Стая Воронов (ЛП)

Выражение лица Майка смягчилось, и он погрузился в объятия, обхватив её здоровой рукой.
Папа с грохотом спустился по лестнице. На нём был его обычный наряд — тщательно выглаженные брюки цвета хаки и рубашка поло. У него было примерно четыре или пять пар одинаковых брюк, немного разных оттенков, и восемь или девять рубашек одного стиля, разных цветов. Рейвен однажды пробралась в спальню родителей вместе с Джуни, когда она была помоложе. Одинаковая одежда, выглаженная и развешанная на равном расстоянии в шкафу, привела в ужас. Они с криками выбежали из комнаты. Рейвен поклялась никогда больше не заходить в комнату родителей.
— Как раз вовремя, — сказал папа.
Его взгляд остановился на Коуле, который стоял между группой и дверью. Его шаги замедлились.
— И вы привели гостя, — его тон оставался бодрым, но плечи напряглись.
Коул встал и протянул папе руку.
— Сэр.
Взгляд отца метнулся с руки Коула на его лицо.
— Ты тот, кто похитил мою дочь.
Как папа так быстро это понял? Должно быть, она хорошо описала Коула. Её щёки вспыхнули. Лорд Теней, безусловно, произвёл на неё неизгладимое впечатление, и его лицо, несомненно, играло эпизодическую роль в её снах.
Повелитель фейри покачнулся на пятках. Его белые зубы сверкнули.
— И вернул её невредимой.
Мама глубоко вздохнула, крепче сжала Майка и оглянулась на Коула.
Майк захрипел. Бедный маленький лисёнок.
Коул оставался расслабленным, протянув руку в ожидании. Его взгляд упал на Рейвен, и улыбка стала шире. Неужели воспоминание о том, как он похитил её, заставило его почувствовать себя белым и пушистым?
— Папа, — сказала Рейвен.
Папа что-то проворчал и неохотно пожал протянутую руку Коула. К счастью, ни один из них, казалось, не был склонен к чрезмерному мужскому рукопожатию, которое пытались сделать некоторые мужчины.
Коул аккуратно поставил свои ботинки возле беспорядочно разбросанных шлёпанец Рейвен на коврик.
— Сюда, — сказала Рейвен и повела его по коридору в кухню и столовую.
Джуни сидела за обеденным столом, её волосы были небрежно уложены. С надутыми щеками, как у жадного бурундука, она набивала рот беконом. Заметив Рейвен, Джуни застыла на полпути. Она опустила вилку и нервно улыбнулась Рейвен — хорошо, что с закрытым ртом.
Да-да, правильно. Мы обе знаем, кто сдал нас маме и папе. На самом деле, у Джуни не было ни единого шанса. Их отец был частным детективом. Он мог выведать секрет лучше, чем, ну, любой опытный ищейка. По крайней мере, Рейвен теперь не нужно было отдавать один из её немногочисленных красивых нарядов.
Коул встал рядом с Рейвен в конце стола.
Глаза Джуни расширились, когда её взгляд остановился на их госте. У неё отвисла челюсть.
— Ого.
Взгляд отца метнулся между его младшей дочерью и Коулом. Он поджал губы, и выражение его лица помрачнело.
— Бекон, папа, — сказала Рейвен.
— Идея твоей мамы, — сухо парировал папа.
— С беконом всё лучше.
Джуни запихнула в рот ещё немного, но продолжала таращиться на Коула большими круглыми глазами. По меркам Рейвен, к тому времени, как они сядут, бекона не останется. Джуни сделала паузу и ещё раз окинула взглядом Рейвен.
— Что у тебя с волосами?
Рейвен пригладила вьющиеся волосы.
— Очевидно, энергия тёмных фейри обеспечивает дополнительный объём.
Джуни перестала жевать еду, и взглядом вперилась в Коула. Она тут же связала все факты воедино, и проглотила кусок бекона.
— Тогда почему твои волосы не вились возле Беара?
Рейвен пожала плечами.
— Наверное, я каким-то образом невосприимчива к его энергии.
— Ты собираешься рассказать нам, что происходит, Рейрей? — папа прервал их разговор.
Майк вырвался из объятий матери.
— Папа, остынь. Давай поедим, пока Джуни не съела весь бекон.
— Кто успел, тот и съел, — сказала Джуни.
Она заговорила ещё с набитым едой ртом, так что получилось невнятно. Однако они слышали, как она произнесла эти слова, и поняли достаточно и без переводчика.
— Лично я предпочитаю сосиски, — сказала Рейвен.
Коул остановился по пути к столу и оглянулся на неё. Его губы дрогнули.
 
Жар затопил её лицо.
— Сосиски для завтрака.
Извращенец.
Коул покачал головой и усмехнулся.
— Сосиски в духовке.
Джуни, возможно, и разговаривала с Рейвен, но её взгляд оставался прикованным к Коулу. Она прочистила горло.
— Ты собираешься представить нас друг другу?
— Это Коул. Коул, это моя семья. Мама Элизабет, мой отец Терри и сестра Джунипер. Майка, само собой, ты уже знаешь.
Коул кивнул каждому человеку, когда она указала и назвала их.
— Коул?
На лице Джуни появилось скептическое выражение, которое могла изобразить только пятнадцатилетняя девочка.
— Бел на х-Ойдше гу Камханайч, — сказал он.
Джуни поперхнулась.
Рейвен повернулась к сестре.
Джуни сглотнула. Её лицо побледнело.
— Лорд Теней?
Мама напряглась рядом с Рейвен. Отец прищурил глаза.
— Мы проходили тебя в школе.
Боже. Может быть, Рейвен следовало уделять больше внимания на уроках. Она не помнила, чтобы что-то учила об Бел на х-Ойдше гу Камханайч.
— Надеюсь, только хорошее, — подмигнул Коул и выдвинул стул. Он повернулся к Рейвен. — Я же говорил тебе, что обо мне будет глава.
— Там целый раздел, — пропищала Джуни. — Он охватывает Царство Теней, создание Гильдии Убийц, союзы с другими дворами и то, как Царство Теней извлекает выгоду и из тёмного, и из светлого Царств, что делает его не только уникальным, но, возможно, более мощным в Иной энергии, чем другие домены.
Лёгкая улыбка тронула губы Коула, и он сел без комментариев.
Джуни взяла свою тарелку и поспешила занять место рядом с ним. Она убрала неиспользованные тарелки со своего пути и уронила тарелку на салфетку. Рейвен не видела, чтобы её сестра двигалась так быстро со времени распродажи образцов обуви в центре города в прошлом году. Рейвен наблюдала, как её сестра уворачивалась и обходила других покупателей и любителей обуви, задействовав локоть или два в драке ради покупки пары дизайнерских ботинок по не дизайнерской цене. Если бы у Рейвен были менее чудовищные ноги, соответствующие размерам образца, она бы вступила в драку. Вместо этого её отодвинули на второй план, и она выступала в качестве компаньонки и болельщицы.
Джуни посмотрела на их гостя тем же тоскливым взглядом, каким смотрела на эти ботинки год назад.
Рейвен закатила глаза и решила сесть рядом с Майком. Она скользнула в потёртое обеденное кресло и откинулась на подушку. Она на секунду закрыла глаза и глубоко вдохнула аромат вкуснейшего завтрака, в окружении шума и гама своей семьи за столом. Дома.
— Милая, дорогая, — сказала мама.
Глаза Рейвен распахнулись.
— Когда ты в последний раз разговаривала с Меган? — спросила мама. — Я столкнулась с ней сегодня. Она была без детей. Бедняжка выглядела такой измученной. Помню я такие деньки. Ей, наверное, очень нужен совет взрослого.
У Рейвен свело живот. Она была плохой подругой. Рано или поздно она собиралась навестить свою лучшую подругу, но жизнь постоянно мешала её планам. А теперь её брат пропал, тёмные повелители фейри продолжали появляться, подобно сусликам, неожиданно высовывающим голову из норы, и Майк получил травму.
— Я схожу к ней.
— Ты должна, — мама кивнула. — У тебя не так много друзей.
— Боже, мам!
— Ну…
Мама отвернулась от Рейвен, и её взгляд остановился на Коуле. Теперь две из трёх женщин семейства Кроуфорд уставились на повелителя фейри.
Папа что-то проворчал и со стуком сел за край стола. Он выглядел готовым вскочить и наброситься в любой момент. Однажды, он сказал, что ему не нужно хватать дробовик, чтобы защитить своих дочерей от мужчин: он воспитал их быть независимыми и учил хорошо разбираться в людях, он доверял им самим принимать решения. Прямо сейчас весь его вид кричал о том, что сожалел об этих словах.