Орион (СИ)
Вцепившись в автомат, Туман рванул вглубь леса, затянутого тьмой. Ловко лавируя между деревьями и перепрыгивая через корни, он надеялся на удачу. О допустимых «растяжках», он думать не хотел, рассчитывая только на фортуну и её улыбку. Пробежав пару сотен метров, Туман резко остановился и прислушался к звукам, которых на его удивление вообще не было. От непонимания, Туман подумал, что ему заложило уши. Начав счёт, бывший разведчик, понял, что со слухом у него всё в порядке. Не в порядке была местность, окружающая его: ни единого звука. Ни животные, ни даже насекомые не проявляли признаков жизни — мёртвая, аномальная тишина. Туману захотелось услышать барражирующий по небу вертолёт, который несколько минут назад пытался его выследить, но и звуков рассекающих воздух пропеллеров он не услышал. Бывший «волкодав» ГРУ понял, что он перешёл ту границу, за которую преследователи не решаются заходить…тем более ночью.
Для Тумана было странным то, как он себя чувствовал. Нутро не покидало ощущение опасности, а он мог и умел её чувствовать. С каждым шагом, он понимал что угроза рядом, в нескольких метрах…Никакого желания передвигаться ночью у него не было. Это была не трусость — это был вопль самосохранения, которое диктовало ему совсем другие правила. И возражать своему внутреннему голосу, он не собирался.
Набрав в полыхающие огнём лёгкие воздуха, Туман резко выдохнул. Вскоре он вышел из леса и увидел покрытые голубым светом полной луны покосившиеся избы.
«В какую дыру я попал?» — уверенно шагая в сторону дороги, пролегающий вдоль чёрного частокола, напоминающего гнилые зубы монстра, Туман не мог подавить в себе нахлынувшие эмоции.
Подойдя к зияющему окну с выбитым стеклом и болтающимися чёрными ставнями, Туман включил прикрепленный к шлему фонарик и навострив слух, смело вошёл в избу. Он чувствовал себя персонажем какой-то компьютерной игры.
— Я в «шутере»!
Луч света, выхватил расположенную напротив рассыпавшуюся печь, справа стоял допотопный шкаф, около которого у дверного проёма соседней комнаты лежал перевёрнутый круглый стол и валяющиеся рядом несколько табуреток, затянутые лоскутами грязно-серой паутины. Пахло сыростью и гнилью. Туман направился к соседней комнате. Скрип, издаваемый прогнившими досками пола, ещё больше заставлял его взводить свою внутреннею пружину. Тревога заставляла опытного разведчика быть собранным и готовым в любую секунду отразить атаку. Подойдя к дверному проёму соседней комнаты, он услышал чьё-то хрипящее сопение. Свет фонаря выхватил сидящую в чёрном углу фигуру человека, одетого в военную экипировку с пиксельным рисунком, дополненным засохшими пятнами багровой крови. Опустив вниз коротко стриженную голову, незнакомец игнорировал присутствие Тумана, продолжая что-то сопеть и бурчать себе под нос.
— Встать! — проорал Туман не сводя с человека дула автомата.
Незнакомец продолжал сидеть на месте.
Подлетев к нему, Туман выбросил вперёд ногу, нанося по его голове сильный удар. С хрустом, башка мужчины откинулась назад и повисла за спиной, удерживаемая лишь тонкими связками. Оголились бледно-жёлтые звенья разломанного позвоночника. Туман отпрянул назад, смотря как из порванной шеи монстра показалась голова огромной мокрицы. Туман нажал на спусковой крючок автомата, прошив монстра густой очередью. Голова огромного насекомого разлетелась жёлто-зелёными ошмётками. Но это было только начало, покойник вдруг подскочил на шатающиеся ноги и вытянув вперёд руки, пошёл на него. Из шеи монстра уже выползла очередная особь. Тело ходячего трупа было буквально нафаршировано огромными насекомыми. Шокированный от увиденной жути Туман вновь открыл по монстру прицельный огонь. Бронежилет экипировки мертвеца, отлично защищал его тело, в котором кишмя кишели мокрицы. Живой мертвец повалился на пол только тогда, когда Туман прострелил ему колени. Из шеи рухнувшего на пол монстра, вывалился кровавый клубок из мокриц, червей и каких-то жуков. Автомат снова загрохотал, разбрызгивая по комнате насекомых. Передёрнувшись, Туман рванул из дома. Перепрыгнув старое, прогнившее крыльцо, он прижался к завалинке и присев на левое колено осмотрел заросший полынью двор. Выключив фонарик, Туман перевёл дыхание.
В этом момент тьма ожила. Где-то, какая-то нечисть выдала нудный протяжный вой, перешедший на рычание. Кваканье лягушек, помогло Туману сориентироваться и определить где находится болото, обозначенное на карте. Туман не стал сверяться с картой и отвлекаться от своего предчувствия опасности и смотрящей на него угрозы. Слишком опасно было терять бдительность и переключать внимание. Даже со всем оружием и твёрдыми навыками, бывший разведчик себя не чувствовал в безопасности. Внутренний механизм самосохранения не замолкал, продолжая вселять в Тумана надвигающуюся угрозу. Всё ещё не понимая в какой ужас он попал, Туман решил действовать так, как работал во время службы в ГРУ, занимаясь ликвидацией врагов. Но дальнейшие события дадут ему понять, что все его знания и вся практика диверсанта, наработанная опытом в горячих точках, вскоре окажется никчёмным балластом.
Выбравшись из зарослей полыни, он вышел на просёлочную дорогу, растянувшуюся вдоль таких же убогих хибар, которую он покинул. Держась обочины, Туман успел лишь сделать пару шагов как тут же разболелась голова, её как будто нашинковали раскалёнными углями. Противный писк в ушах, не только резал слух, но и вывел бывшего разведчика, привыкшего к осторожным бесшумным шагам из себя. Оставаясь на месте, Туман терпел боль, но ничего не поняв и не увидев в кромешной тьме, он сделал шаг назад и боль начала уходить. И только когда он отошёл назад на приличное расстояние острая головная боль и противный писк прекратились. Не собираясь делать ни единого шага, Туман прислушался к мёртвой тишине. Тревога ещё больше начала царапать его нутро. Не двигаясь с места, Туман вытер с лица пот и всмотрелся вдаль. Его волновало сейчас, что могло вызвать такую сильную головную боль и писк в ушах. Дорога была абсолютно пустой. Хотя вокруг простирался сплошной мрак, но глаза Тумана уже адаптировались к сумраку и могли разглядеть в метрах пяти на дороге хоровод вращающихся над землёй камней и высохшей травы. Они кружились по радиусу приблизительно в два метра. Из всего этого хаотичного аттракциона иногда вырывались розовые и синие тонкие плазменные нити.
— Что за чертовщина? — с выдохом произнес в ночь Туман.
Нащупав под ногой камень размером с ладонь, Туман запустил его в центр радиуса кружения. Не успев приземлиться, камень завис в полуметре над землёй и медленно поднявшись метра на два подключился к хороводу из которого продолжали вырываться плазменные сполохи.
Туману хотелось побыстрее покинуть это место и найти безопасное укрытие, чтобы подробней изучить справочник Варламова.
Этот путь, на котором его поджидал плотоядный «криттер», Туман обогнул и решил скоротать ночь в ближайшем к нему двухэтажном кирпичном доме. Перемахнув через покосившийся и прогнивший забор, Туман направился к строению. Подойдя к зияющей дыре окна, он посмотрел внутрь. Сплошная тьма встретила его пропитанным сыростью затхлым воздухом. Проверив накопительный дозиметр, встроенный в наручные часы, Туман обогнул угол дома и осмотрел зияющие окна первого этажа. Подойдя к центральному входу от которого спускался бетонный лестничный марш, он включил фонарик и вошёл внутрь дома.
Осмотрев интерьер, бывший гэрэушник понял, что он находится в заброшенной сельской школе. На стенах висели стенды из рыхлого и вздутого оргалита с советской символикой. В коридоре, уходящим в правую сторону от входа, всё было завалено разломанными партами, стульями, учебниками и какими-то бумагами, превратившимися в целлюлозные лохмотья.
Пройдя два класса, расположенных напротив друг друга и миновав небольшой кабинет, он замер на месте. Ему хотелось углубиться как можно дальше и подыскать помещение без окон. Свет фонаря упёрся в груду наваленных досок кирпичей и балок. Большая часть школы была разрушена. Центральный вход школы был довольно в хорошем состоянии. Туман возвратился обратно к пройденному кабинету.