Возрожденная (ЛП)

Я думала, он снова поведет нас к себе в комнату, но стоило догадаться, что банальный секс — это не про Тень. Его не интересовала всякая дичь вроде огурцов у меня между ног, но и тащить меня прямиком в постель было не в его правилах.
Мы оказались в той части логова, где я никогда раньше не бывала, и именно здесь сила Тени полностью освободила меня, позволив развернуться на месте и осознать все.
  
Протиснувшись мимо удобных на вид диванов, я сразу же была очарована открывшимся видом.
— Окна, — прошептала я. Я и не знала, что в этом логове где-то есть окна, но мы были здесь, окруженные самым красивым ночным небом, которое я когда-либо видела. За двадцатифутовым стеклом были разбросаны звезды, казавшиеся такими близкими, что, казалось, можно протянуть руку и дотронуться до них.
— Это наяву? — выдохнула я. Стоя на краю вселенной, я замерла от переполнявшего меня восторга и трепета. Это место напоминало Волшебную страну, но казалось куда более грозным и величественным.
— Разве это не кажется настоящим? — спросил он, его рука скользнула по моему боку, и он притянул меня к себе.
Я кивнула, наконец-то оторвав взгляд от звезд, чтобы посмотреть на него.
— Впервые в моей жизни все кажется настоящим.
Его взгляд удерживал меня, и его напряженности было достаточно, чтобы воскресить мою душу, когда он обхватил ладонями мое лицо. Не в характере Тени было быть мягким, ни в прикосновениях, ни в манерах, но когда он прижался своими губами к моим, это было нежнейшее прикосновение. Он повернул меня так, что его руки обхватили мое лицо, словно я была драгоценностью, и, возможно, именно в этот момент мое сердце наконец разорвалось.
Поцелуй начался неспешно, с чувственного сплетения языков. Мы никуда не торопились — этой ночью спешить нам было некуда, — и потому смаковали каждый оттенок вкуса. Впрочем, пересадку личности нам никто не делал, так что неудивительно, что уже через пару минут гормоны взяли свое, и этот медленный, романтичный поцелуй перерос в нечто куда более страстное.
Я застонала ему в рот, приподнимаясь на цыпочки, чтобы быть ближе. Тень использовал свою силу, чтобы подтянуть меня выше на своем теле, и я обхватила его за шею. Его руки скользнули вниз по моим бедрам, обхватили мою попку, удерживая, пока он прижимал меня к себе.
Поцелуй с Тенью, возможно, было лучшее, что я когда-либо испытывала в своей жизни, и я могла бы с радостью делать это вечно, никогда не уставая от этого. Он целовал так, будто трахался, с такой страстью, что воздух шипел. Тень официально испортил меня для всех остальных мужчин, но поскольку я планировала, что он останется со мной навсегда, меня это устраивало.
Наш поцелуй стал еще более неистовым, моя спина была прижата к толстому стеклу, которое было единственным, что отделяло нас от вселенной снаружи. Когда я уже была готова начать умолять, мое ноющее естество терлось об него, Тень оторвал свои губы от моих.
— Ты на вкус как сама жизнь, Солнышко, — простонал он, глядя на меня сверху вниз тяжелым взглядом. Его губы были полнее, чем когда-либо, благодаря нашим поцелуям, а из-за того, что он смотрел на меня полубезумным взглядом, я была обречена.
Извиваясь под ним, я задрала его рубашку, стягивая ее с него. Обычно он использовал свою силу, чтобы раздеть нас, но сегодня мы наслаждались этим по причинам, о которых я не собиралась задумываться.
Он снимал с меня одежду, кусочек за кусочком, покрывая поцелуями обнаженную кожу, словно открывая для себя все это впервые. Его действия затуманили мне голову, но я не забыла о своем плане быть первой, кто доставит ему удовольствие на этот раз. Он всегда был так щедр со своими умелыми губами и языком, и я хотела отплатить ему тем же.
Мне просто нужно было сделать свой ход, пока он не заставил меня забыть чертово собственное имя.
Когда мы, наконец, разделись, я приподнялась еще выше, притворяясь, что собираюсь украсть еще один поцелуй, но вместо этого протянула руку и обхватила его член ладонью. Скользнув пальцами по толстому стволу, я погладила его головку. Тень застонал, и я восприняла это как знак того, что мое желание, возможно, вот-вот исполнится.
Погладив его снова, уже тверже, я наклонилась и поцеловала твердые линии его живота, рельефный пресс, по которому легко было провести языком. Его член звал меня, поэтому, как только я насытилась вкусом его кожи, я опустила голову и провела языком прямо по щели, наслаждаясь солоноватой капелькой влаги. Я не останавливалась на этом, облизывая его снова и снова, в то время как моя рука продолжала поглаживать его ствол. Мой опыт в этом деле был довольно минимален, но я обнаружила, что инстинктивно прислушиваюсь к его стонам и редко сбиваюсь с пути истинного.
Обхватить ртом толстую головку его члена было непростой задачей — он был таким твердым, что я задалась вопросом, действительно ли ему не было больно, — но я была полна решимости взять больше, чем раньше. Моим желанием было заставить его кончить в одиночку, но у него было столько чертовой выносливости, что я сомневалась, что моя челюсть когда-нибудь выдержит такой забег. Практика прошла идеально, и я с нетерпением ждала начала тренировок.
— Солнышко, — прогрохотал Тень.
Я не была уверена, было ли это предупреждением или просто случайным стоном, произнесшим мое имя, но прежде чем я смогла что-либо понять, его сила разлилась по моему телу. Он завладел каждой частью меня, кроме рук и рта, поскольку, очевидно, хотел, чтобы я продолжала то, что делала.
Тень снова застонал, а затем его хватка усилилась, и я чуть не вскрикнула, когда мое тело начало двигаться. Сначала я подумала, что он притягивает меня к себе, но… нет, это было не так. Он поворачивал меня, как чертову стрелку часов, и к тому моменту, как он закончил, я оказалась вверх тормашками, а его член все еще был у меня во рту.
Чуваку повезло, что я не откусила эту чертову штуку таким движением. Прежде чем я успела наорать на него, его руки обхватили мои зад и бедра, и он погрузил свой язык в меня. Когда я застонала, он прижался к моему рту, заставляя меня взять его член глубже, чем когда-либо.
Кровь прилила к моей голове, когда он начал посасывать и покусывать мой клитор, заставляя меня кричать, что позволило ему трахать мой рот еще глубже. У меня закружилась голова, вероятно, от того, что я была перевернута, но также и от того, что он делал со мной, пожирая меня.
Я никогда в жизни не думала, что можно так заниматься позой шестьдесят девять, и в перерывах между криками и сосанием мне было интересно, какие еще причудливые прелюдии припасены у него в запасе.
Когда он погрузил свой язык в сочащийся жаром центр моего тела, поглощая мое наслаждение, это было так чертовски приятно, что в какой-то момент я забыла сосать. Он разрушал меня, и я не была уверена, что когда-нибудь оправлюсь.
Как только я об этом подумала, один из его пальцев скользнул внутрь меня. Затем второй. Затем третий, и пока он посасывал мой клитор, он вонзал эти пальцы в меня, заставляя меня кричать вокруг его члена.
В тот момент, когда я закричала, он воспользовался моим открытым ртом, и его член утонул во мне. Это было приятное погружение, и как только я отдышалась, то сосредоточилась на том, чтобы взять в рот как можно больше его длины.
Но, черт возьми, язык Тень был таким оружием, что, как только я вошла во вкус, он начал водить пальцами по моей точке G, доводя меня до исступления, пока мои бедра не начали дрожать бесконтрольно. Когда я бурно кончила, он, клянусь, мрачно усмехнулся.
  
Ублюдку доставляло слишком много удовольствия доставлять мне удовольствие… и почему он был таким чертовски совершенным?
Каждый раз, когда я кончала, он умудрялся проталкивать свой член все глубже в мое горло, пока я буквально не начала задыхаться. Мне нужно было отдышаться, и я отстранилась, приоткрыв рот в конце, чтобы немного пососать его. Он издал громкий стон, и это заставило меня захотеть сделать это снова. И снова.