Дарт Лонгботтом (СИ)

«А то с мамаши станется погнаться за мной и здесь, — свирепо морщила нос молодая женщина. — Мало того, что битый час пыталась меня поучать, так ещё называла этим гадским именем. Бесит!»
На полдороге Тонкс вспомнила, что собиралась проведать наставника в Мунго, выругалась сквозь зубы и поспешила в другую сторону. Отстояв в очереди к портальной арке, молодая аврорша переместилась в приёмный покой лечебницы, где показала свой аврорский значок и поспешила наверх. Найдя нужную палату, она постучалась, но сразу входить не стала.
  
— Аластор! Это я, Тонкс. Можно к тебе войти? — крикнула Нимфадора, накладывая на себя магический щит.
Она прекрасно знала характер учителя. Если просто взять и ворваться к тому палату, можно было бы легко схлопотать разоружающее заклинание в лоб, а может быть, и чего посильнее.
— Цвет волос, который ты ненавидишь? — раздался из комнаты хрипловатый голос.
— Чёрный с проседью, — скорчила недовольную гримаску Нимфадора.
— Сколько раз я использовал «Протего дуо» в нашей последней дуэли?
Нимфадора почувствовала, как за стеной Грюм сместился вбок и встал слева от входной двери. Она закатила глаза, демонстративно покачала головой, а потом вздохнула так тяжело, что, казалось, этот шум услышали даже на первом этаже.
— Хватит вздыхать, кадет! — рявкнул по давней привычке Грюм и тут же тихо выругался.
— А-ха-ха! — заржала как лошадь Нимфадора. — Вот я тебя и подловила, Аластор! Ты стоишь слева от двери, уже с посохом наперевес.
— Нормально я стою, — возмутился Грюм. — Отвечай на вопрос, негодница!
— Два раза ты использовал «Протего дуо». А потом получил на орехи! — засмеялась Нимфадора и вновь закатила глаза. Её волосы сделались ярко-розовыми. Такие переругивания с Аластором безумно нравились молодой женщине.
— Я поддавался, но ладно, входи, — пробурчал Грюм. — Но так, чтобы я видел твои руки!
Нимфадора вошла внутрь, и бывший мракоборец немедленно наложил на дверь запирающие и противоподслушивающие чары.
В два шага преодолев разделявшее их расстояние, Тонкс с нарастающим возбуждением прижалась к губам Грюма в страстном поцелуе…
* * *
Какое-то время спустя Нимфадора лежала рядом с наставником и лениво водила пальцем по его волосатой груди. Грюм тяжело дышал, капли пота покрывали его разгорячённое тело.
— Это было классно, старик, можно считать — ты здоров, — с усмешкой сказала Нимфадора, взлохматив седые волосы Аластора. — Протестировано начинающим аврором Тонкс!
— Кто-то нарывается на продолжение?
Грюм нежно ущипнул ученицу за попу и, оторвав взгляд от её стройных ног, обратил внимание на угол палаты, где стоял печально известный артефакт.
— Мне кажется, давно пора выбросить этот мордредов сундук.
— А я думала, тебе понравилось сидеть там внутри, — хихикнула Нимфадора.
— Прокля́тый Крауч, — проворчал Грюм. — Сделал из такой хорошей вещи тюрьму. «Пожиратели Смерти» до чего доберутся — всё портят!
— А я-то думала, ты меня бросил и не хочешь даже разговаривать. И отомстить Краучу уже не получится, — вздохнула Нимфадора. — Лонгботтом сказал моей мамаше, что услышал разговор кого-то из консерваторов. Мол, род Краучей пересёкся, и чистокровные снобы заказали гоблинам проверку магглорожденных учеников. Впервые за двадцать лет, между прочим. Вдруг в каком-нибудь безродном колдунчике отыщется кровь Краучей?
Бывший мракоборец едва не сплюнул от досады и пророкотал:
— Хотят пополнить свои «пожирательские» ряды пушечным мясом, сволочи! Скоро начнётся война. Я прямо чувствую напряжение в воздухе!
— Знаешь, Аластор, — серьёзно посмотрела на него Нимфадора. — Я хочу от тебя ребёнка. Лучше родить сейчас, пока мы ещё не нырнули в этот кошмар с головой.
— Ты думай, что предлагаешь! — хрипловатым голосом сказал Грюм, глядя в смеющиеся глаза Тонкс. — У меня врагов — половина Англии. А остальные мечтают закопать, хоть и улыбаются в лицо.
— А мне плевать! — фыркнула Нимфадора, и её волосы стали снежно-белыми. — Я всё равно своего добьюсь.
— Вот же упрямая девчонка, — проворчал Грюм, но в его голосе явственно послышалась нежность, обычно несвойственная бывшему мракоборцу.
— Я рожу тебе наследника или наследницу, а ты придумай, как спрятать нашего ребёнка от врагов, — прошептала игриво Тонкс и сосредоточилась. Через мгновение грудь молодой женщины увеличилась сразу на несколько размеров, а черты лица изменились, сделав её ещё более привлекательной. Кожа Нимфадоры сама собой покрылась идеально ровным загаром и, казалось, засветилась изнутри.
— А такой ты меня хочешь?
— Хватит, Тонкс!
По коже Грюма побежали мурашки. Он сглотнул, не в силах оторвать взгляда от такого роскошного тела.
— Ты никогда не захочешь расстаться со мной, — призывно улыбнулась она. — Я ведь могу быть всегда разной. Такой… какой ты захочешь, милый…
По установленному графику целители совершали обход каждые два часа. И к их визиту Аластор с Нимфадорой уже успели привести себя в порядок и одеться.
— Ты знаешь, Тонкс, а ведь я придумал, — внезапно сказал Грюм, вновь накладывая на дверь защитные чары после ухода врачей. — Перед тем как рожать, тебе нужно будет фиктивно выйти замуж. А потом, когда мы покончим с остатками «Пожирателей Смерти», разведёшься и снова выйдешь замуж, только уже за меня. Если, конечно, меня не убьют.
— Фу, не говори так, — сморщила нос Нимфадора. — В целом идея неплохая, но какой же идиот на такое согласится?
— Дурака мы найдём, — с мрачным весельем в голосе сказал Грюм. — Главное, чтобы фиктивный муж был чистокровным, но без родных, а «Империус» и «Обливейт» помогут нам скрыть всё что угодно. Только надо найти такого волшебника, чтобы не пытался ввести ребёнка в свой род.
— Тогда это должен быть кто-то из нашего лагеря, но не магглорождённый, — хмыкнула задумчиво Нимфадора, оценивая в голове все перспективы такого предложения.
— Торопиться не будем, надо всё хорошо подготовить, — хрипловатым голосом сказал Грюм и стал надевать перевязь с искусственным глазом.
— Фу, Аластор! — завопила тут же Тонкс. — Потом всунешь себе в голову эту уродскую штуку. Ты же знаешь, как я этого не люблю!
Лицо Грюма прорезала кривая ухмылка, но спорить бывший мракоборец не стал. Спрятав в карман артефактный глаз, он буркнул:
— Завтра Альбус назначил собрание «Ордена Феникса». Встречаемся там же, на Гриммо. Хорошо, что Поттер и остальные гиперактивные дети нам не помешают. Я хочу с пристрастием допросить Снейпа, этот скользкий гад безусловно знает о планах Тёмного Лорда. А то тишина стоит подозрительная. Кроме нападения дементоров на Поттера, ничего за всё лето и не случилось.
— Тогда до встречи у Блэка, Аластор. Твоя ученица будет там непременно. Сэр, есть, сэр!
Нимфадора шутливо отдала честь, будто маггловский полицейский, но внезапно отрастила себе слоновьи уши, взмахнула ими, как бы пытаясь взлететь, и захихикала. А затем, не слушая возмущённого бурчания Аластора, выпорхнула из палаты и отправилась в Министерство магии на службу.
Лондон, коттедж Амелии Боунс, спальня хозяйки, 17 октября 1995 года
— До-ро’ик вонг пратте! — проревело существо, замахиваясь…
— Авада Кедавра! — рявкнул Палпатин, вбивая ярчайший луч ядовито-зелёного цвета в грудь твари. Монстр рухнул на пластобетон, словно срубленное дерево, но на том же месте сразу оказался новый монстр, только ещё более уродливый.
— Инферно Фламаре! — прокричал Шив незамедлительно.
Бешеное пламя сорвалось с кончика его палочки, и появившаяся огненная гидра стала поглощать прибывающих монстров, растекаясь в разные стороны потоками невероятно мощного огня.
  
Однако вал чудовищ казался нескончаемым. Они рвались к нему сквозь пламя, а позади тварей стояли какие-то почти прозрачные высокие фигуры.
— Экстерминатус!.. — наконец взревел Палпатин, вздымая вверх обе руки.