариваем. Вот и решил переключить на себя твой гнев.
— Я не сержусь на тебя, Эф-сая-сас, мне просто скучно. Позови кого-нибудь из этих двуногих. Хочу насладиться их страхом перед тобой.
Змея прикрыла глаза, млея от поглаживаний.
— И ничего я не жестокая женщина!
Её раздвоенный язык лизнул Волдеморта по лицу, заставив того тихо рассмеяться.
* * *
Хогвартс жил своей обычной жизнью. Однако сегодня в замке чувствовалось особое напряжение. Всю прошлую неделю Долорес Амбридж посещала уроки остальных профессоров и что-то записывала в свой блокнот. Она многозначительно покашливала, делала сосредоточенное лицо, хмурилась, иногда задавала, казалось, пустые вопросы. Однако студенты инстинктивно чувствовали, что добром это не кончится. Амбридж явно выискивала, на ком бы продемонстрировать свою власть.
Один из домовых эльфов с хлопком возник в кабинете Дамблдора и тут же выпалил:
— Директор, сэр! Противная женщина в розовом собирается выгнать из школы Сивиллу Трелони. Уже даже вещи приказала Филчу на улицу вынести.
Домовик нервно мял в руке шапочку и переминался с ноги на ногу.
— Спасибо, Донки, можешь идти работать дальше, — сказал Дамблдор и поднялся из-за стола. — Я сейчас гляну, чего там задумала эта Амбридж.
— Понял-понял, директор, сэр! — низко поклонился домовик и тут же исчез.
Дамблдор, накинув мантию, поспешил спуститься во двор. В целом его не беспокоили происки министерского соглядатая. Наоборот, генеральный инспектор всегда подчёркивала его работу как защитника прав учеников. Многие поступки Амбридж в школе были настолько ужасными, что заслуживали длительного заключения в Азкабане.
Одно использование «Чёрного пера» чего стоило. Этот зловредный артефакт, кроме шрамов на руке, оставлял и вложенные учителем установки в головах детей. Поэтому Дамблдору пришлось от греха подальше немного заколдовать Амбридж, чтобы та не использовала других слов, кроме фразы: «Я не должен лгать».
Если ученики не начнут обманывать ещё больше, чем они это делают сейчас, всем будет только хорошо. Однако сегодня генеральный инспектор явно перешла границу дозволенного, решив уволить одного из преподавателей. Тем более целью её неуёмного энтузиазма стала Сивилла Трелони.
Профессор прорицания была жертвой одного поистине великого магического эксперимента, который Альбус много лет назад провёл вместе со своим братом Аберфортом в «Кабаньей Голове». Воздействуя исподволь на сознание правнучки знаменитой Кассандры, Альбус добился того, чтобы та произнесла нужное ему прорицание.
И как только это случилось, а магия предсказания вплелась в ткань мира, словно по волшебству переменилась обстановка в Англии. Уже фактически победивший Волдеморт стал совершать глупые ошибки, а затем, подчиняясь изменившемуся магическому рисунку будущего, убился в доме Поттеров об их несмышлёного ребёнка, не сумев распознать ловушку.
Правда, Альбус слишком поздно вспомнил, что крестражи, созданные Волдемортом, не дадут тому умереть. Здесь даже пророческая магия оказалась бессильной. Однако это не помешало Альбусу разобраться с обезглавленным орденом «Пожирателей Смерти». Сторонники Тёмного Лорда не сумели оказать достойное сопротивление, и Аластор Грюм за пару лет уничтожил, кого смог, а самых знатных и влиятельных волшебников, за которыми стояли могущественные рода, он посадил в Азкабан, порой даже без суда, как это произошло с Сириусом Блэком.
К сожалению, они с Аберфортом не смогли учесть все нюансы ритуала. За прошедшие двадцать пять лет, в течение которых Альбус и Аберфорт регулярно старались повторить результаты эксперимента, это им удалось сделать только два раза.
В первый раз Трелони предсказала, что Альбус станет Верховным волшебником Визенгамота, а её второе пророчество позволило ему занять место Председателя МКМ. Благодаря придуманному братьями Дамблдорами ритуалу, вложенные в голову Сивиллы предсказания неизменно сбывались. Альбус и Аберфорт уже было решили, что нашли безотказный способ диктовать магическому миру свою волю, но, к их глубокому разочарованию, Трелони больше не смогла предсказать ничего нужного. Вероятно, магическое влияние цифры «три» и здесь сыграло свою роковую роль.
Аберфорт снова на целый год перестал с ним общаться, утверждая, что лучше бы Трелони напророчила им обоим вторую молодость, невероятную магическую силу и много золота, а не какие-то никому не интересные должности. В результате этих экспериментов Сивилла постарела на добрых пятьдесят лет и стала похожа на каргу.
  
Даже слёзы феникса, которыми он отпаивал своё тайное оружие, не сильно помогли прорицательнице вернуть прежний облик. Все эти годы Дамблдор не оставлял надежды, что однажды Сивилла вновь послужит ему этаким «абсолютным оружием», поэтому не мог решиться отпустить Трелони в свободное плавание.