Молчание матерей

— Сегодня ночью будет поставка?
— Похоже на то. Однажды мы его чуть не накрыли. У нас был отличный осведомитель, и мы могли взять Бирама с огромной партией.
— А где теперь этот осведомитель? — Рейес задала вопрос как бы между делом, чтобы Фабиан не догадался, как сильно ей не терпится узнать хоть что-то про Эскартина.
— Вот и нам хотелось бы знать. Он испарился. Говорят, его прикончили. Очень жаль, он помог бы нам прижать этого козла.
  
— А как вы его нашли?
— Кого?
— Осведомителя.
— Да как обычно: устроили облаву, задержали его, а потом отпустили с условием, что он будет рассказывать обо всем, что узнает. Обычная история, что тут объяснять?
— Понимаю, просто странно, что вы поверили нарику.
Фабиан удивленно посмотрел на нее:
— Я разве говорил, что он нарик?
Рейес запнулась. Неужели она прокололась? Надо сделать вид, что предположение вырвалось само собой и она не придавала ему значения.
— Ну, ты же говорил про облаву… Я и подумала, что ловили наркоманов.
Рейес похолодела. Фабиан смотрел на нее с недоверием.
— А что, он не был нариком? Я, может, и не так давно работаю в полиции, но знаю, что это самая распространенная схема.
— А ты не так неопытна, как я думал.
Фабиан рассмеялся, и Рейес решила, что ей удалось выпутаться. Тем временем он взял телефон и стал быстро набирать сообщение.
— Если сразу не отвечу, она мне потом мозг вынесет.
— Можно спросить? — Рейес хотелось сгладить неловкость, и она поспешила сменить тему. — Про твое ухо. Что с ним случилось?
— Откусили. Один бездомный отхватил кусок. И тут же проглотил, прикинь.
— Серьезно?
— Честное слово. Но было не так уж больно. Что скажешь, мне идет?
Он повернулся и посмотрел на нее. Рейес улыбнулась: Фабиан снова стал собой, лед в его глазах растаял.
— Если честно, хочется откусить еще немного.
Он явно не ожидал такого ответа. Рейес видела, что Фабиан с трудом сдерживается: он бы с удовольствием трахнул ее прямо здесь, в машине. Пожалуй, она была не против, но тут у Фабиана зазвонил телефон.
— Да, Кристо, уже едем.
Он положил трубку и завел двигатель.
— Куда мы?
— Сейчас увидишь.
Вильяверде остался позади. Они вырулили на автостраду М-30, потом на Андалусийское шоссе. В машине повисла напряженная тишина. Рейес подозревала, что Фабиан жалеет об упущенной возможности. Звонок шефа его явно не обрадовал. Перед Вальдеморо они свернули, миновали заправку и после круговой развязки съехали на плохую, всю в выбоинах, дорогу.
Фабиан притормозил около полуразвалившегося дома с фасадом, покрытым граффити. У входа валялись палеты и строительный мусор.
— Отдай мне пистолет.
— Зачем?
— Он тебе не понадобится. Мы взяли оружие на случай, если Бирам начнет борзеть.
Поколебавшись, Рейес отдала пистолет: она не могла пойти на конфронтацию с Фабианом. Он вышел из машины и направился к дому. Она последовала за ним.
— Нас ждут, — не оборачиваясь, произнес Фабиан.
— Кто?
Фабиан сделал вид, что не слышал вопроса. Они обогнули дом. Сзади были припаркованы две машины, старые и неприметные, как и их «фиеста». Входная дверь была взломана. Фабиан вошел первым. Внутри воняло мочой и экскрементами; видимо, здесь ночевали бездомные. Луч фонарика выхватил из темноты голые балки и свисавшую с потолка арматуру. К ним приближался Кристо в компании Номбелы, Грегора и Ричи.
— Я хочу поговорить с ней наедине, — без предисловий сказал глава бригады.
Рейес заметила, что Фабиан прячет глаза. Полицейские вышли, последний закрыл за собой дверь.
В одной руке Кристо держал фонарик, в другой — термос.
— Кофе, без сахара. Я всегда говорю: сахар перебивает вкус кофе.
Рейес покачала головой и огляделась, прикидывая, получится ли сбежать. Она раскаивалась, что послушалась Фабиана и не взяла с собой из дома оружие. Ошибка новичка. На грязном столе стояли две чашки. Кристо налил в одну из них кофе и не торопясь, будто наслаждаясь замешательством Рейес, сделал несколько глотков. Он допил всю чашку и только потом заговорил.
— Фабиан сказал, ты расспрашивала про нашего осведомителя.
Вот оно что. Ее прокол не остался незамеченным. Фабиан насторожился и сразу сообщил о своих подозрениях шефу. Это ему он писал, а не жене.
— Ты его знаешь? — поинтересовался Кристо.
— Нет.
— Но ты откуда-то знала, что он нарик.
— Ничего я не знала. Фабиан сказал, что вы подцепили его во время облавы, вот я и предположила, что он из этих. — Рейес пыталась казаться спокойной, но вся словно одеревенела. Она боялась, что в случае необходимости не сможет даже пошевелиться, не то что побежать.
Кристо ходил туда-сюда, аккуратно ступая по песку и щебню.
— Я пока не понял, стоит ли тебе доверять. Что такой девушке, как ты, делать в бригаде Вильяверде?
— Учиться. Я пошла в полицию не для того, чтоб за столом сидеть.
— Хотела движухи?
— Да, и полевой работы.
— Ты знаешь, что это сложный район? Что тут иногда приходится искать обходные пути?
Рейес молча смотрела на Кристо. Тот уселся на гору мешков с цементом и направил фонарик прямо ей в лицо. Она заморгала.
— Не все это понимают. Многие в полиции только и ждут, когда мы проколемся, чтобы покончить с нами раз и навсегда. Так что нам приходится соблюдать осторожность. Каждый новый член бригады находится под подозрением, потому что может оказаться кротом, которого подослали наши враги. Как только я увидел твое почти детское личико, сразу подумал, что ты шпион.
— Неужели они не нашли бы кого-нибудь лучше племянницы начальника оперативного управления? Тебе не кажется, что это не очень умно?
Кристо приподнял бровь:
— Да, это скорее глупо. Ты абсолютно права.
— Дядя отправил меня к вам понюхать пороху, — продолжала Рейес, пытаясь придать голосу уверенности.
— Может, у меня паранойя. А может, комиссар Рентеро очень хитер. Вдруг он подослал к нам племянницу, уверенный, что мы ничего ей не сделаем? Что она неприкосновенна?
— Кто, я? — Во рту у Рейес пересохло, она говорила с трудом. — Я просто хочу, чтобы ты научил меня работать как следует.
Он кивнул, явно польщенный.
— Я не должен ничему тебя учить, но, раз уж ты в моей бригаде, я буду заботиться о тебе как о родной дочери. Я забочусь не только о своих подчиненных, но и об их семьях. У Фабиана есть сын, он тебе говорил?
— Да.
— Фабиан мне как брат. Я за него жизнь отдам, и он за меня тоже.
— Это очень благородно.
— В нашей бригаде все друг другу доверяют, это главное. Но я не знаю, могу ли доверять тебе.
— Испытай меня.
Кристо улыбнулся:
— Хороший ответ.
Он убрал фонарик от ее лица и достал пистолет.
— Мы конфисковали его во время облавы, но в хранилище не сдали. Зато проследили, чтобы на нем остались отпечатки владельца, Уилсона Кабельо. Его безуспешно разыскивает ФБР.
— Зачем вам его пистолет?
— А ты как думаешь, Рейес? Если из этого пистолета кого-то прикончат, убийство повесят на его владельца; его продолжат искать. Если, к примеру, из него убьют тебя, все решат, что это дело рук Уилсона Кабельо. — Кристо поднял пистолет и наставил его на Рейес. — На улице четыре человека, и все покажут под присягой, что это он тебя застрелил. Облава, нарики, перестрелка… И Кабельо прикончил новенькую.
— Но зачем вам меня убивать? — Рейес пыталась скрыть отчаяние. — Чтобы на вас ополчился мой дядя? Чтобы разогнал бригаду? Может, проще отказаться от паранойи и поверить мне? Я с вами, черт, я одна из вас.
— В чем-то ты права, но знаешь... Я стреляный воробей и нутром чую: ты врешь. Так что мы как-нибудь разрулим трудности, связанные с твоей смертью. Нам не впервой. — Кристо с сухим щелчком взвел курок. — Ты явилась шпионить за нами?
  
Рейес почувствовала, как к глазам подступают слезы.
— Если сомневаешься во мне, стреляй.
— Сомневаюсь, — ответил Кристо.