Развод. Чужая родная дочь (СИ)

- Я рада, что вы нашли друг друга. Резо очень честный, порядочный. Ты не пожалеешь.
- Я уже всем доволен. Свадебный банкет, а, значит, репутация ресторана спасены. Это главное!
Мой мобильный в самый внезапный момент подает признаки жизни. Кидаю взгляд на экран и тяжело вздыхаю.
Похоже «радостную весть» Тарас получил с самого утра и сразу же вспомнил о жене. Научился вытаскивать обратно из черного списка и теперь атакует меня звонками.
  
А я…плачу ему его же монетой.
Без каких-либо угрызений совести сбрасываю вызов и вношу его в черный список. Сегодня с утра я получила обещанную премию, перевела часть суммы Тине Романовне и попросила закрыть вопрос с разводом как можно скорее. Не хочу, чтобы с этим человеком меня хоть что-то связывало. Даже штамп в паспорте.
- Донимает? - Натан кивает на мобильный, зажатый в ладони. - Хочешь, я с ним поговорю?
Вскидываю брови в удивлении.
- Ну, как твой босс и как бизнесмен, - тут же поясняет, коротко усмехнувшись. - Разъясню, что в бизнесе и не такие казусы случаются.
По кривой ухмылке и мальчишескому задору в глазах я примерно понимаю, в какой форме Натан собирается преподавать Тарасу уроки по маркетингу.
- Не нужно, спасибо, - качаю головой, едва сдерживая улыбку. - Я знала, что муж начнет мне названивать. Это было ожидаемо. Благо, черный список резиновый, и он никак не сможет меня побеспокоить. Он даже не знает, в какой больнице лежит его дочь, - горько усмехаюсь, обнимая себя за плечи. - Так что я Тараса не боюсь.
Натан вглядывается в мое лицо долгим пристальным взглядом и, к моему счастью, переводит разговор в другое русло:
- Алиса, мы же ещё пастилу принесли. Давайте чай попьем?
В палате начинается приятная суета. Я отправляю гостей мыть руки, грею воду и накрываю наш небольшой импровизированный стол.
- У тебя такая красивая коса, - с восхищением замечает Алиса, когда мы наболтаемся и вдоволь насмеемся.
- Это мамочка мне заплетала, - с гордостью произносит Катюша, с удовольствием облизывая пальцы.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Эх, я тоже такую хочу, - девочка понуро опускает голову, и мне становится ее до безумия жаль - настолько у нее несчастный вид. - Но у меня всегда хвостики. Я больше ничего не умею… А маме Марьяне некогда….
- Хочешь, я тебе такую же заплету? - выпаливаю, не выдержав. Того и гляди, сейчас расплачется девочка.
- А можно?
- Ну, конечно!
С наслаждением перебираю шелковистые густые волосики, прочесываю и сооружаю французскую косу.
- Готово, - осматриваю свои труды и остаюсь довольна. - В туалете есть небольшое зеркало, можешь посмотреться.
Девчонки вдвоем, взявшись за руки, идут любоваться.
- Спасибо тебе, - искренне благодарит Натан. И мы оба понимаем, что он вкладывает в эти слова куда более глубокий смысл.
- Мам, так здорово получилось, - обе сияют, возвращаясь и все также крепко держась за руки. - Как будто мы - две сестрички.
Переглядываемся с Натаном. Сердце колет, и такая лютая тоска и страх накатывают.
Что-то мне подсказывает, что так оно и есть…
Палату наполняет громкий требовательный звонок телефона босса. Петранский достает мобильный и отходит к окну, повернувшись к нам спиной.
- Слушаю. Нашел? Отлично! - говорит вполголоса строго и отрывисто. - Можешь мне всю информацию сбросить на почту? С меня причитается. Кстати, а у тебя выходов на налоговую нет? Ну, ладно. Разберусь. Спасибо, до связи!
- Какие-то проблемы? С налоговой, - осторожно интересуюсь, когда Натан возвращается за стол. - Я что-то не так сделала? Ошибка в отчете? Что случилось?
- Все в порядке. Это по-другому вопросу, - отмахивается Натан, но по его хитро вспыхнувшему взгляду я понимаю, что он что-то задумал…
  
Глава 31
 
Оля
В тысячный раз за последние два дня отрываюсь от бухгалтерской таблицы и бросаю взгляд на экран телефона.
Пусто. Ноль уведомлений.
Мозгом понимаю, что на почте ничего нет, потому что не приходило оповещения, но пальцы все равно находят иконку браузера и открывают.
Ни-че-го.
Отбрасываю в сторону мобильный, роняю голову на сложенные руки на столе и часто дышу. Боже, я сойду с ума, прежде чем получу эти чертовы анализы!
Катюша лежит на койке под очередной капельницей в обнимку с новой лабубу, с которой не расстается ни на миг. Но в этот раз моя девочка не спит и не смотрит тоскливо в окно, как обычно, а хихикает, что-то глядя в телефоне.
Знакомство с Алисой действительно пошло ей на пользу. Вот прошло уже три дня, а моя дочь не плачет, не просится на улицу и не вспоминает своего непутевого не_папашу Тараса.
Он, кстати, обрывал мне телефон своими звонками с разных незнакомых мне номеров, но я не поленилась, и они все улетели в черный список. На второй день мой бывший муж, видимо, понял, что диалога у нас не будет, и оставил меня наконец в покое. Надеюсь, мы с ним больше никогда не встретимся.
- Мамочка, смотри! - Катюшка, покатываясь со смеху, протягивает мне телефон. - Алиса мне такое смешное видео прислала!
Нажимаю на кнопку проигрывания, и улыбка сама расплывается у меня на губах. Там ничего особенного: просто видео о домашнем сыче, который живет на балконе. Но оно такое милое и забавное, что действительно тянет улыбаться. Ролик заканчивается, и я автоматически проваливаюсь в чат дочери. И сердце заливает теплотой.
Алиса так поддерживает Катюшу! Они переписываются днями напролет! И через раз дочь Натана говорит: обязательно сходим в этот парк, кафе, кино, ты только выздоравливай! И закидывает мою дочь забавными видео для поднятия настроения.
У этой девочки невероятно доброе сердце….
- Мам, а может, мы тоже заведем сыча? - с хитрющей улыбкой интересуется дочь. - Ну, конечно, когда я выздоровею.
Горло перехватывает, а из глаз брызжут слёзы.
Впервые моя дочь думает не «если», а «когда»…
И все это заслуга маленькой десятилетней девочки…
- Ну, так что, мам? - напирает Катюша.
- Я подумаю, что можно сделать. Но сначала - лечиться!
Потягиваюсь, разминая затекшие мышцы, и тру усталые глаза. Прячу мобильный в карман и поднимаюсь на ноги.
- Лежи, я схожу за кофе и вернусь.
Я уничтожила все запасы растворимого в палате, поэтому приходится идти в конец коридора к автомату, заботливо установленному завотделения.
Аппарат готовит мне эспрессо, я обхватываю горячий стаканчик и иду обратно, как замечаю в другом конце коридора Натана. Машу ему рукой и спешу навстречу.
Когда между нами остаются считанные метры, телефон в кармане штанов вибрирует. Достаю его и торможу. Глазами прожигаю отправителя письма, выжженного красными буквами на экране.
Лаборатория. 
Вскидываю голову и встречаюсь с таким же напряженным и усталым взглядом. Натан осторожно кивает мне, предлагая сделать это вместе, одновременно.
Мне кажется, в таком случае это не так страшно.
Воздух в коридоре становится плотным, тягучим и липким. Каждый вдох дается все сложнее. Пальцы не слушаются, их сводит судорогой, но я все равно нажимаю на иконку письма.
На экране всплывает результат мелкими буквами и весь сплошь усеянный медицинской терминологией и таблицей, в которой сам черт ногу сломит. Пролистываю все это вниз, к самой главной записи.
Перечитываю результат трижды. Каждую букву старательно складываю в слова, а слова - в цельное предложение.
Которое никак не укладывается в моей голове.
Стаканчик с кофе летит на пол и разливается уродливой кляксой.
Медленно вскидываю голову. Глаза застилает соленая влага, и сквозь нее я отчаянно, как утопающий в спасительный круг, цепляюсь в образ Натана. Вдруг это какая-то чертова ошибка? Вдруг у него иной результат?!
  
Петранский ошарашенно медленно качает головой.
- Нет, - читаю по его губам. - Катюша не моя дочь.
Ноги мгновенно слабеют, и я, как будто кто-то одним движением руки вынимает у меня позвоночник, оседаю на пол, прямо в лужу с кофе.