Стая Воронов (ЛП)
Рейвен снова повернулась к папе.
— Пожалуйста, объясни.
— Миссис Хамфриз снова пожаловалась совету на "паразитов", приходящих в дом и выходящих из него, — сказал он.
Под "паразитами" миссис Хамфриз имела в виду её семью, бегающую в своих лисьих обличьях.
— Она всегда так делала. Она фанатичка и, вероятно, принадлежит к секте Регулятора.
Рейвен съёжилась, произнеся название анти-сверхъестественной группы, которая ненавидела всё и всех, кто обладал особыми способностями.
— Чем этот раз отличался от других?
Папа бросил вилку на тарелку.
— Я устал от этого! Я изучил городской устав, и в нём нет ничего, что говорило бы о том, что мы не можем содержать мелких сельскохозяйственных животных на своей территории.
Рейвен поперхнулась кофе.
Майк протянул руку и хлопнул её по спине. Сильно.
Рейвен прочистила горло.
— И ты купил козла и назвал его Злость?
— Не говори глупостей. Его зовут Пепе, — сказал папа.
Конечно, так оно и было.
— И мы взяли его на время у друга в Миссии, — папа повернулся к её брату. — Итак, что сейчас проходишь в школе, Майк?
Очевидно, они закончили обсуждать папиного злобного козла. Да чего уж тут, обсуждать было больше нечего. Папа возглавил пьедестал, когда дело дошло до пассивно-агрессивного возмездия.
Рейвен покачала головой и повернулась к Майку.
— Да, чему ты там учишься? Кроме, как быть надоедливым? — спросила Рейвен.
Майк ухмыльнулся. Он уже закончил объяснять события сегодняшнего вечера, добравшись до момента встречи с Доктором Чмо. Честно говоря, их родителям не нужно было слышать эту часть истории. Вместо того чтобы описывать трусость Роберта и последующие угрозы Коула, он рассказал историю о том, как его одноклассники создали банк тестов для съёма, чтобы опробовать их на своих сокурсницах. Они планировали провести серию контролируемых экспериментов, чтобы присвоить каждой линии подката рейтинг успешности.
Коул откинулся на спинку кресла с лёгкой улыбкой, переводя взгляд с одного члена семьи на другого, пока они разговаривали. Бывали ли у него такие семейные трапезы, как эта? Посиделки? Воссоединения? Или встречался ли он со своим отцом, Эребусом, в военном зале для планирования какого-нибудь вторжение тёмных фейри?
Она так мало знала о мужчине, сидевшем напротив неё. Но зато она наверняка знала, что её кожа пылала всякий раз, когда его внимание останавливалось на ней, и она могла поклясться, что что-то в его тёмном взгляде смягчалось в ответ.
ГЛАВА 13
Если тебе нравятся люди, которые всё время делают глупости, стань родителем.
— Келли Оксфорд
Рейвен вошла в свою квартиру. Ранний утренний свет создавал сияющий прямоугольный ореол вокруг плотных штор, висевших на окне её гостиной. Несмотря на то, что она оттёрла всё от щербатого плинтуса до потрескавшегося потолка, ей не удалось избавиться от затхлого запаха маленькой квартиры с одной спальней. Стены летом потели коричневым маслом и каждый раз, когда она принимала душ, что указывало на годы непрерывного курения от предыдущих владельцев. Теперь этот запах ассоциировался у неё с домом. Её маленький, вонючий дом, лишённый всяких придурков.
Рейвен скинула обувь, пальцем одной ноги снимая кроссовок с пятки другой. Она редко развязывала кроссовки должным образом, чтобы снять их. Затем последовали носки. Она сняла пропитанную потом ткань со своих ног и подняла носки на расстояние вытянутой руки перед собой.
Фу.
Её ноги были чем-то ещё, что пахло независимо от того, как старательно она их мыла. Она должна была жить в шлёпанцах… ради всех. Ещё одна причина, по которой она должна отправиться в тропический рай.
Выйдя из прихожей, она бросила пропитанные потом носки в корзину для белья и положила ключи в миску, стоявшую на угловом столике у входной двери.
Ключи ударились о поверхность стола и соскользнули на край. Они с грохотом упали на пол.
Ох. Просто идеально. Её ключи служили напоминанием о том, насколько запутанными были последние двадцать четыре часа. Немного "как-тебе-это-нравится" в конце дня. А технически, день только начался.
Подняв ключи с потёртого линолеума, она переставила миску в центр стола, она должна была стоять, по мнению хозяйки, вместо того, чтобы прижимать её к стене.
Её ноги и руки были словно налиты свинцом, она доковыляла до своего маленького дивана “размером с квартиру” и плюхнулась на подушки. Её сухие глаза чесались от того, что она слишком долго не снимала контактные линзы. С помощью ног она толкнула оттоманку на её обычное место, и положила на неё ступни. Потёртая тахта, мягкая и гибкая, смягчила её ноющие ноги. Долгий вздох сорвался с её губ, и сон тяжело навалился на веки. Ей, вероятно, следовало бы принять душ и вытереть таинственную липкую грязь с волос, но мысль о том, чтобы снять остальную одежду, была утомительной сама по себе.
Она протянула руку, чтобы взять пульт. Его на месте не было.
Она замерла. Волосы на руках и затылке встали дыбом. Тяжёлое дребезжание холодильника и ровный жужжащий звук, который она давно ассоциировала со своим зданием, нарушали абсолютную тишину.
Пульт лежал на другом подлокотнике дивана. Она никогда там не сидела. Её кожу покалывало. У неё зачесалась голова.
Чаша с ключами. Оттоманка. Пульт дистанционного управления.
Каждая как отдельная аномалия не вызывает никаких подозрений, но вместе…
Кто-то был в её квартире.
У неё перехватило дыхание. Вкус сосисок, съеденных на завтрак, стал кислым во рту.
Может, ей позвонить Коулу? Он обещал защиту. Но что, если бы он появился здесь, в её квартире? Она вздрогнула. Конечно, он провёл вечер и это утро с ней и её семьёй, но у него была масса возможностей сделать это — что бы это ни было — заранее. Насколько она знала, он листал её фотоальбомы, когда она позвонила, чтобы согласиться на его сделку. Ого.
Хотя, если бы это был не Коул… кто здесь был? Бэйн? Какой-нибудь лакей? Как долго они болтались среди её безделушек и кучи грязного белья? Когда они ушли?
Рейвен застыла.
Кто-то всё ещё мог быть здесь.
Волна беспокойства скользнула по её спине и скрутила внутренности. Рейвен каким-то образом умудрилась попасть в запутанную игру в кошки-мышки, и она точно не была кошкой.
Рейвен вскочила со своего места на диване и оглядела квартиру. Пропало ли что-нибудь? Или таинственный преступник обыскал её полуразрушенный дом и ушёл? Больше ничего не казалось неуместным, и её компьютер — единственная её вещь, которая стоила больше пятидесяти долларов в благотворительном магазине — стоял на кухонном столе прямо там, где она его оставила. Так что, скорее всего, это не кража. Разведывательная миссия в поисках информации о Беаре казалась более вероятной. Теперь она должна была проверить, был ли этот человек или люди всё ещё здесь.
По крайней мере, в маленькой квартире было мало мест, где можно было спрятаться. У неё даже не было шкафа в спальне. Её матрас лежал прямо на ламинированном полу, потому что она продала изголовье кровати и каркас несколько месяцев назад, чтобы заплатить за аренду, и она придвинула матрас прямо к стене, чтобы освободить место. Никакие монстры не могли прятаться здесь под её кроватью. Один взгляд в её комнату подтвердил, что она пуста. Она схватила большой кухонный нож и на цыпочках прошла в ванную. Дверь маячила перед ней, почему-то она стала больше и, безусловно, более зловещей, чем раньше. Её сердце глухо стучало в ушах. Она протянула руку и обхватила гладкую, холодную поверхность дверной ручки. Её мышцы напряглись. Она взглянула на блестящее лезвие. Потом на дверь. Затем снова на лезвие.
О чём она только думала? Она понятия не имела, как драться, не говоря уже о том, чтобы эффективно владеть ножом в драке. Скорее всего, она воткнёт острый конец себе в ногу.