Красными нитями (СИ)

Ката сдвинулась вперёд. Под потолком на большом расстоянии друг от друга висели лампы, но свет от них шёл такой тусклый, что уже дальше вытянутой руки всё терялось в тени.
Ката подползла ещё поближе. Антония одну ладонь прижала к груди, точно что-то держала, но в ней ничего не было. Борясь с тошнотой и слабостью, южанка дотронулась до плеча девушки. Антония медленно подняла голову, уставилась на неё, затем, резко дёрнувшись, вскочила.
— Нужно выбраться! Мы должны найти Коли! — прокричала она, и этот крик казался хуже всех слез.
Нелан растерянно посмотрел в одну сторону, в другую, со вздохом пригладил усы и пошёл вперёд, поддерживая Кату. Хотелось верить, что он найдёт путь наверх, но она не чувствовала в себе сил, даже чтобы помолиться за это.
Ката всё брела, брела, опираясь на Нелана, иногда спотыкалась и уже перестала пытаться держать голову прямо. Он медленно выпустил её и шагнул влево.
Сначала послышался лязг, затем темноту разогнал свет. Ката с удовольствием вдохнула прохладный ночной воздух, в нём чувствовалось, что недавно прошёл дождь. Уже через секунду он принёс холод — девушка покрылась гусиной кожей, зубы выбили дрожь.
Нелан стоял на короткой лестнице, высунув голову на улицу.
— Никого, быстрее, — скомандовал он и ловко поднялся наверх.
Ката подобралась к лестнице, сжала перекладины и, чувствуя дрожь в руках и ногах, с трудом подтянулась. Нелан сразу подал ей руку, и она крепко ухватилась за него.
Антония подскочила следом. Нелан попытался помочь и ей, но девушка ответила таким яростным взглядом, что он отодвинулся. Выбравшись, она сразу прижала ладони к груди, словно хотела что-то сжать, но у неё по-прежнему ничего не было.
— Я вижу! — Ката ткнула рукой в сторону повозки, запряженной лошадкой — в таких обычно привозили продукты на кухню «Трёх желудей». Рядом маячила светловолосая тень — Коли.
Нелан недоверчиво посмотрел в его сторону, затем кивнул и побежал к повозке.
Под стук колёс по мостовой Ката успела уснуть, а проснулась она только под громкие голоса. Девушка поняла, что во сне упала на плечо Нелана и, поднявшись, смущенно посмотрела на него, но он уже вглядывался в сторону выхода из повозки, словно ждал, что там опять ловушка, и не обратил внимания на этот взгляд.
Они осторожно выбрались. В саду перед старой башней стояли Кай и Адайн рядом с ним, Коли и Киро, Антония, Эль, а рядом с нем почему-то оказался Дар Крейн.
Адайн крикнула что-то непонятное: то ли это был клич радости, то ли визг, то ли проклятье — и подскочила к подруге со счастливой улыбкой. Ката шагнула к ней, медленно подняла руки и обняла. Разом сделалось тихо.
От Адайн пахло яблоками и корицей — она ведь обожала это сочетание! — а кожа у неё была мягкая, прохладная. И вся она показалась такой уютной, спокойной — не та сумасшедшая девчонка из Канавы, а кто-то свой и родной.
Девушки постояли, обнявшись, и одновременно рассмеялись. Ката выпустила Адайн и шагнула к Каю. Он вдруг превратился в смущённого парня и встал, не двигаясь.
Ката первой обняла его и осторожно положила руку на спину. Белая рубашка оказалась из тончайшего хлопка, а серый жилет — из более твёрдой плотной ткани. Кончиками пальцев она почувствовала на нём едва различимые полосы. Ей всегда было интересно, какие на ощупь все эти ткани, на которые Кай тратил столько денег.
Девушка с улыбкой сделала шаг назад. Здесь, с ними, тоже «хорошее время». Но не лучшее.
Смотреть на смерть и убивать, бежать, тонуть или даже блуждать в темноте — все это не её. Она хотела засыпать не в повозке после побега из тюрьмы, а в своей кровати, в своём доме, рядом со своим человеком.
Ката ещё раз оглядела присутствующих. Их жизнь и вся эта борьба — не для неё. Она не справлялась и делала только хуже.
Но как сказать об этом, как уйти, Ката не понимала. И ещё больше она не понимала, как теперь отмыться — не только от тысячи чужих прикосновений, но и от причастности к убийству, и от собственной слабости, из-за которой умерла подруга.
  
Глава 8. Взорвать всё к чертям
  
— Ты бы не сидела там, — буркнул Кай, не оборачиваясь.
Адайн пришла в «кабинет» первой, уселась на подоконник за его спиной и уставилась вниз на заросший сад.
Башня прогнила и держалась из последних сил. Любой шаг здесь стоило делать осторожно и уж тем более не залезать на старый подоконник. Но о «доме» не знал Вир, а местные обходили руины стороной, считая их нехорошими — это уже давало укрытию огромное преимущество.
— Это почему? — в голосе Адайн мигом зазвучал вызов.
Кай улыбнулся. Никакой Чёрный дом и все эти ублюдки из великих родов не справились с ней. Он пониже наклонился к карте, чтобы девушка не увидела его улыбку.
— Опять! — сердито крикнул Кирион.
— Ты меня отвлекаешь. Сядь передо мной.
— Можно же сказать, что боишься за неё и хочешь смотреть. В чём проблема, а? — голос Кириона стал ещё более злым.
Кай вздохнул и посильнее нажал карандашом на карту, прочерчивая путь от нужного дома до башни.
Не знал он, в чём проблема. Наверное, он сам был этой проблемой.
— Догадался, — прошипел Кирион. — Теперь давай решать её.
Адайн зашевелилась. Кай так и не обернулся, но был уверен, что девушка скорчила ему гримаску. Она села на стул напротив и скрестила руки.
— Так что мы будем делать дальше?
— Остальные придут — расскажу, — Кай поднял голову от карты и более тихим голосом добавил: — Мне понадобится твоя помощь. Ты ведь пойдёшь со мной?
— Куда я денусь, — Адайн чуть улыбнулась.
Кай задержал карандаш над картой и с ещё большим нажимом нанёс жирный штрих. Адайн опять согласилась, стоило ему позвать, даже не зная, о чём он просит. А ведь сейчас просьба противоречила всем её взглядам.
Покачиваясь на стуле, девушка несколько раз шумно вздохнула.
— Всё в порядке? — спросил Кай.
— Спина болит, — буркнула Адайн. — Не мог позаботиться о более мягких матрасах?
Кай ухмыльнулся:
— Вира здесь нет. Не держи спину прямо.
Адайн уставилась на Кая. По ней было видно: речь шла вовсе не об осанке или матрасе.
Кирион с шумом вздохнул:
— Ты помог ей сбежать, но разве этого достаточно? Хватит просить её о помощи. Помоги ей тоже, она нуждается в поддержке.
— Не могу, — откликнулась девушка.
— Тогда облокотись о меня.
Кай ответил с привычной ухмылкой. Он никак не решался сказать всё, как есть, но надеялся, что Адайн поймет: его слова тоже не только об усталой спине.
Девушка явно хотела что-то ответить, но не успела — один за другим заходили члены их увеличившейся «семьи».
Первыми — Ката и Нелан. Девушка сразу юркнула в сторону, но на этот раз спряталась не где-нибудь на подоконнике или за выступом стены, как обычно, а за Неланом, сев немного позади него. Кай видел, что она встревожена или боится чего-то, но за два дня так и не поговорил с ней. Нелан держался настороженно и явно чувствовал себя неловко в окружении Крысиного совета, но старался не подавать виду. Он успел побриться и опять оставил только свои смешные, пшеничного цвета усы. Хотелось ехидно спросить: не из-за них ли Ката решила отказаться от своего «табу» на прикосновения?
Через пару минут появились Киро и Коли, следом скользнула Антония. Все трои были хмурыми и молчаливыми, а девушка — ещё и с опухшими глазами. Вот и познакомился Крысиный Совет с потерями — и сколько их ещё будет? Кай на секунду отвёл взгляд, вспомнив о том, что считал своей виной.
Последней пришла Эль и сразу за ней — Дар Крейн. Кай встретил его хмурым взглядом и спросил:
— И часто ты будешь таскать его сюда?
— Пока Рейн не сядет здесь же, — уверенно ответила Эль, опускаясь на стул рядом с Адайн.
С каждым появлением девушка выглядела всё более уверенной. Ни одежда, ни причёска слабо отличались, но во взгляде, в осанке, даже в чертах лицах что-то неуловимо менялось, делая её на вид всё более смелой и решительной. Что, выросла малышка?