После развода мне не до сна (СИ)

— Я тебе последний раз говорю отойди от меня, — сказала дрогнувшим голосом и протянула руку, нащупывая все ту же корзиночку со сладостями на маленьком чайном столике.
— Нет, не отойду, потому что считаю, что ты самая большая врушка и лгунья.
Он склонился ещё ниже. А, я поняла, что для меня это слишком.
Я не собиралась терпеть ни его глупые подкаты, ни стремление задеть меня, поэтому просто взмахнула рукой.
  
И что было сил впечатала бедную корзинку ему в левую скулу.
Данила отшатнулся от меня, а печенье, разлетевшись на куски, посыпалось на пол.
Бывший муж охнул.
Дернулся снова ко мне, но я на этот раз поступила мудрее, успела соскочить и оббежать кресло.
— А ну иди сюда, — рявкнул Данила, а я покачала головой.
— Ты здесь в гостях, пора и честь знать, — произнесла я холодно и, двинувшись к коридору, захотела выставить его, но в последний момент оступилась от резкого, рывка назад.
Данила перехватил меня, сжал, заставляя смотреть ему в глаза.
Я зажмурилась, выворачиваясь из его рук, и в этот момент дверь дома со щелчком открылась.
Низкий холодный голос заставил оторопеть.
— Я конечно, понимаю, что самооценка вещь бесплатная. Ну и ты не борзей тут, ладно?
14.
Давид стоял недовольный, держал на руках Макара, который радостно пытался дёрнуть его то за ухо, то за прядь волос.
Сын нахмурился, глядя на нашу картину маслом, и тяжело вздохнул. Из- за его плеча с одной стороны вышла Агнесса, с другой стороны вышла Ксюша.
— Здрасьте, — тихо и смущено произнесла невестка, и я поспешно кивнула, отодвинулась от Данилы и потёрла запястье.
— Ребята, что вы не предупредили? Я бы на стол накрыла.
— Да мы на самом деле и сами не планировали никуда ехать, но тут Агнесса позвонила, сказала, что не может уехать из города. Мы как раз были в торговом центре, поэтому решили закинуть, — холодно и как-то достаточно цинично прозвучал голос старшего сына, и в этот момент Даниила, вскинув бровь, уточнил:
— А с каких это пор меня в моём же доме потыкают и предлагают быть сдержаннее.
Давид тяжело вздохнул, сделал шаг вперёд, опустил сына на пол, и тот радостно, наплевав на то, что в ботиночках, побежал ко мне, ткнулся лицом в ноги, я наклонилась, перехватила внука. Взяла его на руки и чмокнула в щеку.
— Красивая, — тихо шепнул Макар, и я улыбнулась, сделала шаг в сторону и стала раздевать внука. Давид расстегнул куртку, тряхнул ею и начал разуваться.
— Да с тех самых пор, пап, как ты развёлся с матерью, так что я не думаю, что тебе стоит об этом так громко говорить, будто бы это твой дом. Все-таки давай будем взрослыми людьми и придём к выводу, что твоего здесь уже ничего нет, я сам лично вывозил твои вещи.
— Давид. Мне кажется, нам надо поговорить, — холодно произнёс Данила, и девчонки, быстро покидав вещи в гардероб, шмыгнули ко мне, оттеснили и начали сдвигать в сторону кухни.
Я посадила Макара на остров, стянула остатки одежды и посмотрела на девчонок.
У них была не такая большая разница в возрасте, да и, в принципе, у моих детей небольшая разница в возрасте была. Ксюша стала тараторить.
— Мы на самом деле не хотели никак доставлять неудобства, не надо на стол накрывать, мы буквально на минуточек десять, а то Давид все равно будет недоволен.
Агнесса тяжело вздохнула и покачала головой, трогая племянника за ладошку.
— Я просто немного тупанула и не подумала, что в пригород тяжело такси будет уезжать после восьми.
В зале голоса стали стихать, и, когда я выглянула, Данила уже стоял возле дверей и зло натягивал на себя пальто, Давид, потирая подбородок, что-то тихо ему объяснял.
— Знаешь что, сын, яйца курицу не учат Вот так вот, — поймав мой взгляд, Данила оскалился, сделал вид безумно вовлечённый, и хрипло произнёс: — Всего хорошего, девочки.
Я покачала головой, за ним закрылась дверь, и я уставилась на сына.
— Да так, просто объяснил, что он со своим напором хуже, чем печенеги.
— Чай? — тихо уточнила, и Давид, помявшись, все-таки кивнул.
Посидев с детьми порядка сорока минут, я вдруг поняла, что абсолютно забыла и про работу, и про все остальное, да даже про тот факт, что Данила собирался свою любовницу притащить на день рождения Ксюши, но, как я понимала, по реакции Давида у бывшего мужа мало что получится в этом плане совершить.
Дети засобирались домой ближе к началу десятого, и я поспешно одевала внука.
Агнесса топталась за моей спиной и подавала то шапку, то курточку, а когда машина детей выехала со двора, я только покачала головой.
— Я что-то пропустила? — уточнила Агнесса, но я отрицательно махнула руках.
— Не бери в голову, как обычно, папины загоны.
Мы разошлись каждая по своим спальням, я осталась с ощущением опустошённости внутри. Понимала, что Данила что-то крутил, вертел, и однозначно дело было не в разделе имущества, ему что-то мешало просто поступить по-человечески, как будто бы у него все переломится от того, что мы разделим имущество, так, как того требовал закон.
Нет, я понимала, что, скорее всего, он вредничает из-за того, что он не ожидал такой реакции от меня. Он не ожидал того, что я буду пренебрегать любым общением с ним после развода.
Возможно, он хотел от меня каких-то эмоций, какого-то разочарования в отсутствии собственного брака, я не знаю, но все это было похоже на поведение не мужчины, а мальчика, которому очень сильно хочется стукнуть девочку рюкзаком по голове.
Рано утром, когда я ещё не успела прийти в себя, в калитку позвонили с такой настойчивостью, что я, проклиная всех демонов быстро спустилась со второго этажа, хрипло выдохнула:
— Кто там?
С улицы послышались голоса, и потом звонкий голос младшей сестрёнки оповестил:
— Илайка, ну давай, открывай, я подмёрэла.
И вот Роза была как винни пух, который ходит в гости по утрам.
Дождавшись сестрёнку на пороге, я посмотрела на неё тяжёлым взглядом и покачала головой.
— Тебе чего, не спится?
— Ну, во-первых, мама просила заехать, проверить тебя, а во-вторых, я к тебе с заказом.
Я нахмурилась, она быстро всучила мне в руки папку и прошла сразу на кухню, загремела тарелками.
Я, зевая, села, попыталась открыть дизайн проект, но поняла, что без душа у меня ничего не выйдет.
Кивнув сестре и оставив её разбираться с кухонной утварью, я поднялась и быстро привела себя в порядок. Спустилась, когда Агнесса уже сидела и трескала за обе щеки аккуратные блинчики. Дочка решила ехать на учёбу самостоятельно, потому что понимала, что здесь у нас будет какой-то междусобойчик, который однозначно заставит её опоздать на пары.
Когда за дочкой закрылась дверь, я все-таки попыталась разобраться в дизайн проекте и только покачала головой.
— Я не собираюсь озеленять офисы. Ты прекрасно знаешь, что я к этому очень плохо отношусь. У них нет ни подсветки, ни нормального увлажнения.
— Нет, нет, нет. Посмотри, там все это в плане расписано, это все можно сделать. Я вырвала этот проект у своего знакомого менеджера чуть ли не с зубами.
Я охнула и перевела взгляд на Розу, она пригубила чай из чашки, и я вздохнула.
— Вообще Илая, ну приди ты в себя, ну, в конце концов. — Заворчала она, как будто бы подумав, что я в таком состоянии тупо из-за Данилы, но я махнула рукой.
— Не надо все приписывать моему бывшему мужу.
— Это ещё почему?
— Ну хотя бы потому, что он бывший, — заметила я остро и Роза, вся подобравшись, опёрлась локтями о стол.
  
— То есть ты хочешь сказать, у вас прям совсем все?
Я сузила глаза, глядя на сестрёнку.
— Я не просто хочу это сказать, я это говорю, и это было понятно ещё полгода назад.
— НУ, не знаю, просто многие разведенные пары ещё какое-то время живут, спят вместе и все такое..