Дарт Лонгботтом (СИ)

— Лорд Волдеморт желает знать, куда ты спрятал ту самую статуэтку кентавра, стоящего на коленях перед волшебником⁈
Противный женский голос показался странно знакомым, и Палпатин открыл вновь заболевшие глаза. Однако в этот раз боль уже была гораздо терпимее, а зрение метаморфа быстро приспособилось к темноте. К сожалению, антимагические кандалы мешали ощутить метку на руке женщины. Тем не менее Шив узнал по голосу давнюю гостью своего подвала. Алекто Кэрроу, волшебница, ставшая первой подопытной в его экспериментах с меткой.
  
«Так ты снова со своим хозяином, дорогуша? — подумал про себя Палпатин. — Повезло, сегодня я тебя убивать не стану». Све́дения из лагеря Волдеморта были ему интереснее, чем немедленная расправа над врагами. После того как исчез лоа, внедрённый в тело Крауча-младшего, информации из ордена «Пожирателей Смерти» не поступало.
— Смотрите, а он молчит! Смелый, видать, или, наоборот, дебил, — глумливо рыкнул высокий сутулый мужчина, блеснув острозубой улыбкой.
Клыков во рту сутулого оказалось слишком много для обычного человека. Тот посмотрел вопросительно на Мальсибера и сказал: — Позвольте, я превращу Керригана в одного из наших? «Птенец» никогда не сможет отказать своему «Родителю». Так мы легко узнаем все его секреты.
— Ты понимаешь, что сейчас с тобой произойдёт, Керриган? — холодно произнёс Мальсибер. — Я позволю Афанасиосу превратить тебя в низшего вампира, и ты с радостью сам расскажешь мне всё, что я хочу знать. Но есть и другой выход, самый лучший для тебя в этой ситуации. Ты даёшь мне непреложный обет вечного служения, а потом рассказываешь всё, что знаешь.
— Отвечай! — тявкнули Кэрроу хором.
Антимагические кандалы полностью проржавели, став едва ли прочнее бумаги. Шив почувствовал, что силы почти восстановились, а магия теперь стала способна выйти из тела.
— У меня есть одно условие, — слабым голосом произнёс Палпатин. Его губы начали растягиваться в предвкушающей улыбке.
— Смеешь ставить условия лорду Мальсиберу, ничтожество? — подошёл ближе Афанасиос. — Я сейчас вырву тебе сердце, жалкий грязнокровка! Ты связан, твою палочку сломали. У тебя нет ни одного шанса вырваться, рыжий урод!
С нечеловеческой силой вампир наотмашь хлестнул Палпатина по лицу, разбивая ему нос и губы. При виде крови глаза нежити алчно блеснули, и Афанасиос злобно прорычал:
— Отвечай на вопросы, пока Милорд добр к такому отребью, как ты!
— Харпер, долбанная придумщица, до сих пор голова болит от твоего яда, — пожаловался в никуда Палпатин и перевёл взгляд желтеющих глаз на сутулого. — И чего ты так орёшь, нервный сосунок?
— Что ты сказ?..
И в этот момент с громким треском на месте пленника вспыхивает ослепительный шар фиолетовых молний! Не успевает оскорблённый вампир договорить, как Шив превращается в крайт-дракона.
Остатки антимагических кандалов разлетаются облачком ржавчины. Мгновенный выпад шипастой головы, невидимое глазу движение мощнейших челюстей, и пережёванное тело вампира летит на землю неаппетитными кусками.
Еще рывок. Удар костяным хвостом — и изломанной куклой отлетает в кусты убитый на месте Мальсибер. Брат и сестра Кэрроу вскидывают палочки, но заклинания не успевают выстрелить. Кэрроу мгновенно атакованы вырвавшимися из-под земли корнями старого дуба.
Шестеро мужчин с криками пытаются удрать в лес, но всего лишь один прыжок крайт-дракона, и когти, способные резать дюрасталь, мгновенно рвут толпу оборотней на кровавые лоскуты. Ещё секунда, и победный рык никогда не виданного на Земле чудовища раздаётся на опушке Запретного леса, заставляя всех живых существ замереть от ужаса.
Вернувшись в человеческий облик, Шив помассировал виски, которые всё ещё пульсировали от боли. Он подошёл к валявшимся на земле Кэрроу и убедился, что корни дуба только изувечили волшебников. Палпатин поднял палочку Алекто и, почистив обоим волшебникам память, перенастроил заодно метку Амикуса. А затем левитацией зафиксировал в воздухе тела едва живых «Пожирателей» и приказал растениям на поляне поглотить все следы недавней охоты дракона.
По зелёному ковру пошли большие волны, к земле наклонились ветви деревьев, и через минуту ничто не напоминало, что здесь произошло. Даже одежда врагов, амулеты вампира и палочка Мальсибера — всё растворилось в окружающей природе. Запретный лес зашумел листвой как ни в чём не бывало. Ощутив мощную магическую поддержку, идущую к нему от растений, Шив довольно покрутил головой. Боль в висках тоже исчезла, тело наполнилось необычайной силой и свежестью.
Схватив за шкирки висящих в воздухе брата и сестру Кэрроу, Палпатин трансгрессировал в Лютный переулок и бросил счастливчиков в ближайшей подворотне, не став забирать волшебные палочки. Когда он уйдёт, «Пожиратели Смерти» очнутся, а концентраторы магии понадобятся им, чтобы выбраться из Лютного без потерь. Брат и сестра скажут своим приятелям, что вместо обещанного Керригана их ждала ловушка, но они сумели вырваться, в отличие от всех остальных.
К сожалению, когда Палпатин вернулся в «Белую Виверну», предателей Харпер и Колмена там не оказалось.
* * *
Худой Ричи сидел за столом, читая доклады с рудников. По всему выходило, что алмазы в разведанных штольнях закончились. Теперь следовало хорошо вложиться в геологоразведку или вообще закрывать африканский проект. Он отхлебнул из бутылки с любимым пивом и задумался.
«Надо обсудить ситуацию с Керриганом, — решил Блэкмор. — Если верить отчётности из гномьего банка, на счетах у нас достаточно золота, чтобы купить небольшой остров где-нибудь в магической части Багам».
После прожитых в Африке лет магглорожденному Блэкмору уже не нравилась идея возвращения в Англию. Слишком предвзято на родине относились к волшебникам из обычных людей. Конечно, он уже может неплохо сражаться, пусть и с помощью тёмной магии, но в волшебном мире всё лучшее достаётся только чистокровным. Конечно, Керриган обещал, что рано или поздно произойдёт передел власти, но, заработав много денег, Блэкмор уже не сильно хотел рисковать жизнью.
Ричи тяжело вздохнул, окончательно отметая идею возвращения в Англию. Тем более, если верить письмам парней из Лютного, к ним уже заявились представители мужика, который называет себя возродившимся Тёмным Лордом. Блэкмор не верил, что такое возрождение вообще возможно. В голове крутилось горькое:
«Это, в конце концов, реальный мир, а не библейские истории. Скорее всего, аристократы решились на очередной передел власти и под эту дудочку выдумали себе нового-старого лидера. Но как бы то ни было, в будущей заварушке магглорожденным, как и бандитам из Лютного, уготована жалкая участь пушечного мяса».
«Идите вы все в дупу тролля! — подумал про себя Ричи. — Надо сказать Керригану, что лавочку пора закрывать. Дождёмся Харпер и Колмена, и все вместе валим для начала в Швейцарию за нашим золотом, а уже оттуда летим куда-нибудь в США на тёплые пляжи. Отдохнём там немного, а потом решим, что делать дальше. В конце концов, Америка — земля больших возможностей. Керриган — мужик головастый, даром, что из провинции, он что-нибудь придумает, такое же прибыльное, как здесь».
Блэкмор с удовольствием посмотрел на соседнюю дверь. За ней находилась маленькая комната, в которой ничего не было, кроме огромного портального чемодана, привезённого Керриганом. Магический ящик перемещал золото и драгоценности в Швейцарию, к гномам. А в случае острой необходимости, артефакт мог пересылать и живых людей.
Ричи и его товарищи раз в год пользовались этим порталом, чтобы немного отдохнуть от африканской жары на горнолыжных курортах. Волшебник довольно зажмурился, вспоминая последний отпуск: ледяное пиво, лыжи, заснеженные горные склоны, танцы в ночных клубах и улыбки дорогих эскортниц.
  
На столе моргнула красным светом пепельница со встроенными сигнальными чарами. Вероятно, это Харпер и Колмен вернулись из поездки в Лондон, но на всякий случай Ричи Блэкмор активировал защитный контур офиса и положил на стол палочку.