Дарт Лонгботтом (СИ)

Долорес Амбридж как ни в чём не бывало победно улыбнулась, глядя на огорчённого новостями седого старика. Она издала угрожающий «фырк», и с апломбом заявила, что осенью в замке для неё должно быть готово достойное её помещение. После этого маленькая женщина в розовом костюме поднялась со стула, поправила складки на юбке и, громко цокая каблуками, через несколько секунд исчезла в камине.
  
Дамблдор поймал взгляд бармена и звонко щёлкнул пальцами. Том понятливо кивнул, и уже через минуту Альбус держал в руке очередной запотевший бокал. Прикрыв глаза от удовольствия, он сделал хороший глоток, вспоминая вчерашнее собрание «Ордена Феникса».
Прибыли все, кроме Грюма и Лонгботтома. Одноногий аврор восстанавливал силы в Мунго. По словам Нимфадоры Тонкс, которая регулярно навещала учителя, тот шёл на поправку. И если у Грюма были уважительные причины, чтобы не явиться, то Лонгботтом, судя по всему, окончательно принял сторону нейтралов.
Впрочем, Дамблдор и не рассчитывал, что тот посетит собрание «Ордена Феникса». Вероятно, Фрэнк предполагал, что Альбус не будет в восторге от новости о том, что глава фракции нейтралов стал Верховным чародеем Визенгамота. И надо сказать — не ошибся. Неожиданное известие, что сторонники объединения с маггловским миром не смогли противостоять набирающему влияние выскочке, привело Дамблдора в ярость. Из-за этого этого и была придумана небольшая комбинация с юным Поттером.
Дементоры напугают Гарри, и мальчик применит заклинание «Патронуса», чтобы отогнать тварей. Министерство магии зафиксирует нарушение Указа, и это автоматически станет причиной отчисления Поттера из Хогвартса. И тогда в дело вступит Альбус. Таким образом, будет решено несколько задач.
Первое: Гарри увидит, что авторитет директора незыблем, а Альбус — единственный, кто по-настоящему заботится об его интересах.
Второе: никто не может приказывать дементорам, кроме Министерства магии. Даже если Амбридж удастся избежать огласки на суде, рано или поздно станет известно, кто отдал приказ совершить нападение на национального героя. Так что доверия к официальной власти у Гарри точно не появится.
И третье: новый председатель Визенгамота вынужден будет судить Поттера и выгораживать Амбридж. А значит, предвзятое отношение к себе лорда Лонгботтома Гарри тоже запомнит. Фрэнк теперь в одной связке с Фаджем, Верховный чародей не станет портить отношения с министром. И Поттер для Лонгботтома всего лишь один из одноклассников сына.
«Так что в итоге все окажутся в компосте, а я — весь в белом!» — ухмыльнулся про себя Альбус, допил пиво и направился к камину, чтобы вернуться в Хогвартс.
* * *
Мокрая от пота Долорес Амбридж слезла с любовника и улеглась рядом с ним, довольно улыбаясь. Не менее раскрасневшийся Яксли притянул магией два стакана с лимонадом. Один из них он отдал благодарно кивнувшей ему Долорес, а из второго сделал несколько быстрых глотков и довольно выдохнул:
— Тёмный Лорд сказал, что проклятье тебе не повредит… слишком сильно. Ты точно останешься жива, по-прежнему сможешь колдовать и память тоже не потеряешь, как бедный Локхарт. Но чары Милорда давно стали самостоятельными, подпитываясь от веры волшебников. Так что он порекомендовал тебе уйти с этой должности как можно быстрее.
— И как я должна это сделать? — повернулась на бок Долорес и сердито уставилась на любовника.
— Поговори с Фаджем, — предложил Яксли. — Пусть сделает тебя каким-нибудь инспектором по оценке качества образования в Хогвартсе, а не просто преподавателем ЗОТИ. Говорят, что Флитвик и Снейп иногда замещали своих коллег, и с ними обоими ничего не случалось. Живы и здоровы, как ты знаешь.
— Хорошая идея, Корбан, милый, — промурлыкала успокоенная Долорес. — Иди ко мне, мой котик. Твоя кошечка созрела на третий заход…
Ещё через час, оставив вконец утомлённого Яксли валяться на кровати, Амбридж трансгрессировала в Министерство магии. Отправив бумажный самолётик в Отдел тайн, она дождалась, пока один из невыразимцев принесёт ей контрольный амулет. Расписавшись в ведомости, она трансгрессировала на побережье и ещё через сорок минут оказалась в Азкабане. Переговорив с начальником смены, Долорес заняла свободный кабинет, активировала контролирующий дементоров артефакт и на всякий случай наложила противоподслушивающие чары. Едва на её зов явились две мрачные фигуры в балахонах, Амбридж сказала:
— Отправляйтесь на поиски Гарри Поттера. Вы должны помнить вкус его ауры. В прошлом году Патронус мальчишки доставил вам немало проблем, насколько я знаю. Найдите мистера Поттера и хорошенько его напугайте. Можете полакомиться магией мальчишки, но душу его не троньте! Если с Поттером будет кто-то ещё, нападайте на всех, запрет на убийство распространяется только на самого́ мальчика. Надо, чтобы он применил магию в обычном мире, поэтому не спешите. Когда выполните приказ, сразу возвращайтесь в Азкабан.
Фигуры в дырявых балахонах качнули капюшонами и, развернувшись, вылетели из кабинета. Амбридж бросила взгляд на свои руки, покрытые гусиной кожей, и передёрнулась от страха и омерзения. Несмотря на защиту контролирующего артефакта, присутствие дементоров будило в ней самые неприятные воспоминания.
И вместе с тем Долорес не заботило, что всё, чем она сейчас занимается, противозаконно и легко может привести её на скамью подсудимых. Повинуясь заклинанию, наложенному на неё Дамблдором Долорес Амбридж не испытывала ни малейших сомнений.
Попрощавшись с дежурящими в крепости аврорами, она, цокая каблуками по трапу, поднялась на корабль и уже через сорок минут вновь сошла на берег. В какой-то момент женщине показалось, что её кто-то пристально разглядывает, но, обернувшись, она не заметила ничего подозрительного.
* * *
Палпатин тоже плыл от острова на этом корабле. Он доставил в Азкабан украденную у Гарри Поттера Мантию-невидимку и надёжно спрятал там второй ключ Экзар Куна. А затем порадовал дементоров известиями, что приближается момент, когда они все вместе совершат ритуал Исхода и навсегда покинут эту опостылевшую планету.
Однако сам бывший ситх не спешил покидать Землю. Здесь он нашёл множество новых знаний о Силе и тайн, которые не терпелось раскрыть. Тем более что бывшие массасси не могли чувствовать течение времени. Когда бы ни решил появиться Палпатин, чтобы сдержать своё обещание, для дементоров это не имело значения. Главное — результат.
Дамочка, похожая на самодовольно раздувшуюся жабу в нелепом розовом костюме, привлекла его внимание тем, что активировала в крепости артефакт управления дементорами. С лёгкостью расшифровав сигнал, Палпатин подтвердил приказ женщины, правда, внёс в него уточнение, чтобы дементоры никого не убивали и не показывались на глаза обычным людям.
Нападение на Поттера явно кто-то подстроил, не сама же жабообразная дамочка решила навредить мальчишке. За ней наверняка стоял неизвестный волшебник, и это был не Фадж.
«Ищи, кому выгодно», — ухмыльнулся про себя Палпатин и решил, что волшебник, который задумал эту интригу с Поттером, обязательно появится на сцене в нужный момент. Шив знал, что за нарушение Указа о неправомерном применении магии несовершеннолетними, мальчишку могут привлечь к дисциплинарной ответственности. Конечно, министерская комиссия сразу разберётся, что тот ни в чём не виноват, и отпустит его, но нервы Поттеру потреплют знатно.
«Может, это Сириус Блэк таким экстравагантным образом решил заманить крестника к себе в гости?» — иронично предположил Палпатин. — «Бродяга, как и обещал, собрался познакомить юного Поттера со взрослой жизнью?»
  
Вспомнив, что, когда он три дня назад посетил особняк Блэков на площади Гриммо, глава темнейшего и благороднейшего рода вовсю пьянствовал и предавался разврату совместно со своим школьным дружком Люпином. Бывшие «Мародёры» выяснили отношения ещё в прошлом году в Хогвартсе, и теперь торопились наверстать упущенные возможности. В тот день они как раз обсуждали, что Гарри Поттеру пора попробовать немного взрослой жизни.