Грейвел (ЛП)

- Библиотека, как ты знаешь, разумна. Таким образом, она понимает, что будут времена, когда тебе придется преодолевать препятствия, чтобы научиться тому, чему нужно научиться.
Он наклонился к ней, его поза требовала ее полного внимания, когда он продолжил:
- Не заблуждайся, Александра. В задачах, которые я тебе ставлю, не будет ничего легкого. - Он махнул рукой в перчатке в ее сторону. - Рассматривай свой дар как мускул. Ты не сможешь укрепить его без упорного труда, дисциплины и терпения. Он должен быть доведен до предела… так же, как и ты.
Алекс еще сильнее замкнулась в себе, беспокоясь о том, что ей, возможно, придется вынести под его руководством.
- Теперь, - сказал он, снова откидываясь на спинку стула, - предполагая, что ты все еще хочешь продолжить, у меня есть одно требование и одно правило. Требование состоит в том, чтобы ты никому не рассказывала обо мне. Ты можешь рассказать, что пытаешься усилить свой дар, но ты не будешь сообщать никаких других подробностей о том, как это делается, или кто тебя учит. - Он поколебался, прежде чем разрешить: - Единственное исключение - меярин, с которым ты мысленно связана, хотя ты должна взять с него клятву молчать.
Алекс не нравилась идея хранить такой важный секрет от друзей, но если это была цена, которую нужно заплатить, то пусть будет так.
- Что касается правила, то есть только одно, - продолжил мужчина. - Нарушишь его один раз, и ты испытаешь мое неудовольствие. Нарушишь дважды, и ты больше не будешь моим учеником.
Из своей скорчившейся позы на полу Алекс удивлённо спросила.
- И что это за правило такое?
- Никогда не подвергай сомнению мои методы обучения, - сказал он ей. - Все, что я делаю, имеет свою причину, независимо от того, понимаешь ты эту причину или нет. Я не потерплю никаких требований объяснений. Ты либо следуешь моим инструкциям без комментариев, либо все закончится.
Что ж. Это было настолько черно-белым, насколько он мог это сделать. Здесь нет места двусмысленности.
- Итак, - сказала Алекс, - ты хочешь сказать, что либо будет по-твоему либо никак?
Как и следовало ожидать, он не ответил.
- Это, Александра, очень похоже на то, что ты меня допрашиваешь.
Дерьмо.
- Я…
- Но поскольку мы официально не начали твое обучение, я даю тебе отсрочку… только на сегодня.
Алекс сглотнула.
- Эм. Спасибо. И, эм, извини. Привычка и все такое.
- Привычка, от которой ты захочешь быстро избавиться, если планируешь проводить со мной какое-то время.
Кивнув, она пробормотала:
- Должным образом учтено.
Мужчина встал.
- На сегодня с тебя хватит.
С его словами кресло исчезло, как и камин и ковер, вместе с пустотой остального пространства вокруг них. Вместо этого Алекс обнаружила, что все еще свернулась калачиком, но теперь сидит на каменистой земле в знакомой подземной пещере, разделенной узкой рекой… месте, где она впервые обнаружила, что может вернуться во Фрейю.
- У тебя комендантский час в десять вечера, - сказал мужчина. - Поэтому ты будешь встречать меня здесь каждый вечер ровно в девять. Как долго мы будем тренироваться каждую ночь, будет зависеть от того, насколько быстро ты выполнишь задачи, которые я тебе поставлю, но Библиотека гарантирует, что, пока ты со мной, время не пройдет для остального мира.
Алекс открыла рот, чтобы указать на проблему, но он опередил ее.
- По вторникам и четвергам, когда у вас будут занятия по хитрости и уловкам до половины десятого, ты будешь приходить сюда прямо оттуда. Опоздание в любой другой день будет считаться неприемлемым.
Этот парень был чем-то другим.
- Мы договорились?
«Как будто у меня есть большой выбор», - подумала Алекс. Либо она мирилась со сварливым, монотонным надсмотрщиком, либо нет. Но поскольку последнее обрекает на гибель весь мир, ее ответ не требовал особого внимания.
- Да, мы договорились, - сказала Алекс, отрываясь от своего мыслей и поднимаясь на ноги. - У тебя есть имя? Или мне просто продолжать называть тебя мистером Таинственным Человеком?
 
- Если ты придешь на свой первый урок завтра вечером, я назову тебе имя. А пока предлагаю тебе немного отдохнуть и обратиться к врачу. Ты должна быть готова завтра работать, и работать усердно.
С этим мрачным предупреждением он исчез, оставив Алекс одну в пещере с тысячей вопросов и знанием того, что, благодаря его правилам, она не могла задать ни один из них.
 Глава 9 
Когда Алекс, наконец, прихрамывая, вышла из Библиотеки, время ужина давно миновало и быстро приближался комендантский час. Это, однако, не было результатом ее почти одиннадцатичасового перехода через озеро, поскольку время действительно остановилось, пока она проходила испытания. Алекс задержалась потому, что после возвращения в фойе Библиотеки с намерением направиться прямо к Флетчеру, раздобыть немного еды и поспать следующие двенадцать часов, планы Алекс были сорваны… и все благодаря колючему библиотекарю.
В тот момент, когда его совиные глаза заметили ее сквозь комично толстые очки, он поманил пальцем, пока она не доковыляла, усталая и израненная, до его стола.
Едва оторвав взгляд от груды бумаг перед собой, библиотекарь сделал неприятное предположение, что ей нечем было заняться, и настоял, чтобы она помогла ему почистить рамы картин, которые висели на стенах.
С опаской оглядывая просторное фойе, Алекс знала, что задача будет гораздо более сложной, чем казалось, поскольку вся история Медоры была раскрыта через картины. Как таковые, они постоянно самообновлялись, появляясь и исчезая сквозь стены, когда их меняла местами и перетасовывала какая-то невидимая Библиотечная сила. На их очистку могли уйти годы, если не больше.
Заикающееся оправдание не помогло Алекс, даже когда она указала на свои пропитанные кровью джинсы и сказала, что ей нужно посетить медицинское отделение. Библиотекарь вытаращился на ее забинтованную ногу на долю секунды, прежде чем вернуться к своим бумагам и сказать:
- Она перебинтована. Я подумаю о том, чтобы позволить тебе уйти, если что-то изменится.
Уставившись на него, Алекс пискнула:
- Вы… Это что, шутка?
Его единственным ответом было фыркнуть и задрать нос, отвечая:
- Расчленение - это не повод для смеха. Правда, Александра. Твое чувство юмора отвратительно.
У Алекс не осталось сил спорить с ним. Она была достаточно осведомлена, чтобы понять, что он набрасывается на нее иррационально, перекладывать свое разочарование по поводу ситуации с меяринами и всего, к чему это может привести. Поэтому вместо того, чтобы сопротивляться, она взяла чистящие средства, которые он сунул ей, и оттащила свое слабеющее тело к ближайшей стене.
Единственный перерыв произошел, когда библиотекарь встал из-за своего стола, чтобы помочь младшей ученице, которая не могла вспомнить название книги, которую искала. За те считанные минуты, что его не было, Алекс вытащила свой ComTCD - запоздало обрадовавшись, что он водонепроницаемый - и позвонила Джордану. Все, что смогла сделать, это быстрое заверение, что она вернулась в целости и сохранности, но застряла в лапах неумолимого библиотекаря - к чему он отнесся сочувственно, но и позабавился - и пообещала, что догонит его и остальных позже.
Позже оказалось намного, намного позже, чем ожидалось. Но, в конце концов, библиотекарь остался доволен ее уборкой настолько, что отпустил, сказав, что, если ей когда-нибудь снова станет скучно, он всегда найдет для нее занятие.
Стоя, Алекс не имела ни желания, ни сил, чтобы ответить. Вместо этого она, спотыкаясь, вышла в ночь, стиснув зубы от боли, которую терпела последние, казалось бы, бесконечные часы.
Как раз в тот момент, когда Алекс подумала, что неестественно удлиненный день не может стать хуже, она, наконец, пошатываясь, вошла в медицинскую палату… только для того, чтобы найти ее пустой.
- Серьезно? - Алекс застонала, оглядываясь по сторонам.