Стая Воронов (ЛП)

Мусорное ведро Беара было пустым. Либо он был отличным хозяином, либо он намеренно вытряхнул мусор и прибрался перед тем, как уйти на работу. Беар содержал вещи в чистоте и порядке, но не в таком порядке. Он не хотел, чтобы в его доме оставались какие-либо улики.
Чёрт. Что же ты задумал, Беар?
Она слонялась по квартире брата в поисках улик. К счастью, больше никаких признаков Киссы. Сумасшедший адский зверь, вероятно, шмыгнул через раздвижную дверь. Рейвен поволновалась бы, вот только это мерзкое существо, наверняка, убивало взрослых бешеных койотов ради забавы.
Рейвен высунула голову наружу, но не смогла обнаружить отродье сатаны. Она снова спрятала ключ в горшке и вернулась в квартиру брата. Если она не сможет найти никаких улик в доме, тогда ей придётся расширить свои поиски. Она закрыла и заперла раздвижную дверь изнутри.
Тени в комнате изменили положение, когда мимо здания по улице внизу проехал автомобиль. Спортивный костюм начал высыхать, но влажный материал всё ещё прилипал к конечностям. Рейвен вздохнула и взяла несколько скрепок со стола Беара. Она повернулась к входной двери и заколебалась.
— Яйца Одина!
На всякий случай, если любимый питомец её брата спрятался в квартире, Рейвен насыпала немного еды в пустую миску. Не ради кошки, а ради Беара.
Она стерла крошки кошачьего корма с рук о спортивные штаны. Крошки прилипли к ткани, как крупный песок на пляже. Рейвен продолжала вытирать, но это лишь ещё больше размазало крошки по материалу и одарило её слегка рыбным запахом кошачьего корма. Со стоном она покинула дом брата через парадную дверь. К счастью, он установил один из электронных замков, управляемых через клавиатуру. Одно нажатие кнопки, и Рейвен заперла дом своего брата без ключа.
Влажные манжеты брюк шлепали по полу. Стены коридора здания пропахли несвежим попкорном, потом и неприятным стариковским амбре, который она всегда могла идентифицировать, но никогда точно не описывала, кроме как “стариковский”. Независимо от того, как долго Рейвен была на свежем воздухе, запахи этого дома захватывали и держали в заложниках её ноздри в течение нескольких часов после посещения Беара.
Рейвен подтянула спортивные штаны, чтобы те не волочились при ходьбе. Ковёр почти не заглушал звук её босых ног. Довольно худощавая по сложению, Рейвен не была тяжёлой, но эхо её шагов заставляло её походить на циклопа, грохочущего по взлётно-посадочной полосе. Материал ковролина уже давно превратился в изношенный отрез ткани с потёртой грязной дорожкой, тянущейся посередине. Всё, что нужно было этому месту, это мерцающий свет в конце коридора.
Не доверяя лифту и зная, что Беар тоже скептически относился к этому лифту, Рейвен спустилась вниз по лестнице. Она вошла в главный холл и вгляделась в ночь через стеклянную входную дверь и окна.
Ничего. Свет уличных фонарей и редко проезжавшие, пыхтящие по улице машины. Беар жил в не богатом районе. В Мире смертных почти никто уже не жил в таких районах. Иные позаботились об этом. Отчаявшиеся люди совершали отчаянные поступки.
Рейвен повернулась спиной к главному входу и зашла за угол в небольшой закуток, где находились почтовые ящики жильцов. Технически, даже с разрешения владельца, взлом чьего-либо почтового ящика считался в Канаде преступлением, подлежащим наказанию, но Беар её не сдаст, а полиции предстояло раскрыть более серьёзные преступления, чем взлом почтового ящика. Она закатала длинные рукава своей толстовки и согнула скрепки в нужные формы.
Рейвен остановилась, держа одну из искорёженных скрепок в нескольких сантиметрах от замка.
По крайней мере, она надеялась, что Беар не донесёт на неё. Иногда ей казалось, что она больше не знает своего собственного близнеца, а она была самым близким человеком для него.
Пожав плечами, она переключила своё внимание на вскрытие замка. Как правило, Беар специализировался на сомнительных, менее чем законных работах частного детектива, в отличие от Рейвен. Его двойственное отношение к закону было одной из главных причин, по которой он больше не работал в семейном бизнесе. Он не только поссорился с папой, но к тому же их отец не одобрял методы близнеца, как и работу, которую тот выбрал.
 
У Рейвен защемило сердце. Ей не нравилось, что Беар дистанцировался от семьи. От неё.
Щелчок.
Губы Рейвен дрогнули. Она распахнула крошечную дверцу почтового ящика и вытащила содержимое. Хлам. Хлам. Счёт. Хлам. Счёт.
Чёрная визитка выпала из стопки белых конвертов и плавно упала на пол. Рейвен наклонилась и подняла визитную карточку с холодной плитки.
Ха. А вот это уже интересно. Совершенно чёрная карточка с обеих сторон. Единственной надписью была большая стилизованная буква “О”, нанесенная серебристым шрифтом с одной стороны. Рейвен покрутила карточку, решив, что могут активизироваться какие-нибудь невидимые чернила. Ничего. Она понюхала карточку. Обычная бумага для визиток. Никаких следов запаха от обработчика. По крайней мере, ничего такого, что она могла бы обнаружить. Ей придётся позволить Майку понюхать её.
Рейвен сунула визитку в карман и закрыла почтовый ящик Беара.
Тяжёлые шаги застучали по парадным ступеням снаружи. Кто-то возился с замком. Возня не была похожа на то, как пьяный человек пытается вставить ключ в дверь. Это звучало как…
Она шагнула вперёд как раз вовремя, чтобы увидеть, как входная дверь распахнулась и явила тёмную фигуру, присевшую с другой стороны. Прежде чем Рейвен успела спрятаться, или закричать, или сделать что-нибудь, что угодно, тени за её спиной нахлынули, как прилив. Тёмные ленты материализовались и обернулись вокруг неё.
Рейвен ахнула и рванулась вперёд.
Большая рука зажала ей рот. Тени оттащили её назад. Её тело врезалось во что-то твёрдое. В кого-то. Тени материализовались в сильные руки, удерживающие её на месте.
— Ш-ш-ш, Эйнин, — низкий рокочущий голос защекотал её ухо.
Мужской аромат таинственного леса в сумерках заласкал её чувства. Коул. Она снова рванула вперёд. Или, по крайней мере, попыталась. Он крепче обхватил руками её талию и удержал на месте. Её кожу головы покалывало. Снова. Сиськи банши. Видимо, её волосы как-то реагировали на мощную тёмную энергию.
Присевшая у главного входа фигура встала, высокая и угрожающая, а потом вошла в здание её брата. Капюшон тёмно-синего свитера был глубоко натянут, а голова опущена, и Рейвен не могла разглядеть лица. Если за ней стоял Коул, то кто же был незваным гостем?
Мужчина поднял подбородок и откинул капюшон. На противоположной стороне холла стоял мужчина с до боли знакомыми чертами. Все чувства Рейвен обострились, послужив предупреждающим сигналом.
Люк Бэйн.
ГЛАВА 7
Самая большая проблема с красными флагами в том, что меня к ним тянет.
— Быки и Рейвен Кроуфорд
Внушительный мужчина маячил у входа в фойе дома её брата. Он стоял уверенно, даже не думал прятаться, как взломщик замков, которым он, по сути, и был. К какому типу вечно любящих неприятности Тёмного мира теперь присоединился Беар?
Люк стал осматривать фойе. Его взгляд был непроглядным, острым от ауры Иного. Рейвен наблюдала за ним из теней, окутанная теплом Коула, пьянящим ароматом и сильными руками. Лорд Теней позади неё оставался совершенно расслабленным. Тонкая завеса тьмы заслонила её зрение, как будто Коул накинул на них что-то вроде мантии-невидимки. Плечи Рейвен сковало напряжение.
Гладкий лоск изысканного делового образа Люка исчез, и теперь его пронзительный взгляд блуждал по фойе. Рейвен вздрогнула, когда взгляд Люка достиг места, где стояла она. Но вместо того, чтобы напрячься или издать какой-то боевой клич тёмных фейри, Люк без колебаний перевёл свой угрожающий взгляд дальше, мимо них с Коулом.
Люк пришел в движение, буквально заскользив по полу. Ни одно другое слово не описывало его шаг. Технически, он переставлял одну ногу за другой, и его ботинки ударялись о старую плитку фойе, но он шёл с плавностью, с которой мог ходить только Иной. Он плавно пересёк комнату, подобно танцору из телешоу, но без причудливых танцевальных па.