Стая Воронов (ЛП)

— У него было какое-то убежище. "Особое место", чтобы уйти от всего этого "шума".
Её подруга нарисовала воздушные кавычки и понизила голос, подражая Беару и тому, как он говорил. Вот почему они были подругами.
— Я знаю об этом месте только потому, что он поскользнулся и однажды упомянул об этом Маркусу при мне, — продолжила Меган. — Должно быть, забыл, что я была там.
Маркус был лучшим другом Беара с тех пор, как им было три года, и обнаружил, что у них обоих одинаковая любовь к пердежу и прыжкам с любого объекта, на который они могли забраться. Они втроём выросли вместе.
— Особое место?
Меган кивнула.
— Вероятно, чтобы спастись от орды недовольных женщин, которые повсюду следуют за ним.
— Он не так уж плох, — сказала Рейвен.
Особое место? Какое особое место?
Меган взяла свой кофе и сделала ещё один глоток.
— Если ты так говоришь.
Было ли особое место Беара безопасным домом? Ей придётся разобраться в этом позже. Если бы у Беара был безопасный дом, он мог бы прятаться там. Хорошая мысль, Умница.
Её взгляд зацепился за брошюру, лежащую на соседнем столе. Она встала и сняла глянцевую сложенную бумагу с гладкой поверхности:
— Регуляторы?
Меган вздохнула где-то позади неё.
— Это группа реджев, которые встречаются раз в месяц.
— Я знаю, кто такие Регуляторы, — огрызнулась Рейвен, может быть, немного слишком резко. Конечно, она знала о группе реджев, которые ненавидели любого, в ком была хоть капля крови фейри. Она глубоко вздохнула и попыталась говорить более мягким тоном. — Что вы обсуждаете при встрече?
— О чём не должны говорить правила?
Рейвен раскрыла брошюру и бегло просмотрела материал.
— Они хотят восстановить барьер?
— Не так ли? Нам нужно что-то сделать, чтобы держать Иных подальше от нашего Царства и от наших детей. — Обычно мягкий голос Меган стал твёрже.
Сердце Рейвен запульсировало, как от удара ножом.
— Ты говоришь как политик.
Меган хмыкнула.
— Затем ты заявишь, что они забирают все ваши рабочие места.
Рейвен бросила брошюру на стол, как будто она внезапно вспыхнула пламенем, и повернулась к своей подруге.
— Не наша работа, а наша жизнь, — Меган поджала губы. — Дело не в том, чтобы отделить нас от другой страны, Рейвен. Речь идёт о том, чтобы отделить овец от волков. Речь идёт о защите нас от волшебного Царства, полного жаждущих власти деспотов.
— Деспотов? Ты имеешь в виду таких людей, как я?
Её спина выпрямилась, а кожа зачесалась.
Меган отпрянула.
— Конечно, нет! Ты не одна из них. Я не говорю об оборотнях, ведьмах или любых других сверхъестественных существах, которые относительно мирно сосуществовали с правилами до того, как барьер был разрушен.
— Всё не так уж плохо, — Рейвен прикусила язык.
Может быть, им следовало рассказать Меган больше о себе. Может быть, она посмотрела бы на ситуацию по-другому, если бы знала, что Беар и Рейвен тоже были отчасти Иными.
Тошнота подкатила к её животу.
Или, может быть, Меган вместо этого отнеслась бы к ним по-другому. Хотела ли Рейвен узнать правду? Её горло сжалось. Может быть, ей следует сказать Меган сейчас? Признайся в многолетней лжи и посмотреть, сможет ли их дружба противостоять ненависти Меган к Иным и двуличию Рейвен.
— Оглянись вокруг, Рейвен. Они почти уничтожили нас. Они нанесли ущерб нашим городам и посёлкам. Их войны и наши войны с ними разрушили экосистему, и мы всё ещё пытаемся восстановить её. Сколько времени пройдёт, прежде чем они собьют нас с ног? Они позволяют нам процветать ровно настолько, чтобы предотвратить восстание, но в то же время заставляют нас отчаянно нуждаться в их присутствии и помощи.
Рейвен съёжилась. Может быть, она расскажет Меган позже. Рейвен не смогла бы смириться с потерей подруги прямо сейчас, если бы Меган возненавидела Рейвен больше, чем любила её как личность. Вместо этого Рейвен сказала:
— Один положил конец войнам.
— Один наделал дерьма, — Меган со стуком поставила свою кружку. — Люди думают, что он сохранил правила, но всё, что он сделал, — это успешно содержал людей в аккуратном загоне как будущих слуг.
 
У Рейвен отвисла челюсть.
— У меня двое детей, Рейвен. Два прекрасных малыша без каких-либо особых способностей, кроме присущей им удивительности. Какое у них будет будущее? Всё, что стоит между ними и рабством, это слово самовлюблённого разжигателя войн, восседающего на троне из черепов. У них должен быть способ защитить себя.
Рейвен стояла безмолвно. Что она могла сказать, чтобы успокоить реальные материнские тревоги Меган? Она навестила свою подругу, чтобы наверстать упущенное, составить компанию и провести эгоистичный момент дружбы, не зацикливаясь на своих текущих проблемах. Вместо этого она чувствовала себя опустошённой, не имея ни малейшего представления о том, как исправить то, что в настоящее время происходит в её жизни и в жизни тех, о ком она заботилась.
— Я понимаю твою точку зрения, — сказала она, когда не смогла придумать ничего другого, чтобы нарушить тишину.
Она правильно поняла точку зрения Меган. Она видела в этом острие меча, направленного ей в сердце. Она проглотила своё беспокойство и отогнала тревожные мысли прочь.
— Как поживают твои родители?
ГЛАВА 14
Я не хочу хвастаться, но я только что побила свой личный рекорд по продолжительности жизни.
— Рейвен, каждый день стараясь оставаться позитивной…
Вода капала с ещё мокрых волос Рейвен, и короткий халат прилипал к её влажной коже. После визита к Меган она выполнила кое-какие поручения, чтобы её сердце выздоровело, а мозг обдумал варианты. Поскольку проверка Майка биографических данных Коула и Люка оказалась пустой, если не считать того, что говорилось в учебниках, ей нужно было обдумать свой следующий шаг.
Она вышла из ванной, и облако пара потекло из крошечной комнаты вместе с ней, распространяясь по остальной части её маленькой квартиры. Жар всё ещё покалывал её кожу, а напряжение в конечностях давно исчезло, оставив её вялой и немного бескостной. Она улыбнулась и продолжила вытирать полотенцем свои длинные волосы. В душе её мысли неоднократно возвращались к Коулу. Если бы он был с ней, прикоснулся бы он к ней здесь? Стал бы он гладить её вот так? Целовать её со страстью? Исследовать её тело своим языком? Она оставалась в тепле от коварных мыслей о Лорде Теней ещё долго после того, как горячая вода остыла. Даже сейчас, стоя за дверью ванной в тонком халате, жар танцевал по её коже.
Пар рассеялся, змеясь из открытого окна в тёмную ночь. Тень крупного мужчины стояла посреди её квартиры.
Рейвен ахнула. Полотенце со шлепком упало на пол.
Коул?
Её сердцебиение участилось, и по телу разлилось новое тепло. Неужели она выдохнула его имя в душе? Слышал ли он?
Её щеки вспыхнули. Её губы приоткрылись.
Неужели он пришёл, чтобы воплотить её порочные мечты в реальность?
Оставшийся пар рассеялся, и мужчина повернулся к ней лицом. Одинокий свет из кухни освещал его лицо.
Это был не Коул.
Люк.
Её желудок сжался.
Люк Бэйн.
Она плотнее запахнула свой поношенный халат.
Бэйн, Лорд Войны. В её квартире. Здесь. Сейчас.
Жар, исходивший от её кожи, сменился покалыванием льда.
— Что ты здесь делаешь?
Взгляд Люка скользнул по её телу. Его ухмылка стала шире.
— Я думаю, это очевидно.
— Прошу прощения?
Люк издал долгий раздражённый вздох, как бы говоря: "Смертные такие утомительные".
Она ждала.
— Ты выбрала не того повелителя фейри для работы. Я здесь, чтобы исправить ситуацию.
Она покачнулась на пятках.
— Ты хочешь работать со мной?
Бэйн усмехнулся.
— Вовсе нет.
Влага стекала по её лицу и шее с мокрых волос. У её ног образовалась небольшая лужица воды. Она собиралась вытереться и одеться, а не стоять и болтать бесцельно с тёмным лордом фейри. По крайней мере, она не обмочилась. Пока что.